- Мне не показалось, что музыка была настолько уж плоха, - заметил Ридкулли.
- Нет, эээ- не от боли, я эээ- не сказал бы, - сказал Преподаватель Современного Руносложения, начиная краснеть. - Но, эээ- когда молодой человек стал качать бедрами вот так
- Он сильно похож на эльфа, по-моему, - сказал Ридкулли.
- -эээ- мне показалось, что она бросила что-то из своих эээнижних-вещей прямо на сцену.
Это сообщение заставило замолчать даже Ридкулли, по крайней мере на некоторое время. Все волшебники неожиданно погрузились в какие-то глубоко личные размышления.
- Как, миссис Панарация? - начал Профессор Неопределенных Исследований.
- Да
- Как, она?
- Я, эээ- думаю, да.
Однажды Ридкулли видел купальник миссис Панариции. Он был впечатлен. Он никогда не предполагал, что в мире есть столько розового эластика.
- Что, точно она? - спросил Декан голосом, будто бы идущим очень издалека.
- Я, эээ- совершенно уверен.
- На мой взгляд, весьма тревожное сообщение, - с живостью заметил Ридкулли. - Она могла причинить кому-нибудь серьезные повреждения. Значит так, вы все, марш в Университет и примите холодную ванну, быстро!
- Действительно она? - спросил Профессор Невообразимых Исследований. Почему-то никто из них не чувствовал себя в силах оставить эту мысль в покое.
- Будьте хоть немного полезными и найдите Казначея, - прикрикнул Ридкулли. - И первое, что я бы сделал утром - это вызвал вас всех пред очи университетского руководства, если бы не тот прискорбный факт, что вы и есть это руководство.
Вонючий Старина Рон, профессиональный маньяк и один из самых трудолюбивых анк-морпоркских нищих, помаргивал во мраке. Лорд Витинари потрясающе видел в темноте. И - к его собственному сожалению - обладал хорошо развитым нюхом.
- И что произошло потом? - спросил он, стараясь не поворачиваться к нищему. Несмотря на то, что в действительности Вонючий Старина Рон был маленьким скрюченным человечком в огромном грязном пальто, судя по запаху, он заполнял собой весь мир. Вонючий Старина Рон представлял собой физикошизоидный феномен. Существовал Вонючий Старина Рон, и существовал запах Вонючего Старины Рона, вырабатываемый годами и достигший уже собственной индивидуальности. Всякий мог обладать запахом, который надолго задерживался после его ухода, но запах Старины Рона прибывал за несколько минут до него самого, чтобы успеть хорошенько распространиться и создать комфортные условия к приходу хозяина. Он развился в нечто столь поразительное, что уже не воспринимался носом, который мгновенно замыкался в попытке спастись; люди догадывались, что Рон приближается, когда сера у них в ушах начинала плавиться.
- Жучит, жучит, непрально пучит, я им грю, жучрю
Патриций терпеливо ждал. Беседую с Вонючим Стариной Роном, вы должны дать время его блуждающему уму войти в соприкосновение с языком.
-- следил за мной магией, я им грю, суп бобовый, смотри сюда- а потом все танцевали, вишь ты, а потом еще двое волшебников на улице, один тащил музыку в ящике, а мистер Достабль спросил, а потом кофейня взорвалась и они все ушли в Университет- жучит, жучит, жучу, посмотрим, если я не.
- Кофейня взорвалась, так?
- Везде кофейная пена, вашество-. жуч
- Да, да, и так далее, - взмахнув тонкой рукой, сказал Патриций. - И это все, что ты можешь мне сказать?
- Ну- жуч
Вонючий Старина Рон поймал взгляд Патриция и заставил себя заткнуться. Даже его весьма неординарный рассудок был способен уловить момент, когда не стоит испытывать свою обтрепанную судьбу. Его Запах блуждал по комнате, знакомясь с документами и разглядывая картины.
- Они говорили, - сказал он. - Это сводит женщин с ума. - он наклонился вперед. Патриций отклонился назад. - Они говорили, как только он повел бедрами вот так- миссис Панариция кинула свои-. каконитам- на сцену.
Патриций приподнял бровь.
- Каконитам?
- Ну, вы знаете, - Старина Рон неопределенно помахал руками в воздухе.
- Пара подушек? Два мешка муки? Огромные тру- О. Я понял. Боги. Не было ли жертв?
- Не знаю, вашество. Зато знаю кое-что еще.
- Да?
- У- Корявый Майкл говорит, вашество иногда платит за информацию
- Да, я знаю. Не могу понять, откуда берутся эти слухи, - сказал Патриций, поднимаясь и открывая окно. - Я должен бы предпринять что-то, чтобы их пресечь.
И снова Старина Рон напомнил себе, что хоть он и псих, но все же недостаточно безумен для этого.
- Только у меня это есть, вашесто, - сказал он, извлекая что-то из ужасных тайников своего одеяния. - На этом что-то написано.
В сиянии основных цветов явился постер. Он был не так уж и стар, но час или два у Рона за пазухой существенно состарили его. Патриций развернул его при помощи пары пинцетов.
- Это картинки музыкальных лабухов, - объяснил ему Рон. - А это надписи. И тут еще больше надписей, глядите. Мистер Достабль велел троллю Чалки напечатать его только что, но я протолкался внутрь и пригрозил, что подышу на них на всех, и они дали мне один.
- Уверен, это безотказный способ, - согласился Патриций.
Он зажег свечу и внимательно прочитал постер. В присутствии Старины Рона у пламени свечей появлялся голубоватый ореол.
- Свободный Фестиваль Музыки Рока, - сказал он.
- Это когда не надо платить за вход, - подсказал Рон. - Жучим жучит.
Лорд Витинари прочитал:
- В Хайд-Парке. В следующую Среду. Так-так. Конечно, открытое пространство. Интересно, в этот раз было много народу?
- Полным-полно, вашество. Сотни не смогли пролезть в Каверну.
- А Банда выглядит вот так, да? - спросил Лорд Витинари. - Вот такие вот насупленые?
- Потели почти все время, что я их видел, - сказал Старина Рон.
- Буть Тут Иле Буть Примаугольнай Вещщью, - произнес Патриций. - Это что, какой-то оккультный шифр, как ты думаешь?
- Не могу сказать, вашество, - ответил Вонючий Старина Рон. - Мой мозг работает медленно, когда меня мучает жажда.
- Их Нильзя Ни Увидить! И Нивазможна Забыдь, - произнес Лорд Витинари с выражением. Он поднял взгляд. - О, я прошу прощения, - сказал он. - Я уверен, что смогу найти кого-нибудь, кто подаст тебе холодный освежающий напиток.