Все эти мысли набросал своим языком знаков скорописи и стенографии, который вряд ли кто, кроме меня поймет. А потом до девяти вечера писал краткую автобиографическую справку по Колобанову с описанием его подвига. Решил не откладывать в дальний ящик свою встречу с Захаровым. А для этого необходим повод. Вот я и решил завтра с Лешкой передать его отцу информацию о горьковчанине — герое и предложении поучаствовать делегации школьников во встрече ветеранов — танкистов Ленинградского фронта 9 сентября 1982 года, куда меня пригласили комсомольская и пионерская организация Войсковицкой средней школы. Потом была программа «Время», во время которой диктор сообщил о начале конфликта между Аргентиной и Великобританией за Фолклендские острова. Я точно даты начала этой войны не помнил, но, кажется, совпадает. Так что по крупным событиям вроде бы это моё прошлое. Задумчиво провёл вечерний туалет и отбой.
Следующий день ознаменовался тем, что Людочка объявила на последнем уроке, что я занял второе место на городской олимпиаде по математике и теперь буду участвовать в областной, которая состоится 20 мая. Грамота и памятный подарок в школу придут чуть позже, и мне их вручат на школьной линейке.
Судя по внешнему виду, Соколова была на седьмом небе от счастья. Как же, её ученик занял призовое место на городской олимпиаде, а Олег Волков из 6 «Б» класса, которого пророчили в победители, даже в десятку не вошёл. Так молодая учительница утерла нос Жанне — другой учительнице по математике, а заодно и СиСи заучу школы и также математику. Обе, кстати, были подругами моей матери, они в интернате вместе с Лизой начинали работать больше десяти лет назад.
Людочка радовалась, а я не очень. Мне эти олимпиады были… Ниже пояса, в общем, они были. Но придется участвовать. Отмазаться уже не получится. А с другой стороны было приятно. Всё-таки второе место — это второе место, пусть и не первое. Плюс ещё один кирпичик в подтверждение моей способности сдать экзамены экстерном. Правда, придется потратить время на подготовку к областному этапу, но выше точно не пойду. Мне этого не надо, итак дел невпроворот.
Сегодня, например, ещё урок сольфеджио в Доме пионеров, кое-что надо поправить в справке по Колобанову для Захарова — старшего. С Захаровым — младшим поучаствовать в репетициях песен «Мама не плачь» и «Белые розы». Что-то поправить, добавить, с Шуриком поработать над аранжировкой. Девчонки ноют, хотят ещё песню. Им, по-моему, сколько не дай, всё мало будет.
Но на мозги они капают профессионально, что значит психология женской сущности. Такое ощущение возникает, что к этому они с пеленок готовы, всё под себя подгребать и мозг выносить противоположному полу. Я, например, уже согласен уговорить ребят, чтобы они отдали им песню «Моряк вразвалочку сошёл на берег». Я слышал, как её пели мамуля с сестрой Татьяной. Очень замечательно у них получалось. Я бы сказал, намного душевнее, чем у Хиля. Да и ветеранам, думаю, больше понравиться. А тут какая-то олимпиада.
— Пап, разреши? — Алексей Захаров, постучавшись, вошёл в кабинет отца.
— Что-то случилось? — поинтересовался Борис Васильевич, стараясь не показать своего раздражения.
Он привык к тому, что если закрылся в домашнем кабинете поработать, то его нельзя беспокоить. Жена это прекрасно понимала, а вот младший сын, как-то на это не особо обращал внимание. Мог зайти в любой момент, если ему надо было что-то от отца.
— Нет, пап, всё нормально. Просто Миха Рудаков попросил передать тебе кое-какие бумаги. Там информация о герое — горьковчанине, о котором практически ничего не известно, а его танк в одном бою подбил двадцать два фашистских танка. Весь экипаж к званию Героя Советского Союза представили, но так и не дали. Миха всё подробно расписал, и там какое-то ещё мероприятие ветеранов-танкистов будет, куда его пригласили, а он хочет, чтобы туда делегация школьников от Горького поехала. В общем, на, — с этими словами сын протянул отцу несколько исписанных, тетрадных листков в клетку, после чего, развернувшись, направился к двери.
— Хорошо, посмотрю, — сказал Захаров в спину сына и хотел уже отложить полученные листки в сторону, но тут его зацепила цифра.