Полет был недолгим. Что-то корявое и жесткое схватило его сзади, встряхнуло со всей силы и остановило. Резкая боль пронзила все тело ВВОДНОГО ПОЛУТОНА. Перед глазами замелькали огненные искры, и он потерял сознание.
ВВОДНЫЙ ПОЛУТОН зацепился своей одеждой за один из торчащих крюков и повис на нем, как пойманная рыба. Крюк распорол ему бок, вырвал кусок мяса из спины, но спас жизнь.
Гномик пришел в себя не скоро. Тело жгло и ломило. Перед глазами была чернота.
«Где это я?» — подумал ВВОДНЫЙ ПОЛУТОН.
ТОНИКА все еще находилась в ПОЛОЖЕНИИ КВИНТОВОГО ТОНА. КВИНТЕТ КВИНТ сегодня постарался, как никогда, и поэтому царица получила гораздо более обычной дозу блаженства. Лишенная общества Мал-с’УмКвинта, ТОНИКА в последнее время перестала приходить к ТРИО ТЕРЦИЙ и быть в ПОЛОЖЕНИИ ТЕРЦОВОГО ТОНА. Быть молодой было не перед кем. И, чтобы хоть как-то забыться, она приходила к КВИНТАМ, приносила им великолепные драгоценные камни, кормила их и ждала.
Ждала, когда погаснет слабая свеча, тускло освещающая небольшую комнату. Ждала, когда каждая из КВИНТ, в зависимости от цвета драгоценного камня, начнет светиться и переливаться. Ждала, когда весь КВИНТЕТ начнет исполнять свои чарующие волшебные танцы.
В этих танцах перед ней в цвете проплывали самые различные человеческие эмоции и чувства, и она, вместе с КВИНТАМИ их испытывала на себе.
Вот КВИНТЕТ светится алым, ярко-желтым и чуть синим цветом.
«Чванство», — думает в этот момент царица и тут же чувствует себя очень богатой, не замечающей никого, показывающей это богатство всем и каждому, несколько презрительно наблюдая, как людишки удивляются ему.
Вот эти цвета внезапно погасли, и из глубокой темноты начали светиться темно-красные, алые, фиолетовые и лиловые лучи. Тут же царицу охватывает огромное чувство тревоги.
Вдруг все застлалось плотным туманом, в котором переливаются бледно-фиолетовые огни, переходящие в синий цвет, — и ТОНИКУ охватывает апатия и безразличие.
Когда же сияют бледно-салатовые лучи вперемежку с бледно-розовыми, то ее охватывает неимоверная дурость.
Наконец, бледно-розовые лучи в сочетании со слабо-сиреневыми и чуть-чуть белыми прожилками приводят ее в состояние ехидства и злорадства.
И почти никогда не бывало, чтобы сочетания цветов у Квинт повторялись. Все без конца изменялось и переливалось из одного построения в другое.
За эти мгновения ТОНИКА была готова отдать полжизни.
Вторую половину жизни царица могла бы отдать за продолжение этой фантастической мистерии...
Вот КВИНТЫ внезапно останавливались и начинали светиться своим обыкновенным сиреневым цветом.
ТОНИКА подходила к аквариуму, приближала к нему свое все еще красивое лицо и ждала... Ждала, когда эти морские существа возьмут со дна аквариума ил и начнут намазывать ей щеки, нос, лоб, глаза, пока этот ил не затвердеет и не превратится в плотную маску.
Спустя определенное время она возьмет КВИНТОВЫЙ ТОН и ПОЛОЖИТ его себе на ГОЛОВУ. Именно в этот момент она уйдет далеко-далеко от мирской суеты, от дум, воспоминаний. Она воспарит к небесам и проживет там другую, полную блаженства и неги жизнь, не отдавая при этом отчета, что ходит, стоит или сидит в комнатах своего дворца и твердит одну и ту же фразу: — Я чайник! Я чайник!
Вывести ее из этого состояния возможно только в том случае, если она перестанет быть в ПОЛОЖЕНИИ КВИНТОВОГО ТОНА (если кто-нибудь снимет с нее КВИНТОВЫЙ КЛЮЧ).
...Сейчас она уже около двух часов находилась в таком состоянии. Два раза она подходила к телефону, реагируя на его звонок, что-то отвечала, но что, не помнила, потом она пила чай с конфетами, танцевала. Наконец уставшая, она буквально упала на диван. Посидела несколько минут, потом подошла к камину, разожгла его... Вид пляшущего пламени слился в ее сознании с воспоминаниями КВИНТОВЫХ танцев, и она отключилась от внешнего мира. Полностью...
ВВОДНЫЙ ПОЛУТОН уловил запах дыма не сразу. Он сначала не понял, что это такое, а когда осознал и представил себе смерть путем горячего копчения, то стал кричать. Он барахтался и кричал что есть мочи.
ТОНИКЕ же его стенания казались фантастической музыкой из ее нереального мира, под которую в глазах мелькали сменяющие друг друга картины.
— Мадам, вы не видели здесь, — ТРИХОРДЫ не знали, как бы назвать точно того, в кого мог превратиться бывший ДОМИНАНТСЕПТ, он же ВТОРОЙ СЕПТ с ВЫСОКОЙ ПРИМОЙ и УМЕНЬШЕННЫЙ ВВОДНЫЙ с НИЗКОЙ ТЕРЦИЕЙ, — Ну этого, с НИЗКОЙ ТЕРЦИЕЙ, со зверьком таким, — стали спрашивать ДВОЙНУЮ ДОМИНАНТУ ОБЫКНОВЕННУЮ подбежавшие ТРИХОРДЫ ФаМиР и ДоСиЛ.