— Эй! А ты что? Заснула что ли? — обратился ДИССОНАНС к седьмой голове.
— Ой! Простите, пожалуйста, Ваше Сверхзлодейство! — сказала ФаМия, — но она у меня всегда такая. Она самая маленькая, УМЕНЬШЕННАЯ какая-то, слабенькая и (ФаМия понизила голос до шепота) «трусливая».
— Вот-вот! У нее-то и будет одно УМЕНЬШЕННОЕ яйцо, — сказал ДИССОНАНС. — А уж когда появятся все ДЕВЯТЬ яиц, СЕПТИМ отнесет их в мою пещеру и высидит.
— Что? — чуть не взорвался ДоСий. — Я буду наседкой? Нет уж, пусть она сама.
— Ха! Не хочет, — засмеялся ДИССОНАНС. — А? Каково?
— Ты уж прости, повелитель, но позволь я сама с ним поговорю дома. Будет он у меня сидеть, как миленький! Вот так-то! — и она зло уставилась на мужа всеми четырнадцатью глазами.
— Так тому и быть, — сказал ДИССОНАНС.
— Ура-а-а! — закричали несколько голов ФаМии. Но особенно при этом старалась ВТОРАЯ МАЛАЯ голова.
— Что радуешься? — с ненавистью поглядел на нее ДоСий.
— РаДуюсь! РаДуюсь!
— Вот, вот. Тебя теперь так и буду звать «Ре-До», раз ты всему рада. И запомню тебя надолго... Пойдет этой голове такое имя? — обратился ДоСий к ДИССОНАНСУ.
— Не знаю. Может, эта голова его не захочет?
— А вот и захочу! Очень даже красивое имя, — сказала вторая голова.
— А нас? А нас как будут звать? — затараторили остальные головы.
Они так разошлись, что от шума ДИССОНАНС даже заткнул уши.
— Да постойте вы! — со всей силой крикнула СЕДЬМАЯ голова.
Все тут же замолкли, так как удивились: самая УМЕНЬШЕННАЯ — так СиЛьно заорала.
— Вот это СиЛа! — удивился ДИССОНАНС. — Такая уменьшенная, да еще засоня — и вдруг такая СиЛа! Пусть за это все зовут тебя... «Си-Ляб». Ну, а чтобы ты поменьше спала — вот тебе дружок...
Он щелкнул пальцами, и тут же из-под земли появился маленький пузатый человечек в наглухо надвинутой на лоб большой черной шляпе. Он был весь согнутый и довольно старый.
— Слушаюсь, господин, — обратился он к ДИССОНАНСУ глухим тихим и низким голосом.
— ЛЯ БЕМОЛЬ, вот твоя новая хозяйка. Это жена моего друга и зовут ее БОЛЬШАЯ СЕПТИМА ФаМия (кстати, чтобы ты запомнил: ЧЕТВЕРТУЮ голову у нее тоже зовут «ФаМи», — ту, что самая БОЛЬШАЯ).
ЛЯ БЕМОЛЬ поклонился.
— Так вот, — продолжал ДИССОНАНС, — ты станешь теперь жить за ухом 7-й головы этой красавицы и, когда она, голова, надумает слишком долго спать, ты, как будильник, должен будешь ее будить. Понял?
— Чего не понять? Мне ведь это знакомо, господин. Если помнишь, еще в детстве дракон ДоСий (когда он был еще только трехглавым) свою любимую голову ласково звал «СольДи-ЛяБа»?.. Так мы тогда с СОЛЬ ДИЕЗОМ тоже жили за его ушами и подсказывали малышу, как себя вести.
— Помнишь это? — почти ласково обратился ДИССОНАНС к ДоСию.
Тот почему-то смутился перед женой: «Неужели я был когда-то маленьким и трехглавым?» — подумал он, и ответил:
— Не-ет, вроде бы не помню...
— Ну ладно. Не помнишь, так не помнишь... Как бы нам назвать теперь ТРЕТЬЮ голову? А? — спросил ДИССОНАНС Фа-Мию.
— Она у меня самая сМиРная и самая МиРная, — сказала та. — Давай назовем ее «Ми-Ре».
— МиР!? Фу, какая гадость! Я терпеть не могу МиР, — закричал ДИССОНАНС злобно и стал плеваться.
— Да ты, господин, не бойся, — улыбнулась ФаМия. — Это она только любит кричать «МиР! МиР!» А на самом деле она зубастенькая. Кого надо она мигом проглотит. И всем при этом скажет: мол, по их же просьбе, мол, сами просили.
ДИССОНАНС с интересом посмотрел на третью головку с повязанной на ней красной ленточкой.
— Ладно, — сказал он, успокоившись, — пусть будет «Ми-Ре», раз тебе, ФаМия, это нравится. Глядишь, с этим именем обманывать всех еще больше будет, а это — отличненько.
— ПЯТАЯ голова у меня, повелитель, обожает есть СуФле и, кроме того, она, как СуФлер, все время подсказывает мне, что делать. Поэтому давайте назовем её «Соль-Фа», ладно?
ДИССОНАНС согласно кивнул.
— Ну, а ШЕСТУЮ твою голову я назову сам, — обратился к жене обиженный ДоСий. Он осторожно приблизился к ФаМии и погладил ее по чубчику. — Эта голова у тебя вечно ЛяСы точит, болтает без умолку. И уши у нее похожи на ЛяСты. Пусть ее зовут «Ля-Си».
— Запомнили? — обратился ДИССОНАНС ко всем СЕМИ головам драконихи.
— Конечно! Конечно! — закричали и зарычали все СЕМЕРО.
— А имена вам нравятся?
— Да! Да! — закричали все. И только СЕДЬМАЯ УМЕНЬШЕННАЯ голова Си-Ляб промолчала.