МИ-ФА хотела ответить но вдруг почувствовала хлёсткий удар по ноге. Падая, ещё не успев сообразить, в чём дело, она услышала страшный крик СИ-ДО, пытающегося освободиться от цепких пут. Но всё было впустую — крепкая проволока прочно обхватила их ноги и руки, спеленала тело и, натягиваясь, как струна, потащила к страшному чудовищу. Сначала это движение было медленным, затем стало ПОСТЕПЕННО УСКОРЯТЬСЯ.
— МИ-ФА! — кричал СИ-ДО. Смотри, какое АЧЧЕЛЕРАНДО. Если так будет продолжатся, то уже через минуту КВАРТДЕЦ нас растерзает! Что делать?
— Не знаю. Думай ты.
А КВАРТДЕЦ всё тянул и тянул свои жертвы. Обдирая в кровь руки и ноги, Принц и Принцесса пытались хотя бы чуть задержать это неумолимое движение, но ничего не помогало.
И тогда СИ-ДО запел. Сначала тихо, потом всё громче и громче. Он пел про птиц и про шелест деревьев. В его песне слышалась тоска по родному дому и страшное желание жить.
Как только эта песня достигла слуха КВАРТДЕЦА, движение замедлилось. Паук перестал злобно шипеть и неожиданно... стал сам подпевать СИ-ДО.
Единственное на свете, что любил злой КВАРТДЕЦ, много лет проведший взаперти в полном одиночестве, — это была музыка. Сидя один, он часто перебирал своими ЧЕТЫРНАДЦАТЬЮ лапами золотую паутину и сочинял приятные для слуха мелодии.
От природы КВАРТДЕЦ РеДий (так его звали, когда он жил ещё на свободе) был совсем не кровожадным. Он с детства считался мечтателем. Часто вспоминая далёкое прошлое, КВАРТДЕЦ представлял себе, как сидя по вечерам у родного гнезда в далёкой МАЖОРНОЙ стране МИКСОЛИДИИ, он слушал игру своей матери, БОЛЬШОЙ КВАРТДЕЦИХИ СольФадии, исполнявшей на золотой паутине чудесную музыку. СольФадия, как никто другой, умела сочинять и исполнять прекрасные мелодии, слушать которые собирались все знакомые. Сюда же сбегались и другие животные: добродушные большие СЕКСТЫ, маленькие колючие СЕКУНДЫ, пушистые малыши ТЕРЦИИ, огромные, всегда громко ревущие ФОРТЫ. Все были рады еще раз послушать СольФадию. Ведь во время её вдохновенной игры многие плакали или смеялись, грустили или радовались. Правда, потом, когда концерт оканчивался, у некоторых любовь к музыке оборачивалась трагедией — ведь КВАРТДЕЦЫ тоже должны были чем-то питаться.
Вот и сейчас КВАРТДЕЦ РеДий, услыхав пение Принца, вспомнил прошлое. Он растрогался и стал в такт пения играть на своей золотой арфе. Чудесная музыка заполнила своды пещеры, проникла во все её уголки. МИ-ФА, заворожённая ею, стала тоже подпевать: сначала вполголоса, затем всё сильней и сильней.
КВАРТДЕЦ РеДий был счастлив. Давно уже никто не доставлял ему такого удовольствия. Однако, надо было позаботиться и об еде, не сидеть же голодным сотню лет, как это случилось в последний раз. Поэтому, не прекращал играть на золотых струнах, Паук потихоньку опять стал подтягивать жертвы к своему укрытию. Когда оставалось совсем немного, КВАРТДЕЦ прекратил играть и вновь злобно зашипел.
Только теперь юноша и девушка в его шипении ясно услышали слово: «Клю-юч-ч!»
— Да вот он! Здесь! — крикнул СИ-ДО, показывая ключ, зажатый в руке.
— Да-ай его! — вновь зашипел КВАРТДЕЦ.
— На, бери. Только отпусти нас.
И, как только СИ-ДО произнёс эти слова, КВАРТДЕЦ глубоко вздохнул и слегка отпустил натянутую паутину. Он чувствовал, что именно сегодня приходит конец его заточению. За долгие годы ещё никто из людей, входивших в пещеру, даже под угрозой смерти, не предлагал ему ключа. Люди знали, что, отпустив КВАРТДЕЦА на свободу, они подвергнут опасности многие сотни жизней. И потом с детства им внушалось, что огромный Паук посажен на цепь самим Богом Добра и Согласия КОНСОНАНСОМ, и нарушать этот порядок человек не имеет права. СЕКУНДАМ же это было неведомо.
А КВАРТДЕЦ продолжал шипеть:
— Откро-й-те за-амо-ок, ско-о-орей, — и протянул к СИ-ДО огромную мохнатую лапу, скованную цепью.
— Нет! Не делай этого! — крикнула МИ-ФА брату. — Ты же...
Но СИ-ДО не дал ей договорить. Он уже оценил ситуацию. Паук КВАРТДЕЦ хочет вырваться на свободу — значит, взамен её он может добровольно отдать меч (тем более, что тот к нему возвращается.) Если же он не отпустит КВАРТДЕЦА, тот лишит их с МИ-ФА жизни.
Поэтому, делая вид, что он уже открывает замок, СИ-ДО вдруг внезапно остановился и крикнул чудовищу: «А ты дашь нам меч?»
— Ме-е-еч? — прошипел КВАРТДЕЦ. — Вы полу-учите его, ка-ак толь-лько откро-о-ете замо-ок. А зач-чем он ва-ам?
— Мы должны сразиться с СЕПТИМАМИ ДоСием и ФаМией!
— Ха-ха-ха! — вдруг засмеялся КВАРТДЕЦ. — Срази-ить-ся? Зач-чем? Вы ж-же не лю-юди!