— Наша Мадам его сделала!
— Ну-у-у? — удивился Вася. — Мы знаем, что шар у вас есть. Но, чтобы танк?
— А вот и есть! Есть! Мне специально дали имя «ТаКа-Та-КаНэ», чтобы я всем отвечала, что танка у нас нет.
«Ох, и глупа же эта ТРИОЛЬ. Все проболтала — и минуты не прошло», — подумала Чайка.
— Слушай, не нужен нам ваш танк. Веди-ка нас к ДиБоЛи.
— Я? — удивилась ТаКа-ТаКаНэ, — да она меня и на порог не пустит.
— Веди. С нами пустит, — уверенно сказала Чайка. И они пошли вперед.
Вскоре из-за кустов показался большой деревянный дом.
— Откуда? — удивилась Чайка, — я здесь была недавно — ничего подобного не было.
— Ох, и не говорите, — вхдохнула ТРИОЛЬ ТаКа-ТаКаНэ, — замучила нас СИНКОПА, пока строили мы им хоромы. А бедный Колобок, так тот вообще еле живой.
Чайка не стала вдаваться в подробности:
— Ну, Вася, бей рогами прямо в дверь! Вышиби ее! А потом захватим их Мадам и пойдем к шару.
— Угу! Сейчас... Я им...
Он разбежался и со всего маху боднул дверь... Но та оказалась крепкой. Козел разбежался, подпрыгнул и... хотел набросится на дверь еще раз. Но тут дверь открылась и из коридора навстречу Козлу выскочили два бородача ДиЖу и ТаКаЖу с палками в руках.
Козел не успел остановиться, как тут же был схвачен за рога и связан. Мало того, ДиЖу со всей силы отлупил его.
— Ты шпион! Ты хочешь выведать наши секреты! Говори, зачем пришел, — орал ДиЖу на бедного козла.
Вася трясся от страха и не мог вымолвить ни слова.
— Говори! — опять кричал ДиЖу и замахнулся на козла палкой.
— Не-е-е-ет, — замекал козел. — Не бе-е-ей меня! Не знаю я ничего...
— Не бей его, — сказала Чайка. — Он и вправду ничего не знает. Это я все знаю. Зовите Мадам, ей я все расскажу.
Тут отворилось окно и высунулась недовольное лицо Мадам ДиБоЛи:
— Что еще за шум? Кто это меня посмел потревожить?
— Да вот, эти, — пробормотал бородатый. — Птица какая-то, да этот, с рогами.
— Схватите ее, да зарежьте! — не долго думая, сказала Мадам.
Но не тут-то было. Чайка, взлетев на крышу, стала оттуда кричать:
— Да подожди ты, ДиБоЛи! Я тебе пригожусь! Я тебе что-то сказать должна. Будешь довольна. Только убери своих хромых!
— Да как ты смеешь! — зашипела ДиБоЛи. — Мы, СИНКОПЫ, все хромаем. Мы что, виноваты в этом?
Чайка поняла свою ошибку и тут же стала извиняться:
— Прости, прости, пожалуйста! Я не подумала, вырвалось!
— Вырвалось! Вырвалось! — закричали дети Мадам ТаЗи и ТаЛиКа. Маленькие СИНКОПКИ выскочили во двор с рогатками и стали стрелять в Чайку.
— Ох! Ох! — заохала Чайка, подпрыгивая. — Останови их, ДиБоЛи. Не пожалеешь. Я тебе за это открою большую тайну.
Эти слова насторожили Правительницу СИНКОП и она подала знак детям успокоится.
— Лети сюда! Не трону! — сказала она Чайке и указала на подоконник.
— Нет, ДиБоЛи, не прилечу к тебе. Лучше ты выйди ко мне. Уж я-то ничего тебе плохого сделать не могу. Выйди, не пожалеешь.
ДиБоЛи никак не хотелось выходить во двор, но она чувствовала, что птица прилетела к ней не просто так.
«Может, она что-то знает эдакое о МЕТРИЧЕСКОЙ ПУЛЬСАЦИИ и хочет мне это сказать? Но зачем ей это? А может еще что?»
Как всегда, охая от боли и прихрамывая, Мадам все же вышла на улицу.
— Ну, пошли, отойдем в сторону.
...Так Чайка впервые ознакомила ДиБоЛи с планами ДИССОНАНСА. Пообещала ей, что после гибели Острова ДИССОНАНС спасет СИНКОПУ и сделает ее волшебницей. А если она будет особенно стараться, то даст ей и бессмертие.
— Но для этого надо пройти два испытательных срока: здесь, на Острове и там, — Чайка указала крылом на материк, — среди людей.
А на что я буду жить среди людей, — сказала практичная ДиБоЛи, — милостыню просить?
— Нет. И это ДИССОНАНС продумал, вместе с тобой на землю переплывут все ТЕМПЫ МЕТРИЧЕСКОЙ ПУЛЬСАЦИИ. Ты станешь их хозяйкой. И еще.., — Чайка спустилась на ветку и что-то прошептала ДиБоЛи на ухо.
ДиБоЛи задумалась.
— Ну, что ж, это интересно. А как мы проникнем в подземелье к Затактам?
— Это я тоже продумала. Вот для этого и привела этого дурного Козла. Он глупый, все летать хочет. Пусть полетает, прикажи летчику НэБэ. А уж потом мы его на ЗАТАКТОВ и натравим. Отвлечет он внимание стражников, а дети твои: ТаЗи и ТаЛиКа тем временем внутрь и проникнут.
— Так они же могут погибнуть?
— Ну и что? — как ни в чем не бывало сказала Чайка. — Может и погибнут, — Чайка знала, что СИНКОПЫ не испытывали никаких материнских чувств, они любили только себя и больше никого. Поэтому Чайка била наверняка.
— Ладно, я подумаю. Пошли, освободим твоего Васю. Пусть пока полетает.