— Почему ты ничего не рассказала мне о… о Тони? — наконец спросила она.
— Вначале и рассказывать-то было нечего, пока мы не решили поехать вместе в этот круиз, а потом я тебе рассказала, — ответила ее мать.
— А Джерард и Барбара… они знали?
— Они знали, что Тони — мой друг, они, конечно, знали о наших совместных планах на отдых.
— И они… они не…
— Джерард отвез нас сегодня в аэропорт. Тони прав, он позеленел от зависти. Он сказал, что это именно то, что нужно ему. Он слишком много работает, ему нужен отдых, он мог бы позволить себе это.
— Но он сказал… что он думает?
— Он не сказал, что возьмет отпуск, но ты же знаешь Джерарда, возможно, он подумает над этим.
Неужели мама на самом деле не понимала ее или она притворялась?
— А что Барбара и Джек? Что они думают о том, что ты поедешь с мужчиной?
— Дейдра, дорогая, я не еду с мужчиной в этом смысле. Я, конечно, еду отдыхать, я еду с Тони, а он, естественно, мужчина. Что ты имеешь в виду, спрашивая, что они думают? Они ничего не думают, я уверена в этом.
— Но семья Джека…
Сколько Дейдра себя помнила, о семье Джека всегда говорили особенно. Его отец был верховным судьей, а дядя — послом. Выйдя замуж, Барбара сыграла правильную партию, как считала ее семья, в отличие от старшей дочери, которая вышла замуж черт знает за кого да еще и в страшной спешке.
Но мама выглядела очень удивленной.
— Семья Джека? — повторила она слова дочери, словно та сказала их на иностранном языке. — А они-то тут при чем?
— Ты понимаешь…
— Не думаю, что они когда-либо встречали Тони. Правда не думаю. А почему ты спрашиваешь?
Дейдра пристально посмотрела на свою мать. Она спрашивает, потому что благородная семья Джека постоянно упоминалась. О ней постоянно говорили с тех самых пор, как Барбара стала встречаться с Джеком. Ей хорошо запомнилась шикарная свадьба, которую устроили для Барбары: с помпезными речами, политиками и фотографами. И сейчас вдруг клан Джека стал совсем неважным?
Чувствуя, что становится пунцовой, она заговорила с матерью напрямую:
— А ты и Тони… у вас уже есть планы на будущее… после круиза? Ты не думала, что вы могли бы пожениться или что-нибудь подобное?
— Постарайся не быть такой удивленной. Происходят и более странные вещи. Но ответ — нет. Никаких подобных планов у нас нет.
— Ой…
— И вообще, хватит говорить обо мне и этой поездке. Расскажи мне, как у тебя дела?
Дейдра выглядела расстроенной.
— Ничего, что было бы так же интересно, как у тебя.
— Ну как же, Десмонд открывает собственное дело, а у тебя будет празднование серебряной свадьбы…
— Где ты его встретила? — спросила Дейдра напрямую.
— Десмонда? — игриво переспросила мама. — Ну конечно, когда ты привела его домой и сказала, что собираешься за него замуж. Но ты и сама знаешь.
— Я имела в виду не Десмонда, и ты это знаешь. — Дейдра разозлилась. — Я имела в виду Тони. Где вы познакомились?
— Мы встретились в гольф-клубе.
— Тони член гольф-клуба? — Теперь она уже не могла сдержать удивление.
— Он прекрасно играет, — гордо сказала мама.
— Но как он стал его членом? — Еще несколько лет назад таких, как Тони, даже на порог не пускали. Если бы ее Десмонд умел играть в гольф, чего он не умел, его бы не пустили. Но как могли принять такого, как Тони?
— Понятия не имею, полагаю, также, как все мы стали членами, — неопределенно ответила мама.
— И все твои друзья его знают? Миссис Бэрри, к примеру, знала? — Она специально выбрала мать Морин Бэрри, потому что та была лакмусовой бумажкой в светском обществе Дублина. Тони не мог быть встречен дружелюбно.
— Софи? Конечно, Софи пару раз встречала его. Но помни, что Софи не играла в гольф, так что там она его встретить не могла.
— И не говори мне, что Тони играет в бридж.
— Нет, он не общается со старыми кисками, как он нас называет, которые часами играют в карты.
Мама весело рассмеялась, и вдруг Дейдре показалось, что мамина жизнь была куда веселее ее собственной. Чтобы мама снова не сменила тему разговора, она предприняла еще одну попытку:
— Мама, пожалуйста, что думает Джерард? Что он говорит? Не о том, чтобы уехать в отпуск, а о том, что он думает о Тони.
— Понятия не имею.
— Ты должна знать.
— Нет, откуда мне знать? Я знаю только то, что он мне говорит, я понятия не имею, что он говорит всем остальным. У него сейчас милая подружка, наверное, он с ней говорит об этом.