— Ты искала меня?
— И да, и нет. Сама судьба привела меня в этот отель. А где Синтия?
Майкл пожал плечами.
— Наверное, снова на каком-нибудь рауте или шоу.
— А ты?
— А что я? Я ей нужен лишь как необходимый атрибут современной успешной женщины — наравне с банковским счетом, личным парикмахером и бизнесом.
— Майкл, но почему ты уехал из Филадельфии?
Кэролайн и не думала выпускать его из объятий. Она слишком долго ждала этого момента.
— Ты не поймешь меня, Кэролайн. — Он вздохнул.
— Майкл, я так скучала по тебе. Я не могу… не могу без тебя жить… Все время думаю о тебе, о нас.
— Можешь, Кэролайн. Ты сильная. Пойми, мы не будем вместе…
— Почему?
— Потому что… нет, Кэролайн, это слишком тяжело. Ты возненавидишь меня.
— Никогда. Майкл я никогда не буду ненавидеть тебя..
— Ты так говоришь, потому что не знаешь всей правды.
— Я все знаю, — твердо сказала Кэролайн. — О гибели Сэма.
Он с удивлением посмотрел на нее.
— Ты не виноват, Майкл.
— Тебя там не было, ты не можешь об этом судить. Ты не держала за руку лучшего друга, который сорвался со скалы…
— Майкл, нельзя спасти человека, если он сам не цепляется за жизнь.
— О чем ты говоришь, Кэролайн?! — воскликнул Майкл, чем привлек внимание двух расфуфыренных дамочек, медленно прохаживавшихся по холлу.
Они укоризненно посмотрели в сторону Кэролайн и Майкла, которые по-прежнему держали друг друга в объятиях. Кэролайн подождала, пока они пройдут, и сказала:
— Сэм отправился в горы, чтобы покончить с собой.
— С чего ты это взяла? — Майкл снова не справился с нервами.
Две любопытствующие напудренные особы возникли рядом с нишей.
— Добрый вечер, мистер Льюис. А почему вы не сопровождаете вашу очаровательную супругу в "Хилтон"? — скрипучим голосом поинтересовалась одна из дам.
Вторая одарила Майкла испепеляющим взглядом, словно мечтала стереть в порошок коварного изменника.
— Не хотел портить настроение всему высшему обществу, — съязвил Майкл.
— Давай уйдем отсюда. Поговорим в более спокойной обстановке, — предложила Кэролайн.
Он кивнул.
— Может быть, погуляем по пляжу? Наверняка там никого нет в такое время.
— Хорошо, — согласился Майкл. Он с трудом контролировал собственные чувства и мысли.
Неужели Кэролайн известна правда? Откуда? Ведь из них троих, кто был в тот злополучный день в горах, остались только он и Синтия.
Представить себе, что его жена откровенничала на эту тему с Кэролайн, невозможно. Следовательно… следовательно, он сошел с ума.
— Ну вот, пожалуй, здесь мы сможем спокойно поговорить, — сказала Кэролайн, опустившись на шезлонг, находившийся в самом темном уголке пляжа.
Она жестом пригласила Майкла присесть рядом с ней.
Минуту или две они молча сидели, не решаясь начать трудный, но неизбежный разговор. Наконец Кэролайн собралась с духом и сказала:
— Майкл, ты не виноват в смерти Сэма.
И это был не несчастный случай. Он сделал это намеренно. Сэм искал в горах свою смерть.
Вспомни, возможно, ты оказался рядом с ним в тот момент случайно. Быть может, Сэм отговаривал тебя подниматься с ним.
Майкл задумчиво кивнул.
— Да, теперь я припоминаю, что тогда… тем утром… Вернее, лучше начать с вечера. Когда мы добрались до места и разбили вечером лагерь, Сэм предложил отметить наш приезд. К нашему с Синтией удивлению, он достал из рюкзака две бутылки вина и предложил приготовить глинтвейн. Нам эта идея показалась заманчивой. Сэм вызвался приготовить его сам. Мы сидели у костра, болтали и потягивали горячий ароматный напиток. Все было великолепно. Мы ни о чем не думали, а только наслаждались красотой гор, чистотой воздуха и обществом друг друга. Как ни странно, Сэм почти не пил, сославшись на какие-то проблемы с желудком. Мы с Синтией не стали настаивать, напротив, заметили, что тогда нам больше достанется. С утра у меня трещала голова так, что я с трудом дополз до умывальника. Синтия еще спала, а Сэм был уже полностью экипирован для восхождения. Думаю, приди я двумя минутами позже, он бы уже ушел один.
— Возможно, он на это и рассчитывал.
— Нет, просто из нас троих он был самым увлеченным и профессиональным альпинистом.
Мы с Синтией поехали за компанию. Я, можно сказать, баловался. Никогда всерьез не занимался альпинизмом, но и отпустить Сэма одного не мог. Разве он виноват, что я накануне надрался? У меня болела голова, но он-то был здоров и полон сил для подъема в горы. Собственно, только ради этого он и отправился в горы. С какой стати он должен был торчать в лагере вместе с двумя мучившимися похмельем друзьями? Ничего странного в его поведении я не заметил. Он был как всегда весел, шутил, говорил, что не намерен тащить меня на себе всю дорогу… — Майкл вздохнул.