Ну, значит будем рисовать картину «Последний день Комморры», прикидывал я. И, надеюсь, эти придурки меня не прибьют на месте, а то будет совсем обидно.
5. Несмешные шутки
Наблюдая за крайне медленно передвигающимися фигурами, я рассуждал. Точнее, занимался интеллектуальным онанизмом, но небезынтересным (хотя и напрягающим). Да и делать мне в субъективно растянутом времени больше было нечего.
Итак, невзирая на подготовку, был возможен расклад, в котором я бы звал Кристину и кричал алярм раньше попадания в Паутину. А именно, если бы из меня при «захвате» начали выдёргивать сопроцессор. Калечащие и увечащие методы иммобилизации были, конечно, неприятны, но вполне терпимы. Вылечусь, если что. А вот потеря сознания была категорически недопустима, и дело тут не в явно редкой даже для обезьянусов приблудине-сопроцессоре.
А дело в том, что Вект был не идиотом. Более того, ходили слухи, что предыдущих хозяев Комморры он вырезал с помощью астартес, проведённых им же примерно так же, как намеревался сделать я. Причём, слухи эти ходили среди самих друкари, а если кто-то в Империуме и был в курсе, то не признавался. Соответственно, Инквизиция точно не знала, сколь слухи правдивы. Однако, если группа по мою голову направлена непосредственно от Векта, то в Паутину они вернутся не просто, а непосредственно во дворец этого типа. И вот тут крылась немалая опасность. Потому как связь нашу с Кристиной известные средства не перекрывали, но, во-первых, это «известные». Во-вторых, если группа захвата с вырыванием сопроцессора возиться будет вряд ли — это либо время, либо весьма высокая вероятность меня прибить — то во дворце с мастерами работы по плоти (навострились, садюги!) он просуществует во мне менее минуты.
Вообще, сама ситуация с Комморрой выглядела как противостояние тайных возможностей меня и Векта. Из разряда «кто кого переобманет». Даже при том, что, по моему мнению, в «игру» играю только я. Да и не только Вект мог участвовать в этой «игре».
В качестве простейшего примера «лишних» фигурантов: те же ушастые Йандена могли меня сознательно «сдать». Как «по-братски», предоставив меня друкари — что вряд ли, но всё-таки возможно. Так, например, напророчив своими гадскими видящими, решили сделать гадость. Причём тут как возможность «нагадить мон’кеям», оставшись чистенькими, так и «нагадить садюженкам», опять же, будучи «не при делах».
Впрочем, четвёртое бы пока, с эльдарами корабельными. Да и мои рассуждения об «Вект всё знает, и мне безоговорочный и окончательный плохо», сейчас, в сопроцессоре, в прямой видимости группы захвата, чертовски своевременны, не без иронии отметил я. А если по делу: Вект назначил за нас с Сигизмундом немалую награду. Что, если предположить, что он посылает «своих» остроухих, довольно нерационально. Ну и тот факт, что эти придурки припёрлись на Булаву — немалый показатель. Их реально «ведут» и, если бы у нас была такая цель, они бы давно были мертвы или в допросной.
Соответственно, наиболее вероятно, что троица, приближающаяся к моей каюте, максимум, какие-то кабалиты, а то и просто «вольные» наёмники с Комморры. Соответственно, высоковероятно, что после моей иммобилизации они попадут не в дворец Векта, да даже не в резиденцию кабала, а в Комморру «просто».
А пока я рассуждал, похитители приблизились к двери и… слов нет, вышибли её! Не хитро вскрыли. Не закинули какую-нибудь отраву сонную, нет. Тупо выбили дверь, отчего я чуть не убил себя челодланью. Да будь я даже таким придурком, как они меня считают, я бы их сейчас и похоронил, мысленно вздохнул я.
Ладно, четвёртое с ними, подумал я, кинул в нападающих бутылкой амасека (хоть не попал, увернулись, а то бы точно убился челодланью!) Нападающие довольно шустро подковыляли к моей персоне, дали по шее и воткнули туда же шприц с парализатором. Мерзеньким, отметил я в сопроцессоре — обратный отклик от тела шёл на уровне информации, которую я мог воспринимать именно как «знание», не чувствуя. Но принцип парализации был весьма нестандартен и гадок. А именно, периферийная нервная система выдавала хаотические сигналы в широком диапазоне, в основном болевого толка.
А деятели эти принялись довольно сноровисто меня разоблачать, общаясь на довольно ломанном варианте эльдарского. Сетовали, что непонятно где инсигния (да щаз, мысленно возмутился я, всё ценное и нужное у Кристины. Не хватало ещё этим придуркам мои сокровища лапать!), убого глумились, что я не так крут, как они думали, отчего я вновь вынужден был бороться с челодланью.