«Двадцать два танка в одном бою. Что-то я никогда не слышал о таком, тем боле, что такой подвиг совершил горьковчанин. Хотя, нет, Рудакова говорила, что сын пишет роман про танковый экипаж, подбивший в одном бою двадцать два танка, кажется под Гатчиной. Я ещё тогда удивился и подумал, что это художественный вымысел ребенка, а оказывается это правда», — задумался Борис Васильевич.
Он курировал промышленность области, но и идеологические вопросы также частично были в его ведении. Поэтому информация о горьковчанине, чей танк подбил двадцать два фашистских танка в одном бою, заставила его поднести листки к глазам и начать читать. И чем больше Захаров читал, тем больше удивлялся.
Фамилию Колобанов он слышал в первый раз, про бой под Войсковицами также. Он родился в тридцатом году, во время войны ему было соответственно одиннадцать — пятнадцать лет. На фронт он не успел, но тыловой, тяжелой жизни в колхозе хлебнул сполна. Моральной отдушиной в то время были сообщения о подвигах советских воинов.
Такие фамилии асов-летчиков, как Покрышкин, Кожедуб, Гулаев, Речкалов, Глинка и многих других гремели по всему Союзу и во время войны, и после неё. А фамилию старшего лейтенанта Горовца, который в одном бою сбил девять фашистских самолетов, знают все школьники.
По поводу героев танкистов информации было меньше. Захаров задумался и не смог сразу вспомнить кого-нибудь из танкистов Героев Советского Союза. Потом в памяти всплыла фамилия Оськина, танк, которого то ли подбил три «Королевских тигра», то ли захватил их в плен. Но про двадцать два подбитых танка в одном бою, такого Борис Васильевич точно никогда не слышал.
И 9 сентября в этом году эти танкисты, вернее всего, приедут на встречу ветеранов в поселок Войсковицы под Ленинградом, и Михаил Рудаков — этот малолетний, музыкальный гений приглашен на эту встречу. Приглашен, потому что где-то самостоятельно раскопал эту информацию, списался с Войсковицкой средней школой, учащиеся которой вот уже два года ведут поисковую работу по факту этого невероятного боя.
Они уже установили памятный знак в виде камня с табличкой с описанием подвига. И оказывается, что главный герой Зиновий Колобанов родился в Вачском районе Горьковской области, был призван в армию после окончания третьего курса Горьковского индустриального техникума, то есть он Горьковчанин с большой буквы. Какой политически-идеологический плюс из этого мероприятия Горьковский обком и он лично может получить, Захаров просчитал влёт.
«Вот же гений малолетний! И тут отличился! — С каким-то восхищением подумал про Рудакова Борис Васильевич. — Значит, Михаил пишет роман о Колобанове и том бое?».
Эта мысль пришла в голову Захарову, когда он дополнительно вспомнил доклад Правдина о том, как прошла процедура по регистрации авторских прав песен Рудакова. И тот доложил, что Михаил пишет какую-то книгу, а также почти сочинил новую песню о танкистах, которая ему очень сильно понравилась, как и представителю ВААП.
«Надо будет завтра с утра позвонить матери Михаила. У меня её телефон записан. Договорюсь, чтобы тот приехал в это воскресенье во Дворец пионеров. Необходимо подробно поговорить про этого Колобанова», — подумал Захаров, положив листки в верхний левый ящик письменного стола, где у него лежали важные бумаги.
Глава 15
Неожиданность
— Алло, Людмила Николаевна⁈
— Да, это я.
— Здравствуйте. Это вас Захаров Борис Васильевич беспокоит. Скажите, в это воскресенье ваш сын собирается во Дворец пионеров? И вы в курсе того, что он приглашён на встречу ветеранов-танкистов 9 сентября этого года в Войсковицкую школу Ленинградской области?
— Здравствуйте, Борис Васильевич. Очень рада вас слышать. Да, мы с мужем в курсе об этом приглашении. На неё должен приехать Колобанов Зиновий Григорьевич и другие члены экипажа танка, о которых сын пишет роман. Точнее, сначала хочет написать очерк, а потом роман.
— Людмила Николаевна, я попрошу вас передать вашему сыну, что я его жду завтра, в воскресенье в десять часов в кабинете директора Дворца пионеров. И пускай он прихватит с собой все материалы по Колобанову. Хорошо?
— Да, да. Я, конечно, всё передам. Михаил обязательно приедет, Борис Васильевич.
— Вот и замечательно. Всего вам хорошего, Людмила Николаевна. До свидания.
— До свидания, Борис Васильевич.
Рудакова положила трубку телефона на аппарат и покачала головой. Разве могла она подумать два месяца назад о том, что ей будет лично звонить второй секретарь обкома — второй человек в области. Звонить только потому, что хочет встретиться с её сыном.