Выбрать главу

— Я тебя не предавала! — крикнула Алиса.

— А встреча с Даниилом? А то, что ты скрывала от меня? А вчера, когда ты ушла, даже не попрощавшись?

— Ты сам меня выгнал!

— Я не выгонял, я просто...

— Что — просто? — Алиса уже не сдерживалась. — Обвинил меня в предательстве? Сказал, что я могла слить музыку? Это не выгнать?

Они стояли друг напротив друга, и между ними не было ничего, кроме боли и обиды.

— Ребята, — попытался вмешаться Дэн. — Может, не надо...

— Молчи! — рявкнули оба одновременно.

Дэн отступил. Виктор покачал головой.

— Алиса, — сказал Макс тише. — Я устал. Я устал бояться, что ты уйдёшь. Что выберешь их, а не меня. Что однажды проснёшься и поймёшь, что я — ошибка.

— Я никогда так не думала, — прошептала Алиса. — Никогда.

— Но думаешь сейчас? — он посмотрел ей в глаза. — Сейчас, когда всё рушится, ты думаешь, что правильно сделала, что связалась со мной?

Алиса молчала. И это молчание было страшнее любых слов.

— Вот видишь, — горько усмехнулся Макс. — Я так и знал.

— Ты ничего не знаешь! — Алиса шагнула к нему. — Я молчу, потому что не знаю, как тебе объяснить, что ты для меня значишь! Потому что слова — они пустые, когда происходит такое!

— Тогда уходи, — тихо сказал Макс.

— Что?

— Уходи, — повторил он. — Если не знаешь, что сказать — уходи. Я не хочу, чтобы ты была со мной из жалости.

— Из жалости? — Алиса почувствовала, как слёзы подступают к горлу. — Ты... ты думаешь, я с тобой из жалости?

— Я не знаю, из чего ты со мной. И, кажется, никогда не знал.

Она смотрела на него, и мир рушился на куски. Ещё вчера они целовались на крыше, мечтали о будущем, а сегодня...

— Хорошо, — сказала она тихо. — Я уйду.

— Алиса, не надо! — воскликнул Дэн.

— Пусть идёт, — Макс отвернулся к окну. — Если хочет.

Она стояла секунду, глядя на его спину. Ждала, что он обернётся. Скажет хоть слово.

Но он молчал.

Алиса развернулась и выбежала из лофта.

Дэн рванул было за ней, но Виктор остановил:

— Не надо. Пусть остынут оба. Сейчас только хуже сделаешь.

— Но они же любят друг друга! — Дэн был в отчаянии. — Как они могут так...

— Могут, — Виктор покачал головой. — Любовь и боль часто ходят рядом. Особенно в их возрасте.

Макс стоял у окна и смотрел, как Алиса бежит по улице, спотыкаясь, вытирая слёзы на ходу.

— Батя, — прошептал он. — Что я наделал?

— Глупость, — честно ответил Виктор. — Обычную глупость, которую делают все влюблённые идиоты. Думают, что, отталкивая, защищают. А на самом деле — просто боятся.

— Я боюсь, — признался Макс. — Очень боюсь.

— Чего?

— Что она уйдёт. Что выберет их. Что однажды я останусь один.

— Сынок, — Виктор подошёл и положил руку ему на плечо. — Ты уже не один. У тебя есть я, Дэн, даже Карина, которая тебя ненавидит, но всё равно пришла сказать правду. И у тебя есть она. Если ты, конечно, не разрушил всё окончательно.

Макс молчал.

Телефон завибрировал. Сообщение от Алисы:

«Я не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь. И прощу ли я тебя. Но знай одно: я никогда не была с тобой из жалости. Никогда».

Он набрал ответ, стёр, набрал снова, опять стёр.

Так и не отправил.

Алиса бежала по набережной, пока не выдохлась. Остановилась у того самого места, где родилась их мелодия. Вода плескалась о камни, ветер шумел, и всё было как тогда.

Кроме одного — его не было рядом.

Она села на холодный камень, обхватила колени руками и разрыдалась.

Всё, что они строили, рухнуло в один день. Музыка украдена. Друзья предали. А теперь и они с Максом...

— Ненавижу, — прошептала она в пустоту. — Ненавижу всё это.

Телефон завибрировал. Мать: «Ты где? Уже поздно».

Она не ответила. Посидела ещё немного, глядя на воду, потом встала и побрела домой.

Ноги не слушались, сердце болело так, что хотелось выть.

Дома её ждал сюрприз.

Мать сидела на кухне с каменным лицом. Рядом — Даниил.

— Алиса, — сказала мать ледяным тоном. — Нам надо серьёзно поговорить. Даниил мне всё рассказал.

— Всё? — Алиса посмотрела на него. Впервые она видела его без маски — торжествующего, довольного.

— Всё, — кивнул Даниил. — О вашем проекте. О вашей музыке. О том, как ты обманывала маму.

— Ты... — Алиса шагнула к нему, сжимая кулаки. — Ты разрушил мою жизнь.

— Я спас тебя, — поправил он. — От него. От всего этого.

— Алиса, сядь, — приказала мать. — Мы будем решать, что делать дальше. Но одно я тебе обещаю: на этот конкурс ты не поедешь. Хватит.

Алиса смотрела на них — на мать, которая видела в ней только своё продолжение, на Даниила, который прикрывался заботой, чтобы разрушить её счастье. И вдруг почувствовала не боль, не гнев, а странное спокойствие.