Дела ДВОЙНЫХ ДОМИНАНТ в ЛИДИИ быстро пошли в гору. Уже через месяц вся страна пила оранжевую ФАнту. Все еще издали узнавали наших сестер и низко кланялись. А царица ФаЛяДоМия I даже приказала в их честь покрасить все выдаваемые Лидам ФАртуки в ОРАНЖЕВЫЙ цвет.
Лиды с радостью восприняли это приказание и даже перестарались (видимо, сказалась многолетняя практика перевыполнения производственных заданий), начав носить и ОРАНЖЕВЫЕ платья, ОРАНЖЕВЫЕ блузы, туфли и даже носки. Да еще при этом у них появилась новая мода: вытягивать себе носы и при этом ХВАЛИТЬСЯ, у кого нос длиннее. Целые дни проводили с этих пор Лиды на ЧЕТВЕРТОМ ВЫСОКОМ этаже в павильоне, где торговали новым напитком.
Начальник стражников КАДАНСОВЫЙ КВАРТСЕКСТАККОРД летел на ковре-самолете и думал. Думал много, как никогда, и от этого у него страшно болела голова. Мысли лезли самые разные: «Где бы раздобыть денег? (ведь весь в долгах). Что происходит на границе? (все время кто-то МОДУЛИРУЕТ без документов). Почему вдруг ТОНИКА стала такой молодой и счастливой?» (самому бы следовало омолодиться — как никак уже 46 лет). «Как быть с ДОМИНАНТАМИ?» (сосредоточили всю власть в своих руках и не дают шагу самостоятельного сделать). «Кто такие ДВОЙНЫЕ ДОМИНАНТЫ?» (почему они заняли такое большое количество квартир на ВТОРОМ и ЧЕТВЕРТОМ ВЫСОКОМ этажах? «Кто МАЛЫЙ ВВОДНЫЙ?» (Почему он ходит к ТОНИКЕ без ДОМИНАНТ, да еще и со своим ТЕРЦОВЫМ ТОНОМ?) «Да, что-то срочно надо придумывать. Дальше так продолжаться не может. Еще немного — и от меня могут вообще избавиться».
Внезапно далеко внизу он увидел ярко-красный костюм.
«Ага, кто-то из ДОМИНАНТ. И что ему нужно у границы? Интересно...» Он поднялся повыше к облакам и, чтобы его не заметили с земли, скрылся в густом тумане. ...Тут ни с того ни с сего что-то огромное и тяжелое плюхнулось ему на голову. Ковер заходил ходуном, и КАДАНСОВЫЙ КВАРТСЕКСТ еле удержался на нем, схватившись за бахрому. Он удивленно уставился на толстуху СУБДОМИНАНТУ, которая, так же, как и он, была страшно испугана.
— Ты что, спятила что ли? — закричал он поварихе.
— А вы что? Откуда?
— Ох ты, господи, ну и напугала. Как ты тут очутилась? ..А... Ведь ты же летаешь, только тут КАДАНСОВЫЙ обратил внимание на четыре ярко-ЛИМОННЫХ крыла СУБДОМИНАНТЫ, — Ну надо же. Встретиться в воздухе. Ну и ну! Смотри, еще раз полетишь к границе — все крылья обломаю. Прямо в воздухе.
— Да я... Я же не виновата. Туман, ничего не видно — вот и налетела. Сама испугалась. Кошмар!
— Где была?
СУБДОМИНАНТА смутилась и отвела глаза в сторону.
— Ну! — уже грозно сказал начальник стражников. — А не то сейчас фьють — и там, — он указал на землю.
— Я не могу, господин. Я обещала.
— Что обещала. Отвечай! Быстро!
— Я не могу, — и СУБДОМИНАНТА хотела было улететь.
Но КАДАНСОВЫЙ вовремя ухватил ее за ногу, притянул обратно.
— Говори. Я никому тебя не выдам, — сказал он строго.
— Это не я, это все ТОНИКА, — прошептала СУБДОМИНАНТА в страхе.
— Что ТОНИКА? — с еще большим интересом стал допытываться и настаивать КАДАНСОВЫЙ КВАРТСЕКСТ.
— Она написала записку Мал-с’УмКвинту.
— Кому, кому?
— Ну, этому... СИРЕНЕВОМУ Господину.
— ВВОДНОМУ СЕПТАККОРДУ? — удивился КАДАНСОВЫЙ.
— Как это ты его сначала назвала?
— Мал-с’УмКвинт — царь ЛОКРИИ. Он и ВВОДНЫЙ СЕПТАККОРД одно и то же лицо.
— Не может того быть! — от удивления КАДАНСОВЫЙ КВАРТСЕКСТ отпустил ногу поварихи.
СУБДОМИНАНТА, испугавшись, что выдала тайну царицы, тут же воспользовалась этим и, как птица (правда, ужасающих размеров) вспорхнула ввысь.
Ковер-самолет, лишенный такой тяжести, тут же сам взлетел за ней.
— Куда! — заорал милиционер. — Стой! Ко мне! Назад! — и схватился за пистолет.
«Этот убьет, — подумала СУБДОМИНАНТА. — Надо возвращаться». — Она послушно села на ковер.
— Я тебе! — КАДАНСОВЫЙ поднес огромный кулачище прямо к носу поварихи. — Еще раз — и фьють!.. Понятно?
— Чего уж не понять, — недовольно проворчала толстуха.
— Что было в записке?
— Не знаю, я не читала.
КАДАНСОВЫЙ удивленно глянул на нее:
— Ну уж! Так таки и не читала? Быть того не может! Все женщины любопытны. Ха-ха!
— Не, не читала, — обиженным голосом произнесла СУБДОМИНАНТА.
— Не врать! — Рявкнул КАДАНСОВЫЙ. — Ну, скажи, — внезапно прошептал он, — а я тебе этого не забуду. Помогу когда-нибудь. Ведь читала, а? Читала?