Когда все, то она просила, было принесено, СУБДОМИНАНТА быстро сшила все простыни в единое полотнище, окрасила его лимонным соком в ярко-ЛИМОННЫЙ цвет и большим красным карандашом (с которым никогда не расставалась) нарисовала на этом полотнище солнце и букву «5» — в точности такую же, какая была на ее бляхе (помните, у всех ГАРМОНИЧЕСКИХ ФУНКЦИЙ на животе или на груди были металлические бляхи).
СУБДОМИНАНТА подозвала к себе несколько молодых людей и, указывая на полотнище, попросила привязать его к концу ВЫСОКОГО ШЕСТА.
Глядя на все эти приготовления, народ, собиравшийся на площади, замер.
— Что тут делается? Что здесь будет? — тихо спрашивали друг друга люди, боясь нарушить происходящий перед ними непонятный и странный ритуал.
Но никто толком ничего не мог ответить.
Солнце, как всегда, уставшее после трудного рабочего дня в МАЖОРНЫХ странах, только что легло на свою мягкую перину и уже хотело сомкнуть глаза, как почувствовало, то его кто-то уколол прямо в попу. От неожиданности оно подскочило вверх и удивленно уставилось на громадный желтый флаг с нарисованным на нем его портретом.
— Это еще что такое? Очень интересно! Кто бы такое мог сделать?
Но ответа на свой вопрос оно само себе дать не могло. И тогда произошло невероятное, на что и рассчитывала добрая СУБДОМИНАНТА. Солнце раздвинуло лучами тучи и — впервые за всю историю ДОРИИ-Помидории — глянуло на землю.
Предупрежденные о его появлении, но не верящие в это люди, вдруг неожиданно стали рычать:
Бедное солнце, ничего подобного не ожидавшее, действительно смотрело на этих людей, как на сумасшедших. А они под дирижирование СУБДОМИНАНТЫ все кричали и кричали. Наконец Солнышку все это надоело, оно зажгло своим жарким дыханием и шест, и знамя, которые все еще были воткнуты в его постель. Потом оно взбило тучевые перины и скрылось.
С появлением Солнца из дворца вышел сам король этой страны. Он все видел и слышал: и то, как рычали его подданные, и то, как в один миг созрели все помидоры, попавшие под солнечные лучи.
— Вот это подарок! Вот это чудо! — вскричал он, бросаясь к СУБДОМИНАНТЕ. — Такое мне на День Рождения! Вы, дорогая, сделали для нашей страны то, чего не мог сделать ни один наш мудрец или ученый. Какой за это вы хотите от меня подарок?
Добрая СУБДОМИНАНТА слегка покраснела от смущенья и сказала:
— Больше всего я хочу сейчас, чтобы эти красивые и гордые люди, — она указала на собравшихся, — попробовали моего ЛИМОННОГО мороженого.
Король тут же хлопнул в ладоши и велел принести мороженое. Сам он попробовал его первым.
Все восхваляли добрую СУБДОМИНАНТУ и ее искусство. Всюду играла музыка, люди танцевали.
Под конец праздника счастливый король сказал:
— У нас, как и у всех МИНОРОВ, всегда было ТЕМНО и ГРУСТНО. А вы, добрейшая СУБДОМИНАНТА, внесли в нашу жизнь свет и радость. Поэтому я, король ДОРИИ-Помидории повелеваю: этот день считать днем МАЖОРНОЙ СУБДОМИНАНТЫ и праздновать его каждый год. В этот день всем носить ярко-ЛИМОННОГО цвета банты, есть ЛИМОННОЕ мороженое и петь в честь МАЖОРНОЙ СУБДОМИНАНТЫ и Солнца самые лучшие песни. А чтобы вы, добрая СУБДОМИНАНТА всегда вспоминали о нас хорошо, мы перед вашим отъездом из страны просим принять от нас в подарок воз прекрасных помидоров — самых больших и наивкуснейших во всем мире.
На следующий день СУБДОМИНАНТА и АНДАНТЕ отправились в свою страну ГАРМОНИЧЕСКИХ ФУНКЦИЙ.
— Странно, — говорила ТЕМПУ повариха, когда они пересекали границу мрачной и тоскливой ФРИГИИ, — куда запропастился наш Министр ДОМИНАНТА? Может, его здесь убили?
Когда повозка поравнялась с небольшим перелеском, у которого они несколько дней назад расстались с Министром, СУБДОМИНАНТА с трудом сошла с повозки и решила на всякий случай посмотреть, нет ли ДОМИНАНТЫ где-нибудь поблизости. К ее удивлению, она нашла его спящим в кустах на своем ковре-самолете. Но Министра было не узнать: он весь был зеленым, в ПРИПЛЮСНУТОМ котелке и с НИЗКОЙ КВИНТОЙ. СУБДОМИНАНТА попробовала его разбудить, но безрезультатно.
«Бедняга! Умер, наверное», — подумала она и, вернувшись к повозке попросила АНДАНТЕ помочь отвезти его в Страну ГАРМОНИЧЕСКИХ ФУНКЦИЙ, чтобы там передать жене, а потом похоронить.