— А где отец?
— Отец отправился проказничать во ФРИГИЮ, доводить там Зеленую Корову.
— Кого?
— Да эту... ВТОРУЮ НИЗКУЮ из страны ГАРМОНИЧЕСКИХ ФУНКЦИЙ. Отец давно за ней охотится.
— Так она во ФРИГИЮ сбежала?
— Сбежать-то сбежала. Да не сидится ей там. Климат не нравится. Цвет ее тела, видишь ли, тусклым становится.
— Ну и что же? — спросил КОНСОНАНС с удивлением.
— Вот она и бегает к царю ЛОКРИИ Мал-с’УмКвинту за изумрудами. Богатый царь. Говорят дает ей по целому ведру.
— Ну?!... — изумился КОНСОНАНС. — Не может того быть! Ведь он дружок братца ДИССОНАНСА — тот жаден до невозможности.
— Гы! Гы! Гы! — тяжело засмеялась Туча. — Ты думаешь он просто так дает? Нет уж. Держи карман шире... Она его выручает.
— Каким образом?
— Гы! Гы! — опять засмеялась Туча, почти проснувшись. — ВТОРАЯ НИЗКАЯ красит ему нос. — Гы!...
Тут и КОНСОНАНС не выдержал и, несмотря на все свое бедственное положение, тоже улыбнулся, представив картину, как грузная Зеленая Корова кисточкой рисует Мал’с-УмКвинту на носу звездочки и цветочки.
— Кисточкой что ли? — спросил он, смеясь.
— Гы! Гы! Вот чудак! — захохотала туча, и слезы огромными ручьями полились из ее глаз. — Гы! Гы! Вот насмешил. Корова... кисточкой. Гы! Гы! — и она вновь пролилась на землю уже страшным ливнем. — Гы! Гы! Кисточкой...
КОНСОНАНС с удивлением смотрел на Тучу, и в его улыбающихся глазах мелькнула интересная мысль: «А что, Туча-то посветлела. Да еще как. Глядишь, еще три, четыре таких смешочка и она совсем растает. А если рядом нет Ветреного Ветра, может я и землю увижу?»
— Чудак! — продолжала Туча, все еще смеясь и плача. — Она ему нос просто языком лижет.
— Ну и что?
— Как что? Вместо синего тот у Мал-с’УмКвинта становится зеленым. Во-о-о!
— Как огурчик, что ли?
— Гы! Гы! Гы! Нос-огурчик!
«Ага, — подумал КОНСОНАНС, — еще побелела! Сквозь тебя теперь даже вроде просвечивает».
— Ну, конечно огурчик. Что еще, — продолжал он вслух. — А потом, он его небось отрывает и ест.
— Что-о-о?!! — вскричала Туча, сама не замечая, что ее прежде густой и гулкий голос стал значительно слабей и тоньше. — Ест свой собственный нос? Гы! Гы! Гы!... А может он его еще и нарезает на тарелочке? Как салат? Гы! Гы! Гы! Гы! Гы!... Сала-а-ат...
Тело тучи вздрагивало от смеха все сильней и сильней.
— Гы! Гы! Гы! Салат!... — продолжала хохотать она, изливаясь крупным дождем. — Гы! Гы! Гы! — и даже попыталась раздаться громом. Но это уже у нее не вышло. — Гы... — засмеялась она в последний раз... и вдруг растворилась.
С огромной высоты, на которой находилась клетка с добрым волшебником КОНСОНАНСОМ от горизонта до горизонта был виден огромный Океан. Его зеленовато-серые воды медленно вздымались и падали. Казалось, будто Океан дышал могучей грудью.
КОНСОНАНС осторожно оглянулся... Сверху и с четырех сторон клетки как-будто ничего не произошло. Там преспокойно спали все пять оставшихся дочек Злого Ветра.
«Вот лежебоки! Тут хоть из пушек стреляй — не проснутся. Не в отца пошли. Тот носится, как сумасшедший, воет, ревет, ругается. Все грозится, что перевернет мою клетку. А эти... Этим все до лампочки... Где интересно их дядя? Ведь сейчас раздует тучи и закроет землю...
КОНСОНАНС внимательно всматривался, но Ветреного Ветра нигде не было.
— Вот это мне повезло! Неужели Ветреный Ветер улетел к своей подружке?... Пока его нет, надо попытаться сделать то, что я давно задумал.
А задумал добрый КОНСОНАНС создать такую страну, в которой все ее жители были самыми счастливыми на земле. И вот сейчас эту мечту вроде бы можно было осуществить.
КОНСОНАНС просунул сквозь прутья решетки белую бороду и стал ждать, когда ее трепетанье привлечет внимание птиц, летающих над волнами... Ждать пришлось не очень долго. Любопытные чайки, увидав необычное зрелище в небе, уже через несколько минут приблизились к клетке. Они летали вокруг нее и громко кричали.
КОНСОНАНС испугался: вдруг проснутся тучи и вновь скроют его за своими телами. Не станет видно землю, и тогда его волшебная сила будет ничтожна. Поэтому он стал лихорадочно вырывать волосок из своей бороды и скручивать его в маленький комочек.
— Птички, дорогие мои, не улетайте, пока я не кончу, — тихо шептал он в отчаяньи чайкам. — И те продолжали кружить рядом.
— Не кричите, родные! Я скоро... Я сейчас...
Комочек из волоса становится все меньше и меньше, все плотней и плотней, пока не превратился величиной с маленькое зернышко.
— Вот и все, — облегченно вздохнул КОНСОНАНС. — Теперь летите ко мне! — обратился он к птицам.