— Это, Терентий, не говоря о том, что системы слежения, а, возможно, сенсоры самого управляющего робота или некронов, вполне вероятно, видят в аналогичном спектре, — задумчиво произнёс Редуктор под мои довольные кивки. — Займёмся, Терентий и результаты будут насколько возможно скоро, — заверил меня он.
Так что лабораторию я покидал довольным, правда, для себя так и не решил — сделал ли я шестерёнкам ответную гадость, или нет? Впрочем, всё равно на благо делу, так что и так всё равно ничего вышло, резонно заключил я.
Шестерёнки важностью и перспективностью разработок прониклись, так что через пару дней сотворили этакий вариант костюма гили, из проволоки, пластика и варп ещё знает чего. Полюбовавшись на примеряющую «обновку» Кристину да и на свою персону, я вынужденно заключил, что напоминаем мы натуральных ведьм, причём замшелых. А главный ведьм у нас — Редуктор, поскольку его механодендриты на диво гармонично сочетались с тряпками и проволокой.
— Гарантированно работает, — довольно вещал «главный ведьм». — Но учтите, Терентий, Кристина — сенсоры роботов будут выдавать помехи при быстром перемещении. Так что если сенсоры повёрнуты в вашу сторону — перемещайтесь медленно и без резких движений, а лучше замрите.
— Учтём, Валлиос, — ответствовал я под кивки тереньтетки. — Двигаемся медленно и печально. Собственно, нас что-то задерживает? — уточнил я. — А то хотелось бы если не захватить образец, то обследовать большую площадь и прикинуть, как захватывать.
— Нет, с технической точки зрения всё готово, — довольно покивал магос. — Кстати, Терентий, в свете новой маскировки это стало не столь актуально, — с этими словами в свете и ветре Редуктор заэманировал виной. — Но я забыл вам доложить, — признался магос, на что я заинтересованно поднял бровь. — На границе песка появились четыре робота, ускорили поглощение и вчера сожрали пикт-камеру.
— Ну вы даёте, магос, — усмехнулся я, с четверть минуты обдумав «жуткий грех». — Заработались? — уточнил я.
— Заработался, — покаянно кивнул Редуктор, — это вы отменно сформулировали, Терентий, — подлизался он.
— Ну, не страшно, хотя неприятно, — отметил я, а то забудет что-то важное. — Значит, предлагаю выдвигаться тем же составом, что и в первый раз. Разве что к логису Целеру имеет смысл приставить отдельного преторианца: направляемся мы глубже, риск обнаружения и тревоги выше, соответственно, важна мобильность. Но и логис не помешает, если что, — выложил я плоды своих размышлений.
Против чего никто не возражал, так что через четыре часа мы уже спускались на тауроксах к пирамиде.
Выгрузились, встряхнулись и только я хотел отдать команду на начало похода, как к нам подсеменил один из преторианцев.
— Почтенный Инквизитор, срочное сообщение вокс-каналом, — которые у нас были, по понятной причине, заблокированы. — От капитана Боррини. Капитан настаивает на вашем срочном возвращении на Милосердие, — выдал телохранитель.
— Не вовремя как, — посетовал я, вздохнул и высказался. — Ну, давайте вернёмся, не думаю, что Франциск зовёт из-за глупости какой.
И вернулась наша довольно расстроенная компания в челноки, принявшиеся догонять находящееся на низкой орбите Милосердие.
Так-то, я бы потеребил Франциска, на тему «что надо-то?!» воксом, но сильные передатчики мы не использовали, опасаясь пробуждения, а слабые «не пробивали» планету.
И вот, уже на Милосердии, встречает нашу компанию на ангарных палубах Франциск, что само по себе весьма тревожно — куча ритуалов и прочего флотских таковые действия от «первого на корабле» весьма ограничивало.
— Франциск? — не стал я разводить политесы.
— Судно класса линкор вошло в систему с кораблём-ретранслятором астропатической связи, — озвучил Боррини. — Судя по виду — еретики, возможно, астартес, судя по замеченной траектории — движется к Геллефире. Возможно, к иным планетам по тому же вектору, но маловероятно.
— Маловероятно, — повторил я, чувствуя, как внутри разгорается холодная ярость. — Так, дамы и господа. Я в музыкальную, никого не хочу видеть и слышать в течении получаса. Потом совещание, там же, — лязгнул я, направляясь к органу.