Первым к гусю подбежал Козел Гаврила и со всей силы боднул его рогами. Гусь развернулся и, страшно зашипев, бросился на обидчика. Гавриле бы не сдобровать, если бы ему на подмогу не прибежали остальные и не повалили гуся на землю. Одна из половинных схватила половник и со всей силы ударила гуся по голове.
— РАЗ, ДВА! Вот и все, — сказала она. Гусь только успел вскрякнуть и тут же свалился бездыханным.
— Оx! Что же мы наделали? — и в испуге вскрикнула МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ. — Ведь он мертв?
— Конечно мертв, царица. А ты как думаешь? — опять с трудом выговаривая каждый слог, сказала повариха. — Сейчас мы, раз, два, из него сварим чудесный суп. — И, схватив гуся под мышку, преспокойно понесла его к дереву.
Из кармана своего фартука она достала спички.
— Сестрица, — обратилась она ко второй ПОЛОВИННОЙ, — «РАЗ, ДВА», — быстренько наломай веток и разжигай костер! РАЗ, ДВА! Потом возьми скорлупу от нашего ореха, мы сделаем из нее отличный котел! — и, не глядя ни на кого, уселась ощипывать несчастную птицу.
Суп удался на славу. Все были довольны.
— Вот это мастера! — говорила МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ. — Назначаю вас придворными поварихами... А Риту... Риту назначаю моим Министром.
— Ме-е-е! — проворчал Козел Гаврила. — А ме-е-еня?
— Ну, а тебя... — МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ задумалась.
— Тебя помощницей по иностранным делам.
— Ме-е-е... — удивился Гаврила, — а где же тут иностранцы? Неужели эти гуси?
— Конечно! Конечно! Они иностранцы. Ты гуляй с ними вместе и изучай их язык. А заодно следи, чтобы не улетели.
— Не улетят, — как всегда уверили ПОЛОВИННЫЕ. — Крикнешь им: «ГУ-УСЬ!» и ударишь два раза в ладоши — они будут тут, как тут.
— Эх! Разговорились! Пора работать, — перебила всех Рита.
— Ишь как болтаются орехи. Верно там другие РИТМИЧЕСКИЕ ДЛИТЕЛЬНОСТИ созрели. Срывайте энтот! Черный с четырьмя листьями. Он шатается сильнее всех, сичас упадет!
МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ подбежала к дереву, протянула руки. И во время: орех сам сорвался с ветки и чуть не упал мимо. МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ только положила его на землю, как он раскололся и оттуда выскочило ЧЕТЫРЕ дядьки с черными лицами, одетые в черные одежды. В их больших, похожие на болотные сапогах были видны ЧЕТЫРЕ бомбы.
— Ох! — опять испугалась МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ. — Кто вы?
— Да не бойся, царица! — перебивая друг друга, заговорили ПОЛОВЙННЫЕ. — Это наши племянники.
— Разрешите представиться: Дядьки Бомы! — сказали вновь прибывшие МЕТРИЧЕСКОЙ ПУЛЬСАЦИИ. — Мы будем твоими охранниками. Кто посмеет тебя обидеть, мы того сразу бомбой! По башке! Только прикажи!.. Смотри, какие мы бравые!
И дядьки БОМы, построившись в ряд, запели свою любимую песню:
МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ смотрела на бравых молодцев, а затем, будто завороженная, пошла за ними. Все пятеро шагали вокруг дерева и очень четко и в ногу и громко напевали:
— Ну вот, теперь у меня своя гвардия! Это прекрасно! Ну-ка, мальчики, помогите сорвать мне еще вон ту гроздь небольших черных орешков!
Один из Бомов легко подхватил Метрическую Пульсацию на руки и приподнял. МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ стала срывать орехи один за другим, отдавая их остальным БОМам. Орехов оказалось ВОСЕМЬ.
— Ну что? Давайте освободим их. Кто бы там мог быть?
— Судя по цвету тута наверныть опять РИТМИЧЕСКИЕ ДЛИТЕЛЬНОСТИ, — многозначительно сказала Рита. — Я их всегда чувствую.
Расколов орехи, все увидели спящих в них восьмерых девочек, у каждой из которых была заплетена длинная черная косичка.
— Эй, девоньки! Просыпайтесь! Пора вставать! — крикнул Козел Гаврила и заме-е-екал.
Но девочки спали, как убитые.
— А может они мертвые? — затянули свою речь ПОЛОВИННЫЕ. — Давайте вытащим их из скорлупок и положим на цветы.
Одна из ПОЛОВИННЫХ взяла сразу четыре «ВОСЬМУШКИ» (так их теперь все звали) и осторожно положила на траву. То же сделали и Дядьки БОМы, КАЖДЫЙ из которых взял лишь ПО ДВЕ девочки.
— Ой! — вскрикнула Рита, — смотрите-ка, чего энто у них на руке?
У одной из «ВОСЬМУШЕК» задрался рукав на блузке, и под ним блестели часы.
— Ах! Часики! — воскликнула МЕТРИЧЕСКАЯ ПУЛЬСАЦИЯ. — Я возьму их себе! Ведь я же царица, как ни как!.. Ну-ка, козлик, сними часики.