— Вы издеваетесь? — явно спародировала меня ушастая, на что я приподнял бровь. — Хорошо, как альдари видят ситуацию. На судно эльдар. МИРНОЕ судно, напал ваш торговец. Разрушил, часть экипажа захватил и надругался.
— Что, не понравилось? — ехидно откомментировал я, но был прерван резким жестом.
— Да, мы погнались за бандитом, освободили пленных. И теперь вы, Инквизитор, утверждаете, что МЫ желаем войны? — гневно уставилась на меня ксеносиха.
— Так, точки зрения друг друга мы выслушали, — ровно начал я. — Давайте разбираться. То есть, вы утверждаете, что торговец «Сень Касифона» сам, неспровоцированно и без причины напал на корабль эльдар? — вопросил я, на что видящая слегка заметно дёрнулась, даже не телом, а в свете и ветре.
А я вогнал сознание в сопроцессор, судорожно обдумывая варианты и возможности. В итоге пришел к логичному умозаключению, оскалился и после секундной паузы продолжил.
— Ясно. Вы знаете, видящая, я вам верю, что один, из минимум двух кораблей эльдар, был мирным. Не нападал на торговцев, да. Просто наблюдал за охотой на «недоразвитых», — злобно оскалился я. — И да, наш торговец совершил ужасное преступление, — покачал я головой.
— Он напал на мирный корабль, — ровно ответила ушастая, подтверждая мои умозаключения.
— И за свою «ужасную ошибку» — сочился я ядовым сарказмом. — Поплатился. Империум человечества не имеет претензий к Миру-Кораблю Йанден в данном, конкретном инциденте, — внутренне передёрнувшись, выдал я. — Однако, ваш Мир-Корабль более года курсирует в районе торгового пути. Присутствие массы ваших кораблей, продолжающиеся пиратские нападения, — обвиняюще выдал я.
— Мы торгуем, — надменно выдала ксеносиха. — Если вы, Инквизитор, знаете, как можно сделать это без кораблей и личного присутствия, — ядово и саркастично выдала собеседница. — То эльдар будут вам очень признательны, если вы откроете тайну «как».
— И ваш посланник за год об этом сказать не удосужился? — осведомился я, на что ответом была надменная физиономия и ощутимое удивление в свете и ветре. — Давайте так, — решил я, отдав сервочерепу команду продемонстрировать голограмму беседы с предыдущим ушастым.
Видящая на голограмму смотрела глазами анимешными, морду держала ровно, но в свете и ветре плескалось удивление, и начал зарождаться гнев.
— Это недоразумение, — бросила она.
— И всех предыдущих посланников встречало «это недоразумение», — предположил я, а поджатые губы были мне ответом. — Ну, значит, разберитесь в своём… — выдержал я хорошую паузу, чтоб даже до остроухой дошло, что я имею в виду. — Недоразумении. И после поговорим как разумные разумные, — подытожил я.
— Завтра на рассвете, — бросила ксеносиха. — Сараса, ясновидящая Мира-Корабля Йанден, — выдала она.
— Терентий Алумус, Инквизитор Священной Инквизиции Империума Человечества, — ответно представился и я, кивнув на срок следующей встречи.
Так-с, рассуждал я уже на Булаве. Значит, тот придурочный юнец, что нас встречал, явно провоцировал конфликт. Причём, похоже, не представляя весь Мир-Корабль, а то и только себя.
Последнее мне позволили утверждать доклады астропатов, связавшихся со всеми доступными торговцами. И да, ушастые скупали продовольствие (деликатесы, если быть точным) взамен на свои поделки.
А вот с чего он (или некая группа) этим занимался? Провоцировать войну с Империумом? Ну так явное остроухое самоубийство. Хотя, Слаанеш их, ксеносов противных, знает. В их сектах и объединениях даже Инквизиция разбирается весьма поверхностно. Может, и есть какая группа, «за объединение всех ушастых в Паутине», например. Ну и естественно «повержение Империума и грязных мон’кеев» всеми вместе. Бред, конечно, но всяких советов, кабалов и прочей пакости у эльдар чуть ли не столько же, сколько их самих.
На рассвете, в сторожке, пребывали всё те же, всё там же. Физиономия у ксеносихи была всё так же надменна, но начала она разговор с извинений. Ну, насколько ушастым вообще было это доступно.
— Совет Видящих Йандена выражает свои сожаления о недостойном поведении своего посланника, — выдала она. — Сей эльдар потерял близкого от рук вашего вольного торговца и скорбь помрачила его разум, — расщедрилась она на пояснения.
По моему — врала, ну да не суть. То, что какой-то придурок вызвался «общаться с низшими», а «возвышенные» и «занятые» остроухие только порадовались — верю. А вот причины… ну, может быть, конечно, но не верю. Впрочем, к делу моё неверие отношения не имеет.