А значит, некие деятели, не имея нужной квалификации, не проверяемые официально Администратумом, торгуют с ксеносами. Конечно, возможно, что некий конкурент Блэка, вполне себе Вольный Торговец, втихаря вытесняет моего агента с рынка. Вот только крайне маловероятно: у вольных свои отработанные маршруты, налаженные связи. Чтобы у “непонятно кого” покупали, нужен столь весомый дисконт… ну, в общем, не вытянет ни один дом Вольных Торговцев такое, учитывая количество планет. Картельный сговор, чтоб Блэка разорить? Так бред, места для торговли в Империуме хватает, скорее дефицит Вольных Торговцев, нежели наоборот.
Опять же, всяко бывает, но предварительно всё смотрится так, что некие ушлые ребятушки решили как сэкономить, так и навариться. Ну а Диктатес Империалис, согласно которому, запрещено любое сношение с ксеносами, кроме как квалифицированными специалистами (к которым вольняшки и относились) — это так, необязательные рекомендации.
И в чём алярм — вполне понятно. Неконтролируемый и непроверяемый поток товаров. Теоретически ушастые клиентов травить не будут, вот только это ксеносы, гарантии никто не даст, это раз. Далее, эти ушлые ребятушки могут тащить всяческую ксенопакость, археотех, да варп знает, что ещё, неконтролируемо и не будучи специалистами. А это совсем хреново, потому что, подчас, подобные “свободные предприниматели” притаскивали такое, что несколько планет вымирали, исчезали, а то и делали оба варианта и, вдобавок, чего похуже одновременно.
Не сказать, что шибко распространено последнее, но прецеденты, не один и даже не один десяток, были.
Так что, сама дурь и её источник отходит на сотый план: ушастым дуреторговцам до лампады, кому пихать дурь, законы Империума им также до лампады, они, как бы, согласно этим самым законам, существуют-то в кредит.
А вот организация из “возможно-опасной” становится откровенной угрозой и целью номер раз.
Варианты: что у местных нашёлся НЗ почившего “доброго дядюшки”, причём на всех планетах одновременно; они ударились в хронический ЗОЖ, а дурь — это эксклюзив для глупых туристов, учитывать стоит. Но всерьёз не принимать, как понятно, пока и если реалистичные варианты не окажутся несостоятельными.
Вот и выходило, что надо мне спускаться на планету. Объездить, не привлекая внимания, информационные центры столицы (а в идеале — не только, но это уже перестраховка: космопорт на планете один), дабы Агнесса могла подпустить своих жучков и собрать информацию. А после, пока Целер в машинном масле лика своего будет просеивать информацию, устроить безобразный кутёж, непременно с затейливыми веществами поразнообразнее и Кристиной, выковыривающей из мозгов продавцов дури информацию. Дальше будет ясно: идти “по цепочке” торгашей или подождать сбора и обработки массива информации логисом.
При этом, все местные власти, начиная с Администратума и заканчивая Арбитрами, относим к сотрудничающим и сочувствующим преступникам. Поскольку второй вариант — слепоглухонемые саботажники с амнезией и помощниками, сотрудничающими и сочувствующими преступникам.
И вот, дождавшись окончательных результатов анализов дури, будучи уверенным в её “каноничности и ушастости”, снарядился я в лёгкое волокно из синтомышц, под полувоенным мундиром флотского образца. Буду, значица, этаким нейтральным офицером, боцманом боевого батальона или ещё какой средне-высшей офицерщиной с сопровождением.
Но, как и обычно, просто улететь мне не удалось. Впрочем, задержки были… ну скажем так, не слишком гадкие, в чём-то даже забавные. Итак, первая задержка произошла, когда наша четвёрка, уже снаряжённая, топала к челноку. Идём мы, значит, по ангарной палубе к судёнышку, где Роберт с штурмовиками нас поджидает, изящно нарядившись членами боевого батальона судна. И вижу я такую картину: неподалёку от космической ежевики, из какой-то почти незаметной глазу проволоки сотворён столик о двух сидушках. И на этих сидушках сидят, соответственно, обезьянус и Пардус Целер, в позах роденовских мыслителей (логису, в силу своеобразной анатомии, которую более имело смысл называть архитектурой, позу выдерживать было сложно, но он убедительно старался), ну и играют эти деятели в регицид. Вполне с интересом и самозабвенно, а обезьянус, почувствовавший меня в свете и ветре, аж мыслеобраз отослал, в стиле: “припёр ты, Терёха полезную и джокаэроугодную зверушку, весьма занятную. Ай молодец, тащи таких ещё!”
Логиса же я негромко окликнул сам, напомнив о не столь отдалённом доступе к местным инфохранилищам, на что аколит поомниссился, что работоспособность его не снижена, а при нужде партию он прервёт.
Довольно забавно, да и полезно, слегка улыбнулся я. Дело в том, что варп этих обезьянусов знает, но всё же тварюшки они, как и человеки, весьма социальные. А мой персональный обезьянус большую часть времени что-то мастерил в своей ежевике, носу не высовывая. Не жаловался или что-то такое: если хотел, творил какую-нибудь не вредную, но весьма удивляющую фигню вроде нового корабельного прохода и ликовал, шугая явившейся мордой, из казалось бы, глухой стены, экипаж. Ну и на тренировках бывал и просто по судну, у-у-укая, бродил, но как по мне — маловато.
А вот досуг в виде регицида — вполне ничего, пусть будет, довольно заключил я.
И вот, идём мы дальше, я несколько отвлёкся на рассуждения, как вдруг на пути нарисовалась фигура в кожаном плаще, этаком примерном аналоге формы Официо Префектус. Моллис, чтоб её, Педитес, собственной персоной. И, значится, взирает на меня с опасением и надеждой, явно поджидая мою персону.
В принципе — не страшно. Да и думал я, что раз уж таскаем с собой кошатину, так можно и к делу какому приспособить. Но рановато. И Кристина, интриганка такая, сделала физиономию столь невинную, что вот точно уверен, без неё не обошлось.
Впрочем, острый приступ фелиномисосии, меня одолевший на Монетариусе, у меня благополучно прошёл, так что остановился я в паре метров от кошатины и стал на неё взирать нейтрально.
— Господин светлейший Инквизитор Терентий, — мялась кошатина. — Могу ли я быть чем-то полезна?
— Возможно, можете, Педитес, — ровно ответил я. — Чем, в каком качестве вы намерены "быть полезны"? И причём тут я?
— Вы, потому что так сложилось, что я с вами, — логично, хоть и несколько косноязычно мрявкнула явно волнующаяся фелинидка, на что я согласно кивнул. — И я — воин, почтенный Терентий! Могу разить врагов Императора пулей и когтем! — вытянулась в струнку она.
— Когтем, говорите, — протянул я. — А ваши занятия с дознавателем Гольдшмидт?
— Более направлены на усиление тела, Терентий, — начала Кристина. — Биомантия, пока на себе, а со временем…
— Ясно, — не стал дослушивать я, ехидно глянув на тереньтетку. — Хотя я спрашивал не тебя, Кристина, но ответ я получил. Хорошо, вы хотите быть полезной, Педитес, причём как воин. Покажите в рукопашной, что вы из себя представляете. Сможете меня впечатлить — в это расследование у вас будет испытательный срок. А если нет — учитесь, — заключил я.
— Я готова, с кем?! — бодро отрапортовала кошатина.
— Со мной, конечно, — ответил я, давая Кристине команду помочь со снятием слоя синтомышц.
Я, конечно, не самый великий воен Империума, но варп подери, уже десятилетиями я тренируюсь и привожу свои кондиции в достойный вид. Плюс импланты, плюс псионика и некоторое улучшение тела… В общем, справлюсь с толком необученным гвардейцем, пусть и фелинидом, рассудил я. Ну а не справлюсь — будет мне вполне уместный щелчок по ЧСВ, а кошатина в таком разрезе и вправду пригодится.
— Но вы же… — охренительно деликатно уставилась на мою культю Моллис.
— Вас смущает моя рука? Могу убрать за спину, — куртуазно покрутил я фонарик левой рукой.
— Нет… я имею в виду… хорошо! Рукопашный бой без оружия? — собралась кошатина.
— Почему же, у вас, как я вижу, маникюр, — отметил я приведение лап фелинидки в удобоваримый формат. — А на поясе у вас я наблюдаю клинки. Пользуйтесь на здоровье.
На что кошатина сузила гляделки и еле слышно зашипела. Ну, вот и славно, а то стояла и эманировала растерянностью и опасением, как бы увечного Инквизитора не прибить. Притом, что и года не прошло, как я эту кошатину голыми руками за шкирку, кхм, держал.