И тут Ритор, преторианец, исправно выполнявший свою функцию телохранителя, стал её, чтоб его, добросовестно исполнять. Выскочил вперёд, принял на заскрипевший топор волшебную палку несуна и стал в апостола тыкать и постреливать. Без эффекта, притом сам преторианец под натиском гадкого апостола гнулся и даже, по моему, похрустывал.
В общем, всерьёз озаботился я, надо со всем этим что-то делать, а то мне сломают преторианца.
Но делать, на первый взгляд, ничего не выходило — начал я поглощать молельный варп, перерабатывая для залпа лучом хаоса, вот только эти двое постоянно смещались, мелькали механодендриты, Ритора то подбрасывало, то прихлопывало — реально, варп знает, куда стрелять, уж очень динамично ломали моего преторианца.
А пока я нервничал, стоявший в сторонке (и хлопавший в ладоши, паразит такой! Нет бы помог!) джокаэро послал мне образ, который я использовал, дабы сподвигнуть примата на работу с грав-излучателем.
Быстро отослал примату «спасибки», посетовал, что безбожно туплю, ну и выпалил из грав-излучателя. Для начала, на тройку «же» и в… Ритора.
А то перекрывал сектор. Прибить темного апостола преторианцем — изящно, но чересчур экстравагантно. А через долю секунды выпалил максимально возможным излучением в апостола.
И, могу сказать, мой образ-представление был весьма близок к реальности. Дюжина «же» сорвала несуна, весьма забавно и отрадно засучившего в полёте верхними и нижними лапками, ну и с соответствующим ускорением понесла к переборке, куда впечатала с впечатляющим грохотом. Содрогнулся, по-моему, весь остаток корабля, в переборке остался пусть и не отпечаток, но вполне опознаваемая вмятина, ну и несун с грохотом от переборки отлепился и рухнул на палубу. Но не умер, искренне удивился я. Дюжина же, тридцать метров… псайкерил как-то еретически, не иначе, заключил я, наблюдая, как покачивающийся фарш из несуна и доспехов поднимается на остатки ног.
А ну его нахер, решил я, декапутируя это непонятно что накопленной энергией в виде «лучевой петли».
Последнее появилось не без тренировки, ну и псионика немало помогла. Дело в том, что мои «обычные» лучи хаоса в варп прорезали всё. Вообще и совсем, так что, используя их на корабле, можно было гарантированно говорить о разгерметизации. А «свёрнутые» в замкнутую петлю, существующую несколько секунд, они показывали неплохую управляемость, высокое КПД, ну и сам вид хаоса, в виде висельной петли для демонов и еретиков, был изрядно изящен.
Фарш «апостольский» башки исправно лишился, и жить с подобной потерей отказался. Изорвав в варп его еретическую душонку, я огляделся.
Преторианцы благополучно успокоили остальных несунов, были живы, но частично помяты и всё-таки местами поломались. Кристина подпрыгивала за дверным проёмом, явно рвясь в бой, но наказ выполнила и не лезла. Эльдинг стоял в коконе статики, с мордой индифферентной, но явно боеготовый. В общем-то, зря я их отсылал, признал я — несун наколдовал, а я несуном нагрохотал так, что даже слепоглухонемые еретики явятся, проверить, а кто енто тут.
Джокаэро довольно укал, на тему «летучего апостола» и с оттенками восхищения и одобрения похвалил мою «убивательную петельку».
— Роберт, группу эвакуации, — начал раздавать я указания воксом. — Эльдинг, Омикрон, Каппа (как я стал называть, по коду, «невыслуживших» личные имена преторианцев) — проверьте темницу и начинайте вскрывать камеры. Ритор, цел? — полюбопытствовал я у телохранителя-преторианца.
— Цел, почтенный Терентий, — отозвался занявший место за левым плечом телохранитель.
За правым привычно пристроилась Кристина, ну и довольные огрины в сторонке — Джон и Дред поддерживали преторианцев огнём мельт, никого из своих не задели (хотя, подозреваю, преторианцы «прикрывались» вражинами от огринов. Впрочем, это было отработано, эффективно и всех устраивало).
И началась соответствующая суета. Через пяток минут территорию темницы покинули Эльдинг и преторианцы и начали сновать санитары, с пленными различной степени помятости.
Но, естественно, так просто быть не могло, благо мы реально «нашумели», во всех смыслах этого слова.
Слова Кристины, отслеживающей перемещение еретиков, «Правый коридор!» наложилось на вокс-сообщение от Роберта о начале огневого контакта.
Окинув окружающую нас расчленёнку в подтёках крови (отнюдь не наши скромные подвиги по расчленению несунов — они сами до этого весьма постарались, тел различной степени целостности в пыточной было не менее пары сотен), я резонно злопыхнул, направляясь к месту боестолкновения.