Отойдя в сторонку я отсветил Редуктору:
— А вы уверены, магос, что это именно управляющий, а не, например, воин или еще что? — полюбопытствовал я.
— Уверен, Терентий. Оружия на роботе не наблюдалось, возможно, есть устанавливаемое, но воин не будет пребывать в активном состоянии без вооружения, — категорично отмигал он.
В принципе — не поспоришь, обдумал я аргументы магоса. И двинулись мы дальше.
Через дюжину часов движения дальше затеяла наша компания совещание со светомузыкой: дело в том, что ничего, напоминающего не то, что центр, но и ничего, кроме снующих жучил и редких пауков, обычно вяло мигающих сенсорами, нам не попадалось. То есть, пирамида не содержала даже лабиринтов: пустые прямые коридоры. Пустые помещения, незначительная часть которых использовались то ли как зарядные станции (что, учитывая технологию конвертации масса-энергия, крайне маловероятно), то ли как склады. В этих помещениях валялись плотно набитые тушки роботов, в том числе и жуки с пауками, да и варп знает какие ещё роботы — набито всё было плотно, а раскидывать робо-тушки, чтоб понять, что это и для чего, желания не было.
На фоне этого и затеяли совещание, по итогам которого приняли решение экспедицию продлить: маскировка замшелых ведьм свою функцию прекрасно выполняла, ни жучки, ни паучки на наше присутствие не реагировали, так что можно если не найти, то хотя бы полностью понять внутреннее устройство пирамиды.
Что, через сутки после начала экспедиции, благополучно сделали, и получили такие результаты:
Верхняя, неподземная зона пирамиды не содержит ничего интересного, сверх новых типов роботов. Ни хранилищ знаний, ни чего подобного. Встречались комнаты с довольно безвкусными украшениями, некоторые из которых Редуктор спёр, “проверить”, клептоман этакий, добродушно хмыкнул я.
Однако, оставалась подземная часть гробницы, в которую лезть пока не хотелось по причине присутствия там душ. И верхняя часть пирамиды с вершиной: что там за варповщина была — неизвестно. Поскольку на подъеме нас встретили замкнутые двери (первые из встреченных за всё время обследования пирамиды) из металла.
Правда, был некий аналог “сенсорных панелей”, с клинописной тарабарщиной.
Обойдя прилегающий к “запертой зоне” ярус, мы убедились, что никаких щелей и незапертых дверей жадные хозяева нам не оставили, так что после некоторого размышления я отсветил команду сворачиваться.
— Предполагаете вернуться с логисами или обследовать нижние ярусы? — уже в челноке полюбопытствовал Редуктор.
— Думаю вернуться с логисами будет правильнее, — ответил я. — Мне, признаться, не хочется спускаться на ярусы с некронами, пусть и высоковероятно спящими, до получения максимально возможной информации из доступных источников.
— А ещё лучше, взятия систем пирамиды под контроль, — понимающе покивал Редуктор. — Но, Терентий, не думаю, что в верхней части пирамиды мы обнаружим центр управления, хотя и совсем отрицать эту возможность не буду. Однако, скорее всего, там находятся орудийные системы и ангары с теми самыми, — пощёлкал он механодендритом, — призмами, аналогом авиации. Размещать же центр управления и обороны в одном месте — предельно нерационально.
На спич магоса я покивал, а вернувшись на Милосердие, часок поиграл на органе, отдавая предпочтение все тому же “В пещере Горного Короля”. В некоторой надеждой придать мелодией нам удачи, чтоб маловероятное стало возможным.
Но чуда не случилось: выспавшись и отдохнув, мы явились к вратам с двумя логисами, которые, бормоча на техно-лингве религиозщину, подключились к и впрямь оказавшимися сенсорными панелями пластинам. Через пару часов металлическая дверь не отъехала, а втекла в проём. Впрочем, что она из нанороботного металла, я и не сомневался, а мы, выждав с полчасика и убедившись в отсутствие алярма, вошли на верхние ярусы.
И ни черта не обнаружили, никакого центра. Правда, нужно отметить, не обнаружили и никаких призм: верхняя часть пирамиды была как раз ангарами, но с более или менее привычного вида летательными аппаратами, трёх, судя по виду, модификаций: выполненные в виде полумесяца или серпа аппараты, явно рассчитанные на пилота, ныне просто стоящие и боеготовые.
Состояние их поддерживали всё те же жучки, проникающие через небольшие ходы, а вот один из тяжёлых, закреплённых почти под потолком летательных аппаратов явил нам весьма занимательную картину: жучок появился ВНУТРИ него, как показал мой покрытый ведьминской обёрткой сервочереп. Причём никаких колебаний имматериума не было как класса, что очевидно и несомненно подтверждало владение некронами пространственными технологиями, не связанными с имматериумом. Ну и применение их “в быту”, не без этого.
А кроме залежей авиации, на которую Редуктор капал слюной и маслом (видимо, свячёным), на верхних ярусах находились некие гнутые и здоровенные фигулины. Метров под двадцать высотой, на основании с зацепами, явно предназначенном “цепляться за почву”. Гнутые полукругом столбы, во внутренней части изгиба которых, примерно посередине, торчали призматически огранённые кристаллы. Из места посадки этих кристаллов в стороны торчали горизонтальные прутья, да и вообще всё это смотрелось как какая-то невнятная техномагическая поделка, точнее “подделка под техномагию”.
Но было этих здоровенных фигулин около сотни, вокруг них сновали жуки, явно проводя ТО. Так что, видимо, какое-то убивало, артиллерийского вообще, или конкретно зенитного, как и предполагал Редуктор, типа.
Но центра не было, хотя мы обежали всю верхушку. Более того — один из логисов замигал алярм.
— Проход пытаются запечатать, — скоромигалкой отмигал он. — Мы заблокировали врата и отклик, симулируя неполадку, но рядом с вратами уже несколько десятков объектов типа “скарабей”.
— Вы имеете связь с панелью? — с некоторым раздражением уточнил я.
— В рамках используемого ксеносами канала, с незначительным смещением, — выдал Пардус. — Вероятность обнаружения подключения ниже, чем вероятность нашего физического обнаружения, а польза сохранившегося канала связи высока и подтверждена, — уточнил логис, на что я подумал и кивнул.
— Не могу не признать пользу, но в дальнейшем о подобных решениях категорически требую ставить меня в известность, — отрезал я и продолжил по делу. — Уходим, нужного тут нет, — выдал я, а от Редуктора в свете и ветре аж шибануло тоской. — Магос, успеем. Если мы сейчас прихватим оружие, причём, за которым регулярно присматривают — вероятность пробуждения почти сто процентов.
— Знаю, Терентий, — отмигал магос. — Просто жалко уходить от массы любопытнейших технологий. Хотя я понимаю нерациональность подобных желаний, — отметил он.
В итоге, драпануть из оружейной-ангаров успели, хотя жуки, явно отчаявшись найти “поломку” (точнее, паук или управляющий более высокого звена) начали формировать глухую металлическую стену.
Логисов, с кряхтением, пришлось через неё перетаскивать, и прямо скажем, акробатика с кубиком в пару центнеров весом — весьма непростое занятие даже для шестерёнок.
В итоге, покинули мы пирамиду и затеяли очередное совещание.
— Центр точно внизу, — вещал магос. — Нам надо туда!
— Если он вообще есть, Валлиос, — озвучил я только что пришедшую в голову, неприятную идею. — Я вот подумал, а если центра нет вообще? Жуки не могут создать роевое сознание, допустим. А если оно есть у пауков? Распределённая сеть связанных вычислителей.
— Неприятная возможность, — подумав, погудел логис. — И не менее вероятная, нежели наличие центра.
— Не оставлять же всё, как есть? — аж опустил механодендриты Редуктор.
— Думаю, что не оставлять, но есть у меня вопрос. Валлиос, сможете ли вы сделать несколько десятков, а лучше сотен простейших роботов? Вообще без сенсоров, без когитаторов, с простейшими алгоритмами движения и объезда препятствий? — полюбопытствовал я.
— Отвлечение внимания? — прозорливо осведомился магос.
— Оно самое, — признал я. — Не выпустить их, а, например, поставить перед входом в гробницу три коробки с этими роботами. Одну пустую и внешне вскрытую, а две полные. Я не знаю алгоритмов работы пауков, центра или сети, но на пропажу двух жуков тревоги не поднялось, как и на “сбой” в механизме двери. Соответственно, обнаружив простейших роботов и вскрытую коробку, явно из-под таких же…