Очевидно, сочетание «фанатичной веры» и последствия творящийся на Криге не первое тысячелетие джигурды, создало совершенно непередаваемую атмосферу в имматериуме. По крайней мере мне, от приторно-сладкого и, одновременно, невыносимо горького багрового света и ветра было тошно. Кристине также было неважно, ну и отсутствие в обозримом пространстве даже полуразумной демонической мелочёвки, в месте с душами, говорило само за себя. В смысле, как тут чувствуется демонам «правильным».
В общем, всё было вроде бы чисто, но отмеченный прогностикариями срок в месяц надо было на Криге пробыть, причём, в повышенной боеготовности: то, что пойман полковник с какими-то дикими, как это ни парадоксально звучит, искажёнными ритуалами, не даёт стопроцентной гарантии, что он такой один. Что не прилетит залётный еретик или ещё что поганое не учинится. Я, кстати, так и не смог толком понять, «под кого» ритуал рассчитан и рассчитан ли «под кого-то» вообще — возможно, это просто творчество душевнобольных в исполнении поехавшего крышей радикала.
Наконец, срок окна начала прорывов миновал, а орд демонов на Криг не обрушилось, аккуратно радовался я. И проверили мы вроде уже почти всех. И, подозреваю, радостью своей сглазил. Не без помощи свячёной, чтоб её, оболочки: как её ни сдерживай и перерабатывай, а всё же прорывается своими люминесцентными проявлениями, подлючая.
Итак, через три дня от начала «окна», причём во время очередного допроса криговца, по границе материума и имматериума пробежала волна. И я, и Кристина были настроены и готовы к прорыву, вне зависимости от вроде бы «законченного на Криге» дела. И вот, почувствовав дрожь, мы с тереньтеткой переглянулись и потопали к челноку.
— Прорыв, Терентий, — откапитанствовала Кристина, смотря мне в глаза.
— Никогда бы не подумал, — ворчливо буркнул я. — Локализация на планете, Кристина, и побыстрее, будь любезна, — со вздохом выдал я, разворачивая голограмму планеты.
Чувствительность Кристины за это время немало выросла, точнее, чувствительность в материуме, так что на секунду прикрыв глаза, она с уверенностью тыкнула пальцем в область.
Не тратя время, я воксом стал теребить виновных, причастных и всех, кто под руку подвернулся, но первой ответила Агнесса, выкачавшая, по-моему, вообще все информатории Крига, о которых и местные-то не знали.
— Лагерь для условно-негодных, тренировочный, исправительный, — кратко оповестила меня ассасин.
— Принято, — ответил я, трусцой двигаясь из комнатушки в столичном убежище, предоставленной мне Отто для собеседований и допросов. — Какого варпа я об этом варповом лагере в первый раз слышу?! — окрысился я.
— Данных о пребывании там еретика не было. Местные таковыми не располагают, так что это не саботаж, Терентий, — через полминуты оповестила Агнесса.
— Ладно, нет так нет, — заключил я уже в Ястребе, отдавая Дреду и Джону, через сопряжение (ну так реально было проще) а преторианцам — вслух, соответствующее распоряжение: — Нас ждут демоны, господа телохранители. Не самые сильные, не факт, что их много, но меняйте боеприпасы и готовьтесь.
— По слову вашему, господин Инквизитор, — прогудел Ритор, пока остальные преторианцы обозначили через вокс-канал сигнал «принято, исполняю».
Огрины же просто отложили мельты и нацепили патронташи, взяв модифицированные потрошители.
И летел Ястреб в место лагеря, благо, было недалеко. И ни черта мы не успели, хотя вроде и были быстро. Бункер, расположенный в центре огороженного колючей проволокой поля, с ангарами-бараками, изобиловал порванными, зачастую в клочья, телами криговцев. Отдельно, в сторонке, дымила покорёженная Химера.
— Да тут вообще живых нет! — вокс-каналом выступил я в качестве капитана Очевидности. — Как и демонов, — растерянно заключил я. — Но прорыв был не сильным, что за долбаный варп тут творится?!
— Сейчас, Терентий, секунду, — пробормотала Кристина, эманируя силами имматериума. — Нашла! — через полминуты воскликнула она. — Имматериум, — не стала она разводить говорильню.
— Готовы? — для проформы уточнил я у телохранителей, а получив подтверждение, дал Кристине отмашку.
А проникнув на ту сторону, наша компания принялась бодро поливать огнём (телохранители), пси-огнём (Кристина) и раскочегаривать свой «излучатель хаоса» (я).
Дело в том, что в имматериуме, не слишком отличном на вид от радиоактивной пустоши материального Крига, пребывало не менее полутысячи здоровенных полупрозрачных псин со светящимися переливами багрового и фиолетового буркалами и пастями. Астральные гончие, неразумные хищники имматериума, правда, судя по виду, изрядно обожравшиеся и в немалом количестве.