Викторианская Англия, Япония периода клановых войн, янки середины двадцатого века. Прототипы культурно-социальнных моделей были прозрачны, ну и чуть вправду не сломали мне ум, пока я логично не обвинил во всём виноватый варп. Поскольку в ином случае подобного существовать не могло в принципе.
И вот, вела нас троица херров в противогазах, серых шинелях и прочей атрибутике к бетонной коробке, явно грузовому входу этого «космопорта» в столичное убежище Крига.
Кстати, по дороге, любуясь показателями, выдаваемыми сенсорикой доспехов, я как недоумевал, так и сочувствовал. Сочувствовал Маркусу, которому отдраивать мой сервочереп от ядовой, радиоактивно-химической пылюки.
А недоумевал от того, какого, извиняюсь, овоща, на Криге за девять, чтоб их, с немалым хвостом, тысяч лет не снизился радиационный фон? И химия какая-то поганая в воздухе. Я, конечно, не профессиональный физик, но и не совсем дундук: что такое период полураспада, немножко знаю. Да, Криг может быть вообще лишённой атмосферы куском скалы. Но атмосферная планета, с пусть слабо выраженной, но жизнью (ежели тут водится что-то, кроме зафиксированных бактерий, то видеть я это не хочу — реально страшно)…
И почти десять тысяч лет радиоактивное и химическое заражение. Либо тут рванули не простую или даже сложную атомную или термоядерную бомбу, а что-то из пограничной физики полуматериального Мира, либо криговцы исправно подновляют радиационный фон и состав атмосферы. Из ностальгических соображений, мысленно хмыкнул я.
Тем временем подъёмник спустил нашу компанию к убежищу. И прямо скажем, это был не улей, а именно убежище-база. Пусть коридоры были достаточно широки, но очень невысоки, не более трёх метров. И, как следствие, полное отсутствие застройки как факта — в стенах были двери и врата, насколько позволяло увидеть не самое яркое освещение и изгибы коридоров. И живёт тут почти десять миллионов, правда, регулярно уменьшаясь за счёт отправки в Гвардию, мысленно содрогнулся я.
Тем временем сопровождающие уверенно вели нашу компанию, пока, спустя несколько переходов и лифтовых спусков, нас не подвели к дверям, обитым деревом. Что в местных условиях было явно вопиющей роскошью.
Кстати, атмосфера и условия в коридорах столицы-убежища были хоть и почище поверхности, но долголетию, согласно сенсорным показаниям, не способствовала. А способствовала она недолгой и мучительной смерти, так что противогазы на нечастых встречных и паре «стражей двери» — явно не традиция, а необходимость.
И вот, дверь распахнулась, явив тамбур, где меня и Кристину (огрины и преторианцы бы просто не влезли) обдуло явным очистителем. После же, войдя в кабинет, я узрел такую картину: дерево, бархат. Всё в готическом, вполне имперском стиле, но не менее очевидно с местным колоритом. И довольно скромно для планетарного губернатора. Точнее просто кричащий аскетизм, оценил я комнату не более двадцати метров площадью.
А за монументальным столом, в довольно богато выглядящем мундире, сидела резиновая морда противогаза. Стандартного, криговского, отметил я, снимая шлем: атмосфера внутри обители губернатора была неважной, но уже не летальной, так что если недолго, так и можно, подумал я.
А резиновая морда при нашем входе кивнула, привстав, а увидев моё открытое лицо, принялась от себя избавляться. И, избавившись, явила сухощавую морду с залысинами, с шрамами-пролежнями от вечной носки намордника, лет под пятьдесят на вид. Немец-перец, как он есть, оценил я морду лица губернатора.
— Отто фон Шигельвицен, губернатор Имперского Мира Криг, господин Инквизитор, — щёлкнул каблуками дядька, тряхнув башкой в коротком поклоне.
— Терентий Алумус, Инквизитор соответствующей организации, губернатор, — не стал разводить лишние политесы я. — Итак, у меня к вам два вопроса и одна причина моего прибытия. Начну с вопроса, потому как он возник только по прибытии в систему, но сильно меня занимает. А именно, — тепло улыбнулся я, — какого, извиняюсь, варпа, ваши подчинённые препятствовали Инквизитору?
— Я извиняюсь за подчинённых, они понесут наказание… — начал было Отто.
— Излишнее, губернатор, я не зрю причины для наказания. Просто ответьте на мой вопрос — как возможно, что на лояльном имперском мире Инквизитора выпроваживают?
— Это, Инквизитор, вопрос традиций, обычаев и мой прямой приказ, — ошарашил меня мнущий в руках противогаз губернатор.
Так-то рожу он держал весьма достойно, но видно было, а в свете и ветре чувствовалась чуть ли не паника. Причём, не столько от моей огнесжигательной персоны, сколько от отсутствия намордника.