Выбрать главу

— Свою мелодию мы прибережём на финал, — Макс покачал головой. — Для отборочного тура нужно что-то узнаваемое. Чтобы жюри поняло, что мы умеем работать с материалом.

— Он прав, — поддержал Дэн. — Если мы придём с неизвестной музыкой, нас просто не поймут. Нужен хит.

— Какой? — спросила Алиса.

Макс загадочно улыбнулся и достал из-за спины потрёпанный нотный сборник.

— Бетховен. Соната №14. «Лунная».

Алиса уставилась на него как на сумасшедшего.

— Ты хочешь сыграть «Лунную сонату» с рок-группой?

— А почему нет? — Макс пожал плечами. — Первая часть — нежная, грустная. Там, где она знаменитая. А третья — бешеная, страстная, настоящий ураган. Идеально для нас.

— Ты понимаешь, что Бетховен писал это для фортепиано? — Алиса не верила своим ушам. — Это не адаптируется под рок.

— Всё адаптируется, если есть голова на плечах, — вмешался Виктор, который, как всегда, рисовал неподалёку и слушал вполуха. — Бетховен вообще был бунтарём. Его современники считали его музыку слишком дикой, слишком эмоциональной. Он бы оценил.

Алиса задумалась. В словах Виктора была правда. Бетховен действительно ломал рамки, писал так, как чувствовал, не оглядываясь на критиков.

— Ладно, — сказала она медленно. — Давай попробуем. Но сначала я сыграю так, как задумано. Чтобы вы поняли структуру.

Она села за пианино, которое стояло в углу лофта — старое, расстроенное, но всё ещё живое. Пальцы легли на клавиши, и полилась музыка.

Первая часть — адажио. Медленная, печальная, прозрачная. Алиса играла, закрыв глаза, и представляла Бетховена — глухого, одинокого, но влюблённого в свою Джульетту Гвиччарди, которой посвятил эту сонату.

В комнате было тихо. Руслан замер с палочками в руках. Дэн не дышал. Макс смотрел на Алису так, будто видел впервые.

Когда замер последний аккорд, Макс выдохнул:

— Ничего себе...

— Это только первая часть, — Алиса открыла глаза. — Вторая — менуэт, лёгкая, танцевальная. А третья — престо ажитато. Вот где настоящий ад.

Она перелистнула ноты и заиграла третью часть.

Это был ураган. Ноты летели одна за другой, пальцы едва успевали попадать в клавиши. Музыка кипела, бурлила, кричала о боли, о страсти, о невозможности быть с любимой. Бетховен выворачивал душу наизнанку, не жалея ни себя, ни слушателя.

Когда Алиса закончила, у неё дрожали руки.

— Ну, — сказала она, поворачиваясь к ним. — Что скажете?

Руслан выдохнул:

— Я так на ударных не умею. Но очень хочу научиться.

— Это безумие, — Дэн покачал головой. — Чистое безумие. И это гениально.

Макс подошёл к ней, взял за руку.

— Ты понимаешь, что мы должны это сыграть? — спросил он тихо. — Именно так. Сначала тишина, покой, а потом этот взрыв. Скрипка и гитара вместе. Классика и рок.

— Бетховен перевернётся в гробу, — улыбнулась Алиса.

— Бетховен будет хлопать стоя, — возразил Макс. — Потому что это то, что он хотел. Чтобы его музыку чувствовали, а не просто играли по нотам.

Они начали работать.

Первая часть далась легче всего. Алиса играла основную тему на скрипке, Макс вплёл мягкий гитарный перебор, Руслан почти не слышно работал щёточками по малому барабану, а Дэн держал глубокую басовую ноту, создавая объём.

— Хорошо, — кивнул Макс после первого прогона. — Очень хорошо. Но чего-то не хватает.

— Чего? — спросила Алиса.

— Середины. Второй части. У Бетховена там менуэт, лёгкий такой, танцевальный. А мы можем сделать его... не знаю... воздушным? Чтобы между бурей первой части и ураганом третьей была передышка.

— Флейту бы сюда, — задумчиво сказал Дэн. — Или... Алиса, ты можешь на скрипке пиццикато?

— Могу, — кивнула она. — Пальцами, как на гитаре.

— Вот! — оживился Макс. — Давай. Вторая часть — только скрипка пиццикато и мой минимал на гитаре. Почти без ритма. Как сон перед бурей.

Попробовали. Алиса защипала струны, извлекая лёгкие, отрывистые ноты. Макс едва слышно перебирал аккорды. Руслан вообще молчал, только тихонько отбивал ритм ногой.

— Идеально, — выдохнул Виктор от своего мольберта. — Прямо идеально.

Осталась третья часть. Самая сложная.

— Здесь нужно не играть, — сказал Макс, прослушав запись оригинала в наушниках. — Здесь нужно выпустить зверя.

— Как? — спросил Руслан.

— Ты врываешься с ударными так, будто война началась. Дэн, ты держишь бас — жёстко, агрессивно. Я — гитарное соло поверх всего этого. Алиса, ты — главная тема. Но не пытайся играть чисто. Играй грязно, страстно, как будто от этого зависит твоя жизнь.

— Я никогда так не играла, — призналась Алиса.

— Значит, пора научиться.

Они начали. Первые такты третьей части обрушились на них лавиной. Руслан врезал по барабанам так, что, казалось, стены задрожали. Дэн вплёл тяжёлую басовую линию. Макс взял гитарный рифф, от которого у Алисы мурашки побежали по коже.