А я ещё думаю, откуда приток свячёности прёт и всё нарастает. Ещё, небось, и не только тут всякие деятели меня святят. Если бы не многолетняя практика борьбы с люминесценцией, светил бы я в режиме двадцать четыре часа, своим всем, не говоря об искажении причинности и прочих «приятных» побочках свячёности.
Хоть что-нибудь особо поганое и еретическое при скоплении масс народу твори, пригорюнился я, но махнул рукой — всё равно святить будут, гады такие.
Но орган, как я и говорил, был весьма хорошим и годным. Так что плюнул я на каменного Терёху, да и просто сыграл, часика на полтора. И акустика была в Базилике весьма пристойная, в общем, остыл и отошёл.
И с неделю мы задержались на Грифоне. Во-первых, Редуктор намеревался лично участвовать в изысканиях, возражений против чего я не находил: всё же, он — весьма опытный и продвинутый техник и исследователь, а учитывая, что нам предстоит — точно не помешает.
Во-вторых, магос получал от Эльдинга данные, подпрыгивал и потирал механодендриты: одной возможности управлять вектором воздействия граворужия бы хватило, но ещё и принимаемый духами машины рельсотрон… В общем, весьма важно и полезно, причём Эльдинг ещё что-то нарыл, во что я, признаться, не погружался.
В-третьих, на Милосердие и под начало Претора Электроида перегонялась «моя» когорта скитариев, потери которых в бою с несущими слово Редуктор компенсировал донабором.
В-четвёртых, помимо моего кибер-войска, на Милосердие загонялись скитарии непосредственно самого Генерала-Фабрикатора, орда шестерёнок исследовательского типа, с преобладанием шкафоподобных логисов.
На последнем я несколько обеспокоился, в смысле, нам ещё скваты нужны, а всё это добро в Милосердие влезет? Впрочем, Франциск, с которым я на эту тему проконсультировался, заверил меня, что влезет, и ещё место останется. И Милосердие — весьма вместительный корабль, ну и шестерёнки довольно нетребовательны к месту и удобствам. Так-то, может, не отказались бы на мягком поваляться, вот только блестящим металлическим задницам на мягкость поверхности индифферентно.
В-пятых, я встретился с генетором Октавием. Весьма любопытная оказалась встреча, впрочем, насчёт выводка алумусят он меня как порадовал, так и оставил обезьянуса без проверочной поживы. Дело в том, что почти все медики Империума были в культе генеторов. И, Арх-Генетор Гидемин просто тиражировал материал и распространил по медицинским центрам сектора.
Правда, как он признался, проверил, на наличие «присутствия следов ксеносов», уж очень его впечатлил кусок генокрада.
— Уникальное создание, Терентий, — вещал спустившийся с орбитального исследовательского центра Октавий. — Генетически он не очень интересен, его код — явная ксеноскверна. Но! — воздел он перст. — Ткани ксеноса уникальны. Часть можно использовать, например, вместо синтомышц, причём эффективнее нынешних. А пренебрежение к внешним условиям этой ткани ксеноорганизма таково, что им будет нужно лишь питание, раз в месяц, не чаще. Или имплантация в сервиторов, повысит их характеристики в разы! — радовался он. — Да и далеко не только мышцы.
— Это прекрасно, если безопасно, — вклинился я в восторженный поток.
— Совершенно безопасно, если следить за репродуктивными чанами. Вот в них можно допустить ошибку, после же — полезный и безопасный материал, — категорично отрезал Октавий.
— Вам виднее, генетор, — не стал спорить я. — Вот только обратился я к вам, — многозначительно промолчал я, на что Октавий посмурнел.
— Да, Инквизитор, за методом уничтожения этих созданий. Пока безрезультатно, вынужден признать. Естественно, ксеносов можно убивать, но подобрать летальный биологический или химический агент пока не вышло. Поразительные создания, весьма живучие, что прекрасно, но в нашем деле весьма серьёзное препятствие. Но, думаю, решение найдётся, я и сотрудники работаем над этим вопросом, — подытожил он.
— Помоги вам Омниссия в этом, — вполне искренне пожелал я.
Уж не знаю, поможет ли генетору марсианский дракон, но уж точно не помешает.
Так что, передал я генетору копию наисследованного Василием, да и благословил на труд упорный.
А в-шестых и не было. Поскольку вопросы-то были, но обсуждать их нужно было непосредственно с Редуктором, который, оперативно загнав на Милосердие свою исследовательскую свиту и оборудование, скинул управление Грифоном на Фабрикатора-локума.
— Магос, — вещал я за своеобразным «застольем старых друзей», где присутствовали аколиты ну и, само собой, Редуктор. — Я бы хотел с вами проконсультироваться.