Подползаю к столу, поднимаюсь на ноги, немного убавляю музыку - Саша все еще звонит в дверь. Ладно. Включаю следующую песню, обуваю ботинки, накидываю куртку и подхожу к окну. Раньше я выбиралась отсюда только летом.
Плевать! Быстро открываю его, прыгаю в сугроб, который скрывает мои ноги по колено, а потом, не оглядываясь, бегу. Снова, как и вчера, я убегаю от своих проблем. Во всяком случае, пытаюсь это сделать.
Понимая, что пробежала несколько кварталов, останавливаюсь и пытаюсь отдышаться. Любая физическая боль сейчас приносит удовольствие, потому что заглушает моральную, поэтому я радуюсь тому, что горло дерет из-за морозного воздуха, которого я наглоталась.
Смотрю по сторонам и вижу то, ради чего сюда добиралась. Мост. Деревянный шатающийся мост через неширокую, но бурлящую реку. До сегодняшнего дня я боялась его и ни за что бы сюда не приперлась, но сейчас у меня особый случай, да? Да.
Подхожу к мосту и смотрю на него. Некоторые доски прогнили, их заменили на новые, а в старых остались дырки, сквозь которые видно воду. Делаю шаг, еще один и еще. Уже уверенно шагаю, не глядя себе под ноги. Сооружение раскачивается от, кажется, даже самого маленького порыва ветра, но внезапный адреналин - тоже мой друг, поэтому я иду до середины и облокачиваюсь на перила, которыми служат натянутые веревки.
Смотрю на реку и напоминаю себе Болконского. Только этот парень сравнивал себя с деревом, а я себя с этой бушующей водой. Берега такие безразличные, спокойные, а она плещется, изворачивается, скачет внутри этих рамок. Река будто существует только сама для себя и единственное, что сдерживает ее - сухость берегов, потому что они понимают: если река выпустит из рамок свои эмоции, никто ей не обрадуется.
Достаю из кармана цепочку и выставляю руку вперед. Вот-вот отпущу, и все будет хорошо. Я просто это отпущу и буду жить дальше. Никто ведь не умер, да? Подумаешь, предали. Подумаешь, я тварь. Подумаешь, я ненавижу свою жизнь. Через несколько недель это продет, мы будем общаться компанией, а я буду смеяться над этой ситуацией. Это будет казаться мне глупым, но сейчас это ужасная боль, с которой я просто не могу совладать. Веду себя, как идиотка и абсолютно теряю контроль над своими же эмоциями.
Чуть- чуть разжимаю пальцы, и выползает кулон. Еще немного и появляется часть цепочки. Снова и теперь она наполовину над пропастью. Держу за самый край...
"...я хотел сделать тебе приятное..."
Спустя время я буду об этом жалеть. Точно буду.
Черт! Засовываю подарок обратно в карман, безразлично смотрю вперед, но ничего не вижу из-за слез. Боже мой, ну почему так трудно? Зачем?
Вдыхаю воздуха до отказа и ору во все горло. Когда этот визг прекращается, накидываю на голову капюшон и, утерев слезы тыльной стороной ладони, медленно шагаю домой.
Полегчало.
***
До своего района добиралась с одной мыслью:
"Возьми себя в руки, Афина. То, что ты делаешь - ненормально".
Мысленно же соглашалась с собой, но на лице повисла ухмылка: напоминаю суицидницу. От этого мне стало смешно, и я рассмеялась. Обычное дело. Только рассмеялась я так, как Беллатриса Лестрейндж во второй часть "Даров Смерти", от чего маленькая девчушка, проходящая мимо, подпрыгнула на месте и прибавила шагу.
Капюшон закрывает половину горизонта, но нетрудно понять, что я почти добралась. Обхожу здание и подхожу к своему окну. Музыка все еще орет, потому что я подперла дверь стулом перед выходом. Пусть, если вдруг, думают, что я их игнорирую. Сашка ничего не скажет, наверное. Потому что мама не знает о ее истории с... ним. И тогда пришлось бы вдаваться в никому не нужные подробности.
Э-э... окно несколько выше, чем я думала. И как этот поц с такой легкостью запрыгивал туда?
Стою тут, кажется, уже несколько минут, но решения не вижу, а роста и сил мне не хватит, чтоб подпрыгнуть, подтянуться и залезть. Поэтому не придумываю ничего лучше, чем пойти через дверь. Блин, ключей нет.
Тут же разворачиваюсь и иду обратно к окну. И что мне делать? Может, это тонкий намек на то, что мне не нужно домой? Если так, то мой интерес разыгрался и теперь это вызов. Теперь мне необходимо туда попасть.
Вдруг замечаю в снегу кусок трубы, торчит он из земли, довольно широкий и длинный, поэтому идея приходит сама собой. Наступаю на него, хватаюсь руками за подоконник, отталкиваюсь, подтягиваюсь и оказываюсь комнате. Быстро закрываю окно, закидываю куртку с ботинками под кровать и подхожу к двери.