— Вы пойдете с ней на концерт? — спросил Таннер.
— Нет, — быстро ответил Девлин.
— Ревнуете к Шону Майклзу?
Шон проворчал:
— Забавно. Оказывается, я…
— Не стоит, — посоветовал Таннер.
— Да нет, правда забавно! — Шон не смог удержаться от улыбки, которая готова была перейти в безудержный смех. — Разве мужчина может ревновать к самому себе?
— Большинство мужчин могут ревновать к кому угодно, — усмехнулся Джемисон.
— Но я не большинство, господин адвокат, — заявил Шон и, приняв окончательное решение, протянул ему руку: — Шон Майклз к вашим услугам!
Кузен Ханны изумленно посмотрел на него:
— Вы?
— Профессиональное доверие, — усмехнулся Шон, — надеюсь, не покинуло эту комнату?
— Сдаюсь. — Джемисон улыбнулся в ответ. — Ханна знает?
— Разумеется, но ей необходимо время, чтобы свыкнуться с этим, а мне — чтобы принять некоторые решения. Я беспокоюсь о ней и не могу допустить, чтобы ее публично оскорбили или чтобы она стала жертвой моей популярности. Мне кажется, у нас может получиться что-то особенное, не похожее на других. Но я должен дать ей время. Вы понимаете мою позицию, Джемисон?
— Которую? Деньги? Привилегии? Популярность? — шутя переспросил он.
Шон расхохотался:
— Все вышеозначенное, адвокат. Спасибо, что поняли с полуслова.
— Нет проблем, — небрежно бросил Таннер. — И все же объясните, как Ханна сделала для вас еще один миллион.
— «Песня Ханны», — ответил Шон. — Мое последнее и самое лучшее произведение. Она достигнет пика популярности.
— И каждый пенни пойдет ребенку?
— Именно поэтому я здесь. Я тороплюсь все уладить, так как на следующей неделе должен уехать из города.
— Что ж, отлично. Мы приступим к делу немедленно. Итак, мистер Девлин, мне необходимо кое-что уточнить…
Ханна уже почти заснула, когда раздался звонок в дверь. Проклиная все на свете, она потянула на голову подушку, чтобы ничто не мешало ей спать. Но тут снова раздался настойчивый звонок, и она, зевая, пошла открывать дверь.
Шон стоял на ступенях, вертя в руках белую розу на длинном стебле, копию той, что принес в воскресенье.
Ее сердце стучало быстро-быстро. Она смотрела на него, не в силах скрыть радость. Ей хотелось побыть одной и в то же время не терпелось вновь поскорее увидеть его.
— Входи, — прощебетала она, счастливо улыбаясь.
— Ты спала? — спросил он.
— Я пыталась заснуть, — поправила она, проводя лепестками цветка по щеке и жмурясь от удовольствия.
— Ты выглядишь усталой. Хочешь снова лечь?
— Со мной всегда так, когда я беременна, — вздохнула она. — Ты хотел знать, согласна ли я лечь в постель с тобой?
— Нет, радость моя, — отвечал он вполголоса. Его пальцы коснулись того места на ее щеке, к которому прикасался цветок. — Я просто подумал: если ты очень устала, гони меня прочь без всяких разговоров.
— Я не уверена, что ты именно это имел в виду, — хитро поглядывая на него, возразила она.
— Ханна, — волнуясь, произнес он, — я, всегда готов заниматься с тобой любовью. И хотя я пришел не за этим, но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Один твой взгляд — и я уже страстно хочу тебя.
Мечтательно зажмурив глаза, она потянулась к нему. Его руки зарылись в пышные рыжие волосы.
— Девочки спят, — прошептала она, когда его губы приблизились к ее рту.
Ей было так хорошо в его руках. Так спокойно… Его губы возбуждали желание, которое она испытывала только с ним.
— Это уже входит в привычку, — пробормотал он, скользнув рукой в разрез ее халата. — Стоит мне прикоснуться к тебе, и… Ты как наркотик. Мне все мало. Я хочу еще и еще…
Когда его ладонь легла на ее грудь, она простонала:
— Ты нужен мне, Шон, ты нужен… Он ответил ей нежным поцелуем, соблазняя своей страстью и желанием.
— Ты пришел взять меня до того, как я лягу спать? — нежно промурлыкала она, крепче прижимаясь к нему.
— Чего я хочу, любовь моя, так это чтобы твой сон был спокоен и сладок, — ответил он, взяв ее на руки и направляясь к спальне.
— Я соскучилась, — шепнула она, когда они уже лежали в кровати. — Соскучилась по твоим поцелуям, твоим рукам… По тому, как ты гладишь мои волосы, ласкаешь мою кожу… Мне не хватало тебя, милый. Я снова хочу почувствовать тебя внутри… услышать твой шепот около моего уха…
Он закрыл ей рот поцелуем, кончиком языка раздвинул ее губы, возбуждая, ласкал, требуя…