И если подумать, то вселенная будто дает мне маленький шанс все исправить. Будто Дарья послана судьбой, и в дальнейшем я заработаю нужную сумму и со всем обязательно разберусь. Стоит лишь рискнуть. Может и не самое страшное – быть эскортницей. Всего-то сопровождать богатого мужчину на мероприятии. Как ночь без интима…
Из мыслей вывел звонок телефона. Звонила бабушка.
- Привет, бабуль. Как ты? – В ответ я услышала ее уставший, тихий голос.
- Здравствуй, солнышко. Как дела? Как учеба?
- У меня все хорошо. Ты лучше скажи, как твое самочувствие?
- Все также, внучка…
- Ты не волнуйся, деньги скоро будут… Я работу нашла.
В трубке послышались всхлипы.
- Ксюшенька. Не живешь спокойно, все обо мне переживаешь. Я ведь пожила уже… - Внутри неприятно закололо. К горлу подступил ком, от которого нормально говорить становилось невозможно.
- Не говори так. Я найду деньги, и тебе сделают операцию, еще лет двадцать проживешь!
Глаза обожгло свежими слезами, тело продолжало трясти. В этот момент я наконец дошла до дома. В подъезде договорила с бабулей и тут же бросила телефон подальше в сумку. Ей важна была моя нормальная жизнь, с кучей подруг, гулянок и мальчиков. А я на протяжении нескольких месяцев еле свожу концы с концами, пытаясь закрыть кредит, который брала на обследование, а теперь снова ищу деньги на срочную операцию.
Поднялась на свой этаж. Вошла в квартиру, где моя соседка с кем-то громко разговаривала по телефону в своей комнате. Даже кричала и, вероятно, не услышала, как я пришла. Кинув ключи на тумбочку, сняла куртку и ботинки, и в этот момент из комнаты девушки донеслись звуки ударов о мебель или что-то просто упало. Я не придала этому значения, пока Катя не начала кричать еще громче. Тут я и услышала отрывки ее слов, от которых сжалось сердце:
- Она месяц уже не может заплатить. Живет за мой счет! … Что я могу сделать?
Черт!
- Выгнать?! Она моя подруга!
Начинало жутко подташнивать из-за всей этой карусели. Еще и проблема с жильем вырисовывается. А самое смешное то, что я почти уверена – Катя вышвырнет меня из дома и глазом не моргнет. Как пустила к себе жить и оплату делить, так и выгонит со словами: «Не платишь – вали!»
Медленно опустилась по стене вниз, не сдерживая слезы и сквозь крики девушки начала реветь чуть ли не в голос, наплевав на все. Так плохо мне никогда не было еще… Словно я падаю прямиком в ад. Все выливалось с обжигающими слезами по щекам. Я обхватила себя руками, обнимая, зажмурила глаза до боли, выжимая все, что было. Голова безвольно упала на прижатые к груди колени.
- Ксюш? – Донесся тихий голос подруги. Сделав над собой усилие, я открыла заплаканные глаза и посмотрела на нее. – Ты чего? Что случилось?
За время нашего общения можно привыкнуть к ее грубоватому голосу и стилю общения. Даже если она говорила мягко, с жалостью, за этим последует прямолинейный вывод или нотация. Катя не была из тех, кто ходит вокруг да около, и из-за такого качества частенько нарывается на конфликты.
Я смотрела на ее сдвигающиеся брови. В руке телефон, с которого она только что прервала разговор с кем-то. А недоуменные серые глаза все больше темнели от злобы.
- Либо ты сейчас успокаиваешься и говоришь, что произошло, либо я насильно веду тебя в ванную под холодную воду!
- С кем ты разговаривала обо мне? – Прямо спросила я. Медленно встала, продолжая смотреть на подругу.
- Так ты из-за этого… Брось! Чушь это все. Я не стану выгонять тебя на улицу…
- Но?
- Что «но»? – Наш диалог больше походил на спор клишированных персонажей какой-нибудь драмы. И плевать на то, с кем говорила Катя. Сейчас моя чуйка подсказывала мне, что подруга явно недоговаривает.
- Твоя фраза сказана так, словно есть очень жирное и весомое «НО»… Или мне всего лишь кажется, что ты о чем-то умалчиваешь.
Терпение иссякло. Вот от Кати никак не хотелось ожидать подвоха. Я сложила руки на груди, а девушка только повела плечами, хмурясь от моих слов.
- Ксюш… Насчет жилья не беспокойся. Я заплачу за тебя. Но долго эта история продолжаться не может. Моя зарплата не дает особой возможности обеспечивать второго человека. Пожалуйста, найди деньги хотя бы на ремонт треснувшей плитки в туалете и еду.