— Надежда Николаевна, как в мультфильме говорил капитан Врунгель, как яхту назовешь, так она и поплывёт. Вокально-инструментальный ансамбль «Браво», по-моему, классно звучит. Борис Васильевич, как вам такое название? — я с наивным видом на фэйсе посмотрел на Захарова.
Его сыну с таким названием ансамбля выступать.
— Честно говоря, как-то не то, что пафосно, но чересчур, по-моему, — несколько неуверенно произнёс второй секретарь обкома, хотя по его глазам я увидел, что такое название ему понравилось.
— ВИА «Самоцветы», «Пламя», «Земляне», «Синяя птица», «Поющие сердца» или «Поющие гитары» не чересчур же? Нормальные, громкие названия музыкальных групп, как и ВИА «Браво», — не знаю из-за чего закусился я, пытаясь доказать свою правоту.
Хотя, так и не успел, а, точнее, не рискнул расспрашивать ребят, существует ли сейчас такая группа и есть ли такая певица — Жанна Агузарова. Да и Захарову я же видел, такое название понравилось.
— Так, Рудаков, с названием для ансамбля разберемся. Ты иди новую песню готовь. Мы с Борисом Васильевичем через полчаса подойдём, — произнесла Белик строгим тоном, каким могут говорить только педагоги с большим стажем.
Не захочешь, а автоматически послушаешься. И спорить мне сразу расхотелось.
— Хорошо, Надежда Николаевна, я тогда пошел, — ответил я, собирая в сумку книги и свою писанину с письмом от Зои.
— Что скажите, Надежда Николаевна? Я имею в виду роман, который пишет Михаил, — задал вопрос Захаров, когда за Рудаковым закрылась дверь.
— То же самое, что до этого сказала ему. Если вспомнить то, что говорили родители Михаила, то можно сделать вывод, что после клинической смерти у него открылись новые способности, которых раньше не было. Он начал писать песни и стихи, и музыку. Очень хорошие песни. Теперь ещё и прозу пишет, военно-патриотическую и в тоже время душевную, как вы сказали. И, действительно, ничуть не хуже, чем у Юрия Бондарева. Такая же окопная правда, которая заставляет гордиться нашими воинами. И я также не понимаю, как это удается Михаилу. Ему же всего тринадцать лет. Правда, он иногда так посмотрит, что себя девочкой маленькой начинаешь, ощущать. — Белик замолчала и как в ознобе передернула плечами.
— Есть такое ощущение. Иногда его взгляд становиться, как у старика, прожившего непростую жизнь. Глядя на него и его появившиеся таланты, поверишь в реинкарнацию или переселение душ. Вы знаете, Надежда Николаевна, мне наш юрисконсульт доложил, что во время регистрации авторских прав Михаил сказал, что две песни «Белые розы» и «Три лилии» ему приснились. И сын рассказал, что Михаилу приснился сон, где мой Лешка поёт эти песни на стадионе в Лужниках. И стадион забит под завязку зрителями. А сегодня его заявления по Колобанову. Я точно знаю, но не знаю откуда, что этот танкист родился именно в 1910 году, в деревне Арефино, причем уверенно заявляет, что тогда деревня находилась в Муромском уезде Владимирской губернии, а сейчас это Вачский район Горьковской области. Про Горьковский индустриальный техником и о том, что Колобанов был призван из него в армию на третьем курсе, то же говорит уверенно. При этом сам же называет верные способы, как проверить эту информацию. Мало того, я так и поступлю.
Захаров замолчал и, задумавшись, начал барабанить пальцами по столешнице.
— Борис Васильевич, группу для поездки в Войсковицы готовить? Алексея и Мартьянова Анатолия в неё включать? — Белик решилась вопросами прервать размышления своего собеседника.
— Да, Надежда Николаевна, готовьте независимо от того, окажется Колобанов горьковчанином или нет. И Алексея с Анатолием — Шуриком обязательно включите в группу. Вы, знаете, Лешка очень сильно изменился за последнее время. Вы не поверите, но три дня назад я застал его читающим книгу Пикуля «Реквием каравану PQ-17». Общение с Рудаковым на него влияет очень положительно. Поэтому пускай съездят на встречу с ветеранами — танкистами, послушают их воспоминания. А если слова Михаила подтвердятся, и Колобанов — горьковчанин, то нам надо будет продумать о дальнейших мероприятиях с его участием. Например, пригласить его в Горький на серию встреч, у вас во Дворце пионеров, в техникуме, в котором он учился, на предприятиях, задействовать журналистов, телевидение. Михаил пусть свою статью напишет, опубликуем её. Потом пускай и книгу пишет. Получится такой же хорошей, как главы с описанием боя, и её опубликуем. Надо будет и ещё ряд мероприятий продумать. Впереди сорокалетие победы, ветеранов становится всё меньше и меньше, а мы не должны забывать о тех, благодаря кому наша Родина выстояла в той страшной войне. Да, вы и сами всё понимаете, Надежда Николаевна, — Захаров посмотрел на Белик.