Она очистила мандарин и, отламывая каждую дольку, стала поедать, одновременно не переставая шагать. Один шаг — одна доля, один шаг — одна доля.
Съев мандарин, женщина полезла в тот же карман и с удивлением вновь обнаружила там новый. — «Волшебство какое-то! Такого быть не может! Что эти мандарины неистощимы что-ли?»
Съев по долькам и второй мандарин, женщина убедилась, что в кармане у нее лежит третий. «Ну, слава богу, хоть с голода не умру благодаря этим мандаринам».
Успокоенная такими мыслями, она все еще шагала и шагала, даже не пытаясь остановиться. И вновь, и вновь щелкала пальцами. Потом она залезла в другой карман и опять с удивлением обнаружила там... пули.
— Фу! Какая гадость! — сказала женщина и тут же их выкинула. Но пули вдруг вспыхнули ярким огнем и зажглись фейерверком.
— Хо! Хо! Опять чудеса! — радостно вскрикнула женщина и, сунув руку в тот же карман, вновь обнаружив в нем пули, стала с восторгом кидать их вверх. — Ура! Салют! Салют в мою честь! Это же здорово! И уже не так скучно.
И тут она почувствовала легкий дурманящий запах, исходящий от дерева. Глянув на верх, она с радостью обнаружила, что дерево сплошь покрыто цветами.
Каких только красок там не было: желтые и красные, белые и черные, фиолетовые и розовые, бордовые и салатовые. Все цветы были разных размеров: от самых маленьких, величиной с ноготь мизинца, и до огромных, величиной с таз. И каждый цветок пах только ему присущим запахом.
На миг женщина даже остановилась от удивления, и тут же из дупла раздался звонок. — Ох, что это! — вскрикнула женщина и побежала к дереву. Звонок тут же смолк.
— Странно, — женщина вновь остановилась. И звонок опять ожил.
— Да, тут может быть все, что угодно, — решила женщина. Она подошла к дереву, чтобы сорвать хоть один цветок и приколоть его к себе на грудь. Но, как только протянула руку, все цветы разом опали.
Женщина уже ничему не удивлялась. Она присела на ковер из лепестков и стала ждать, что будет дальше...
А дальше на месте цветов стали расти разноцветные и разновеликие орехи.
— Это прекрасно! — с удивлением говорила сама себе женщина. Теперь я уже точно не умру с голода... К мандарину — да еще и орехи! Жить можно. — И она вновь защелкала пальцами.
А орехи росли и росли. И вдруг женщина услыхала кудахтанье, похожее на куриное. — «Ха! Куры? Откуда они взялись?» — подумала женщина и стала осматриваться. Вокруг ничего, кроме появления травы, не изменилось. «Но откуда же я слышала кудахтанье?»
Она подошла к дереву и стала прислушиваться: кудахтанье раздавалось из орехов.
«Опять все те же чудеса», — подумала женщина.
В это время один их орехов, висевших на нижней ветке, вдруг прямо на глазах стал черным.
«Может он портится?» — женщина подобралась к ореху и осторожно постучала.
«Кто там?» — произнес неприятный голос.
Женщина с испугом отдернула руку. «Ой!» — вскрикнула она. Но орех молчал.
Женщина вновь постучала...
— Алло, войдите! — раздалось из ореха.
— Боже! Да что же это творится?
А черный орех тем временем раскачивался на ветке, как живой. Женщина схватила его обеими руками и осторожно положила на траву. Орех лежал неподвижно.
Женщина выжидала, что произойдет. Но орех не шевелился. И дамское любопытство взяло верх. Женщина подняла камень, валявшийся рядом и осторожно стукнула им по скорлупе.
— Войдите! — вновь раздался голос. Женщина стукнула по ореху сильнее. Тот раскололся, и из него на свет появилась огромная Ворона.
— Пр-р-ривет! — прокаркала она. — Я — Р-р-рита! А тебя как звать-то, тетка?
— Я... Я не-с знаю, — сказала женщина, заикаясь.
— Хм! Ну и глупа же ты! Каженный человек должен знать, как его зовуть... И что ты тута делаешь?
— Сама не знаю, слушаю, как кудахчут куры.
— Что-о-о? — удивилась ворона. — Какие энто куры?
— Да те, что кудахчут на дереве. Слышишь?
— Энти? — Ворона показала на орехи. — Глупая — энто же не куры, а твои слуги.
— Какие слуги? Я никого не знаю.
— И-их ты! Опять за свое: «Ня знаю, ня знаю...». Ты ж царица, милая!
— Не знаю, кто я. Но корона у меня есть.
— Ну, раз есть корона — значится Царица, — сказала Ворона многозначительно. — А раз уж ты Царица, то и слуги у тебя должны быть. Эвон они! Ишь, висят на дереве! И я даже знаю, как их кликают.
Женщина удивленно на нее взглянула.
— Мене как завать-то? А? Рита! — сама себе ответила Ворона. — А энти-то — «РИТМИЧЕСКИЕ ДЛИТЕЛЬНОСТИ» и «РИТМИЧЕСКИЕ ФИГУРЫ». Вот!
— И их так много?
— Ну, не так уж много-то. РИТМИЧЕСКИХ ДЛИТЕЛЬНОСТЕЙ всего-то одиннадцать.