Завод был далековато расположен от квартиры, которую дали в Щербинках, но у Кравцова была двадцать первая «Волга» приемного отца, который, будучи пенсионером республиканского значения, перебрался в Горький вместе с ними, поменяв квартиру. Не захотел Петр Николаевич на старость лет оставаться один в Ташкенте, да и в двух внуках души не чаял. Женился Николай поздно, старшему сыну было только семнадцать, а младшему четырнадцать. Жена моложе на пятнадцать лет.
Женился он на узбечке, отец которой был начальником отдела в Ташкентском горкоме партии. Родители Жасмины были против выбора дочери. Русский, в возрасте, должность и зарплата невысокие, но вспыхнувшая любовь молодой девушки смела все препоны и преграды. А Николай был вынужден, глубоко окунутся в самобытную культуру узбекского народа из-за огромного количества появившихся родственников жены.
По-узбекски он итак говорил свободно. Когда ты мальцом бегаешь по улицам и учишься в классе, где большинство узбеков, говорящих на своём языке, то хочешь, не хочешь, а говорить научишься. А учась в университете на факультете прикладной математики и механики, Николай неожиданно для себя заинтересовался историей тех мест, где он живёт. Самостоятельно выучил письменный тюркский язык, и у него появилось хобби — коллекционирование книг на тюркском языке, и книг, посвященных тюркским народам. На этой почве он и познакомился на одном из книжных развалов с будущей женой, которая училась в Ташкентском государственном университете на историческом факультете.
Приличную коллекцию раритетных книг, вместе с большой библиотекой они привезли в Горький, а три недели назад их квартиру обокрали. Как сказали оперативники уголовного розыска и следователь, которые приехали на место происшествия, действовал опытный домушник и, вернее всего, гастролёр. Три отличных замка на металлической двери были профессионально вскрыты, а не взломаны. Вскрыты, а потом закрыты. И из квартиры вынесли только самое ценное: наличные деньги, драгоценные украшения жены и несколько книг. Всё то, что легко реализовать. А перечень пропавших книг, говорил о том, что вор очень хорошо разбирался в книгах и их стоимости. Взяли десяток книг, но самых дорогих.
Особенно жалел Кравцов о пропаже книги «Мухаммед Челеби Мухаммадия», или в переводе «Жизнеописание пророка Мухаммада». Книга была опубликована на татарском и арабском в Казани в 1845 году. В ней в трех частей описывалось сотворение мира, жизнь и деятельность Мухаммада, день конца света и потусторонняя жизнь.
Эту книгу ему на сорокалетие подарил лучший друг приемного отца, которому та досталась по наследству. Его отец был имамом одной из мусульманских общин в Старотатарской слободе Казани до революции. Он принял революцию и Советы, выступил за большевиков под лозунгом: «За Советскую власть, за шариат», но в тридцатых годах был репрессирован вместе с семьей.
Ильдару Ринатовичу, его старшему сыну повезло не попасть под репрессии только потому, что тот в этот момент учился в Москве и при поступлении, и оформлении паспорта по совету отца взял фамилию матери. И о нём при аресте семьи никто не вспомнил. Так Ильдару Ринатовичу удалось выжить, а позже один из членов религиозной общины, которой руководил его отец, передал ему, как наследнику несколько книг: Коран, жизнеописание пророка и другие, которые отец успел отдать перед арестом на сохранение. Родители и две сестры Ильдара Ринатовича сгинули в лагерях. Сам он не женился из-за страха потерять семью, а Николай стал для него тоже кем-то вроде сына.
У мусульман сорок лет является возрастом духовной зрелости. Вот и получил Кравцов на свой сороковой день рождения в подарок такую редкую и памятную книгу. А теперь её украли. За три недели следствие по возбужденному делу не продвинулось и на йоту вперёд. У Николая Петровича сложилось во время последнего посещения следователя, что тот его делом и не занимается, решив, что работал какой-то гастролёр, давно уже покинувший Горький. Соответственно, найти его практически невозможно. Вряд ли вор продал похищенные изделия в городе после кражи. Наверняка уехал в ту же Москву, где это сделать на барахолках и блошиных рынках намного проще.
Именно это следователь и рассказал Кравцову. Также поделился версией, что если вор всё же сбросил краденые вещи в Горьком, то книги могут появиться в продаже в магазине «Книги» на площади Горького в отделе букинистики, или на книжной барахолке у монастыря. Вероятность того, что драгоценности жены сдадут в ломбард, по мнению следователя, также была очень низкой, если только в виде золотого лома, но как говорится, и на старуху бывает проруха.