- Да что ты такое говоришь! - возмущенно воскликнула Юля.
- Я знаю. Врачи уверяют, что все будет хорошо, а я знаю.
- Даже не смей о таком думать!
- А я и не думаю, - улыбнулась Карен. - Просто живу. Только Зака жалко.
Юля собралась пуститься в нравоучения, но тут дверь палаты распахнулась, и на пороге вначале появился огромный букет ярко-красных роз, а потом и рассыльный в синей с золотыми прошивками пиджаке.
- А вот и еще подарки, - радостно воскликнула Юля.
- Это не мне, - замотала головой Карен.
- Как не тебе?
Посыльный, выглядывая из-за букета, откашлялся и произнес громким голосом:
- Для Юли.
- Я же говорила, - засмеялась Карен. - Юля - это она.
Она указала пальцем на удивленно моргающую Юлю. Посыльный поставил букет на тумбочку и, чинно поклонившись, удалился.
Юля взяла букет и увидела привязанную к нему открытку.
«Самой прекрасной женщине в мире», - прочитала она, и улыбка расплылась по ее лицу.
Влад... Конечно же, Влад.
И он, словно переняв ее мысли на расстоянии, позвонил.
- Спасибо, Влад, мне так приятно, - восторженно сказала Юля.
- Тебе понравился букет? - голос Влада звучал так рядом, так близко, казалось, он тут, рядом с ней. Протяни руку и дотронешься.
- Да.
- А я волновался. Я же не сам выбирал его. Хотел преподнести нечто оригинальное, но девушка-диспетчер стола заказов уверила меня, что лучше роз ничего нет.
- Они прекрасны! - Юля опустила нос в букет, укололась, от этого поморщилась и засмеялась. - Спасибо тебе.
Ей так давно никто не дарил цветов, она даже забыла, что это такое.
- Вот и хорошо. Как ты себя чувствуешь?
- Отлично, - коротко ответила Юля. Она не хотела говорить о себе, она хотела о нем. - Лучше расскажи, как ты.
Она слушала, как Влад рассказывает о своем возвращении на корабль, об отремонтированной каюте, о начавшейся погрузке, и была счастлива. Счастлива, что слышит его голос, что знает, что Влад живет на свете, что они скоро вновь встретятся. Юля не хотела думать о плохом, она не имела права думать о плохом. Ведь впереди ее ждало счастье. Ей сейчас было ради чего жить. Ради встречи с Владом. А это очень большой стимул.
Слушая его голос, Юля представляла, как они встретятся после долгой разлуки, как она заглянет ему в глаза, дотронется до его щеки. Как они прижмутся к друг другу, как отдадутся друг другу без остатка. А потом она отведет его в «Маленькую Италию», познакомит со своими подругами, и они обязательно понравятся друг другу. Эмма восторженно воскликнет: «Ну ты, подруга, и отхватила красавца! Мне бы такого!». А София рассудительно произнесет: «Я думаю, он сможет тебя сделать счастливой».
Звонки Влада поддерживали Юлю в дни подготовки к операции. Он был так уверен в ее успешности, что его уверенность передавалась и ей.
Да и доктор Руд, изучив ее анализы, результаты исследований и понаблюдав за общим состоянием, вынес вердикт - Юля готова к операции. Откладывать дальше ее не имело смысла.
Операция была назначена на одиннадцать часов среды. В этот же день корабль Влада покидал порт Копенгагена.
С вечера Юли дали укол снотворного, чтобы она хорошо выспалась перед сложным для нее днем. Поэтому спала она крепко, и никаких снов не видела. А утром проснулась бодрой и отдохнувшей.
Первое что она увидела, открыв глаза, испуганную Карен, сжавшуюся в комочек на кровати. Карен лежала на боку, поджав колени и прижав подушку к груди. Глаза Карен были красными и опухшими.
- Что с тобой? - Юля резко села и спустила ноги с кровати. - Что случилось?
Карен вместо ответа быстро-быстро замотала головой.
- Карен, ты меня пугаешь. Тебе плохо?
Карен вновь помотала головой.
- Говори! - повысила голос Юля. - Или я вызову медсестру.
- Не надо медсестру. Со мной все в порядке, - тихо ответила Карен. - Со мной все в порядке.
Она судорожно сглотнула и сказала:
- Сегодня ночью ушла Дебора.
Юля в первое мгновение никак не отреагировала на слова Карен. Со сна она еще плохо соображала, а когда до нее дошел смысл, в ужасе закрыла рот ладонью, не выпуская крик, готовый сорваться с губ.
Она вспомнила Дебору, всегда веселую и жизнерадостную. Она лежала в палате номер четырнадцать, как раз напротив их четвертой палаты, и часто заходила к ним в гости. Дебора смеялась над своей болезнью. У нее было трое детей, с разницей в один год, и она шутила: «Спряталась я от своих сорванцов в больнице. Пусть сейчас отец один повоюет. А то делать их - всегда пожалуйста, а воспитывать - у него работа ». Перед глазами Юли предстали дети Деборы - два мальчика, семи и шести лет, и очаровательная дочь. Как же они сейчас? Сердце сжалось от боли.