Майкл оставил без комментариев последнее замечание. Лучше не подливать масла в огонь и потом защищать Кэролайн от нападок истеричной женщины. А уверять Синтию в супружеской верности Майклу надоело уже много лет назад. Она все равно была уверена в существовании соперницы.
— Как процесс реабилитации? — спросила Синтия, заметив на столике резиновые мячики.
— Неужели тебя и впрямь интересует мое здоровье? — язвительно осведомился Майкл.
— Конечно. Ты ведь мой муж.
— Может, хочешь снять грех с души? В конце концов, я вынужден был остаться в Филадельфии по твоей вине.
— Ну уж нет, Майкл! Тебе не удастся свалить всю вину на меня! Это ты довел меня до такого состояния, когда я уже не могла контролировать свои эмоции и поступки.
— Синтия, если ты не руководишь своим поведением, тогда, возможно, тебе следует обратиться к специалистам.
— Что? Теперь ты хочешь объявить меня сумасшедшей? Может быть, это твой козырь?
— Мой козырь? О чем ты говоришь?
— Об этом. — Синтия швырнула в Майкла скомканный лист бумаги.
Майкл медленно нагнулся и поднял его с пола.
— Синтия, во что ты превратила мое заявление о разводе?
— Послал ко мне этого придурка Маркеса, думал, я сразу же сдамся и соглашусь отпустить тебя?
— Синтия, давай не будем ссориться, а разойдемся по-хорошему. В конце концов, мы прожили вместе, много лет. Ты, конечно, начнешь сейчас спорить, но, на мой взгляд, в нашем браке была масса положительных моментов. Я бы сказал даже, счастливых.
— Да? Интересно было бы узнать какие?
— Наше путешествие в Париж, к примеру.
Синтия скорчила недовольную гримасу.
— Это же было сто лет назад.
— А как насчет покупки нашего дома? Ты обставила его так, как пожелала. Я ни разу не оспорил твое мнение и без лишних вопросов подписывал чеки на самые баснословные суммы.
— Мы опять уперлись в деньги! Майкл, ты тратил деньги не на меня, а на наш дом. А ты не подумал, сколько я вложила туда сил, энергии, любви, заботы? Конечно нет. Разве ты вообще когда-нибудь думал обо мне?
— Синтия, прекрати. Не устраивай скандал.
Если я был таким плохим невнимательным мужем, тогда почему ты не хочешь развестись со мной? Это решит все проблемы. Ты еще молодая привлекательная женщина. У тебя есть хорошая работа…
— А ты станешь жить с этой Кэролайн? — перебила она. — Нет, дорогой. Не дождешься.
После того, что ты сделал с моим братом…
Майкл помрачнел.
— Молчишь? Нечего сказать в свое оправдание?
— Синтия, не вороши прошлое. Пусть мертвецы лежат в своих могилах.
— Это ведь не твой единственный брат погиб, да?
— Сэм был моим лучшим другом. Ты знаешь, как тяжело я переживал его потерю! — вне себя крикнул Майкл.
— Еще бы! Ты ведь убил его!
— Нет! — Майкл схватился за голову. — Нет!
Нет! Нет!
— Да-а-а, дорогой. Да.
— Нет. Это был несчастный случай.
— Конечно. Я сама сказала это в полиции. Но мы ведь с тобой знаем правду, ведь так? — Синтия подмигнула мужу.
Он закрыл лицо руками.
— Зачем ты надо мной издеваешься? — глухо спросил Майкл. — Прошло столько лет.
— Однако мы ведь с тобой не забыли.
— Господи, разве такое можно забыть?
— Ты убил Сэма. Ты виноват, Майкл. Ты лишил меня единственного близкого человека.
У меня ведь никого не осталось. Никого. После гибели родителей Сэм воспитал меня. Он заменил мне и отца, и мать, и бабушек с дедушками. А ты… ты… — Синтия тоже закрыла лицо руками и содрогнулась от глухих рыданий.
В эту роль она прекрасно вжилась. Разбуди ее среди ночи и спроси, что произошло пятнадцать лет назад, она, ни секунды не задумываясь, ответила бы, что ее брата убил Майкл. Ее муж, искупивший вину женитьбой на осиротевшей влюбленной в него по уши Синтии. Никому никогда Синтия не рассказывала правду о смерти брата. Впрочем, и ту ложь, которую принимал за правду Майкл, знали только они. Синтия хранила выдуманный ею же секрет многие годы, обрекая Майкла на постоянные угрызения совести и непрерывное искупление вины.
— Временами мне кажется, что лучше бы ты тогда выдала меня полиции. Сказала, что я специально столкнул Сэма в пропасть или намеренно испортил его альпинистское снаряжение.
— Да? Мы теперь стали такие храбрые? На тебя это, совсем не похоже, Майкл. Не ты ли постоянно лгал всем нашим друзьям и знакомым о том, что Сэм погиб в результате несчастного случая? Свидетелей-то не было. Одна я знала правду.
— Нет, я вовсе не боялся наказания. Во всяком случае, до тех пор, пока ты не стала вдалбливать в мою голову всякие кошмарные истории о тюремном заключении, пытках, муках одиночества. Разве не ты первая заявила прибывшей на место происшествия "скорой" и полиции, что это был несчастный случай, что Сэм сорвался со скалы, потому что накануне мы перебрали вина?