А потом случилось непредвиденное, когда хитрые ЗАТАКТЫ выскочили однажды ночью, набросились на шестерых ВОСЬМУШЕК и связали их не по двое, а ПО ТРОЕ, и те сразу потеряв силу, стали ТРИОЛЯМИ. Затакты не потащили их к себе под дерево, а отвели к ЖУку на поляну. И тот стал ими командовать.
— НЕТ! НЕТ! НЕТ! — кричали ТРИОЛИ. — Мы ничего не хотим делать! НЕТ! НЕТ! НЕТ!
Но ЖУк — ЧЕТВЕРТЬ С ТОЧКОЙ, как он сам себя стал называть, подчинил их себе.
А потом, в одну из ночей, он украл сначала две ШЕСТНАДЦАТЫХ и даже одного БОМа. Из них он и стал создавать все новые и новые ТРИОЛИ.
Но самое ужасное событие, перевернувшее весь привычный уклад жизни, произошло тогда, когда МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ упала в то время, когда срывала сразу несколько синих орехов, одновременно созревших на дереве. А произошло это так...
Ворона Рита, проснувшись однажды утром, увидела необыкновенные, отливающие серебром, синие орехи.
— Матушка! Барыня! Вставай! Вставай скорей! Смотри, какие. Эвон, синие! Сымай их! Сымай! А то опять перезреют, как у старых Темпов.
МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ нехотя встала со своего ложа и медленно пошла к дереву. На его вершине сидела Чайка. Все РИТМИЧЕСКИЕ ДЛИТЕЛЬНОСТИ и РИТМИЧЕСКИЕ ФИГУРЫ еще спали, несмотря на то, что царица встала (хотя обычно все просыпались, как только она вставала).
— Ох, Рита, вечно ты торопишься, — сказала недовольная царица. — Всё скорей, скорей! Снимай! Даже позавтракать не дала, — и она второпях полезла в карман за мандарином.
Только она его вытащила и хотела почистить, как вдруг из кустов неожиданно с громким криком выскочил Козел Гаврила.
— МЕ-Е-Б-ЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ! Спаси меня! Скорей!
От неожиданности МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ открыла рот, и мандарин, выскользнув у нее из рук, покатился в сторону спящего Бревиса.
— Что случилось? Что с тобой, Гаврик? Кто тебя обидел?
Козел дрожал всем телом, и, с трудом выговаривая слова, поведал, что на него набросилась целая туча ЖУков.
— Да где же они? Где?
— Здесь! Здесь повсюду! — кричал испуганный Гаврила.
Пока МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ разбиралась с Козлом и, как всегда во все влезающая, Рита помогала ей в этом. Чайка осторожно слетев с дерева, подхватила мандарин и отнесла его в траву, к тому месту, где МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ должна была поставить лестницу.
Наконец шум утих. Козла убедили в том, что жуков нет, что они привиделись ему во сне. Гаврила сначала никак не мог в это поверить, а потом успокоился.
— Ладно, может мне это и приснилось, — наконец согласился Гаврила. — Пойдем срывать орехи.
Выведенная из себя царица, изменив своей всегдашней привычке ходить всегда ровно, какими-то странными скачками побежала к лестнице. С трудом передвинув ее с места на место, проклиная бездельников и засоней БОМов, она полезла за синими орехами.
В это время Чайка, незаметно спикировав, подсунула мандарин под одну из ножек. И, когда царица, сняв все три ореха, отливающих синевой, стала осторожно спускаться, неожиданно громко крикнула на козла Гаврилу, поддерживающего лестницу. Тот испугался, нечаянно толкнул лестницу и она, наехав на мандарин, плавно заскользила по траве, увлекая за собой МЕТРИЧЕСКУЮ ПУЛЬСАЦИЮ. Царица инстинктивно выпустила орехи из рук, и те упали на траву со странным деревянным стуком.
— Ай! Матушка зашиблась! Караул! — кричала Рита.
— Спаси-и-ите! — вопил Гаврила.
И Чайка, виновница всех бед, как могла подогревала обстановку. Проснулись и выскочили из своих шалашей все обитатели острова. Они подняли несчастную царицу и повели под руки к ее ложу.
— Ну надо же. Кто бы мог подумать, — возмущались ПОЛОВИННЫЕ, — царицу пустить к дереву одну. Разве так можно?
— Что же будет? Что же будет, если матушка не встанет? трещали ШЕСТНАДЦАТЫЕ.
— Кто же, кто же виноват, что царица вдруг упала? — перебивали их ВОСЬМЫЕ.
Тем временем в общей суматохе никто не заметил, как Чайка схватила раздавленный мандарин и, чтобы замести следы, отнесла его далеко в кусты. Затем она подлетела к синим орехам и прислушалась... Оттуда раздавались стоны, крики, ругань.
«Ага, ушиблись! Это прекрасно. Злее будете на царицу. Превратитесь в ее врагов. А это как раз то, что и надо ДИССОНАНСу... Забыли вас здесь — это тоже неплохо. Подольше полежите, дозреете до самой большой злости», — и Чайка принялась присыпать листьями орехи, чуть сдвинув их к кустам.
Едва кончив эту работу, Чайка еле успела отлететь в сторону и усесться на суку, как появилась Ворона Рита.