Посидел, подумал, да и пришёл к выводу, что начинать надо с мест жительства. Часть, особенно в городе, коллеги, согласно отчётам, проверили. И ничего «подозрительного и криминального» не обнаружилось. А значит, надо проверить места, коллегам недоступные. Поскольку местные святоши устраивали истерики на тему «свячёных земель».
Соответственно, отдал я распоряжение пилоту, двигать в направлении «Поселения Святого Августина», с населением этакого промежуточного состояния, между сектой, монастырём и нормальными человеками. Дьякон, услышав место назначения, по морде каменной пробежал лёгкой тенью, варежку свою злостную на миг распахнул и тут же захлопнул: подсветку я не отключал. Так что на попье «невместно вам в место свячёное», моя персона могла ответить «посмотрим на ваши свячёности и, возможно, они мою святость не оскорбят».
По крайней мере, моя ехидная морда лица это откровенно выражала. А Себас это, очевидно, воспринял и не стал тратить время.
И вот, долетели мы до поселения, этакого «полугорода-полупосёлка», с максимум трёхэтажной застройкой и несколькими производствами в качестве труда. Производствами ручными и чистыми, что для Империума было не совсем уж невозможным, но редкостью. Ну и капище тут, естественно, присутствовало, было здоровенным, пафосным, этажей в десять. Что в целом и немного, но для пасторального поселения смотрелось, как по мне, глупо и пафосно.
Время было рабочее, по улицам поселения никто не бродил, так что направил я свой нос, а за ним и стопы, в направлении производственных зданий.
По дороге к нам хотел докопаться некий служитель культа, но был Себасом оперативно перехвачен, просвещён — и свалил в туман. А на производстве какой-то металлизированной парчи охраны и вовсе не было, так что любовался я невозбранно трудягами. И очень мне увиденное не нравилось: взрослых мужчин и женщин на производстве банально не было! Пахали за столиками и станками либо откровенная молодёжь, младше четырнадцати, либо совсем уж пенсионные одры, с сединой, лысинами и прочими атрибутами возраста.
И это ни черта не дело — согласно выцарапанной с боем, и не без удачи, коллегами информации, в этом городке-секте было около миллиона человек, три четверти из которых умерли, снизив выработку наполовину. То есть, взрослое население взяло и померло полным составом. Да сейчас, возмутился я, подойдя к одному из станков.
— Я — Инквизитор, — бросил я пареньку и деду, трудящимся в поте лица. — Где твои родители? — обратился я к пареньку.
— Служат Императору в лучшем Мире! — с дебильной улыбочкой выдал паренёк. — Храни вас Император, Инквизитор, — сложил он ладонями птичку, что повторил дед.
— И вам того же, — послал я посыл обратно. — А от чего они умерли?
— Они не умерли, Инквизитор, — удивлённо выдал юнец. — Я же сказал — служат Императору.
— А где, кем? — резко заинтересовался я.
— Не знаю, — протянул парень, взглянув на деда.
— Уехали, сталбыть, Ваше Святейшество, Ганс с Эльзой. Во славу Императора, — проскрипел дед. — Не ведаем куда, но служители Бога нашего уж присмотрят, — сложил он птичку.
Дьякон морду держал каменную, но глазками бегал. Впрочем, в свете и ветре не особо и волновался — так, проявлял лёгкую озабоченность. Как и во время полёта. И вот как это всё понимать-то, призадумался я, да и обратился к Кристине.
— Защиты нет. Родители этого паренька и сын с женой старика «уехали служить Императору». Сами, никто не принуждал, правда, прощались насовсем, — отрапортовала Кристина.
Точно ничего не понимаю. Ну, положим, уехали в какие-то места служить в более жёстких (или мягких — вряд ли, но и такое бывает) условиях местным попам. Так на общей численности планеты это бы не сказалось!
Обежав ещё два производства, я узрел такую же картину, как и на первом: дети и старики. Та же картина, «служат Императору», без подробностей.
Шёл я к местному капищу и недоумевал: ну, хорошо, положим в арк-флагеллянты перевели кучу населения местные святоши. Но вопрос — зачем? И нет столько боевых сервиторов, да и создание такого — это не два пальца об асфальт, ресурсы, человеко-часы, привлечение шестерёнок. И вообще, две сотни миллионов это, на минуточку, не смешно ни разу: такого не скроешь совсем и вообще. А боевые сервиторы хоть и увеличились количеством, но явно не в таких монструозных количествах.
Сожрали их что ли местные попы, несколько рассеянно сам себе пошутил я. Но сам себе смеяться не стал — не смешно потому что. Тем временем, настоятель капища вещал, что да, вот уехали все со страшной и необоримой силой, наверное, в город, а точно он не знает. Врал, как пить дать, морда сектантская.