Если только...
-Алеа якта эст,- сухо произносит Аид.
Жребий брошен.
Танат, что, видимо, не обошлось без помощи Посейдона, проходит прямо по воде и встает над головой у правой девушки. Обе все еще барахтаются, обе все еще слишком одинаковые. Парень присаживается на корточки. Опускает руку в воду. Вытягивает короткую светлую прядь и приближает к ней меч.
Я не знаю, как и кому молиться, поэтому просто прошу у неизвестного. Прошу, чтоб я не ошибся. Прошу, чтоб все было хорошо. Прошу, чтоб я сделал правильный выбор. Пожалуйста.
Перед глазами все как в тумане, когда металл, сверкнув напоследок в свете жадных языков пламени, дарит своему обладателю еще одну памятную вещицу в коллекцию. Когда мой выбор осуществлен и ничего уже нельзя повернуть назад.
Парень возвращается на место и первое время совершенно ничего не происходит. Обе закрывают глаза и замирают, снова опуская руки по бокам. Снова тела, только теперь одно из них - правое - исчезает будто краска расплывается по воде. Еще мгновение и та, что осталась, выныривает на поверхность, откашливаясь и жадно хватая воздух. Но это еще ничего не значит.
Аид, предварительно толкнув в плечо, передает мне Золотую Ветвь. Молча и осторожно протягиваю ее Ей. Та, в недоумении, принимает и я снова замираю. Секунда, десять, пятнадцать, а она все еще тут. Со мной. Стоит только протянуть руку и коснуться.
Бедный мокрый комочек, у которого стучат зубы, а из глаз льются слезы. Бедный мокрый напуганный комочек.
Боги, святые, силы природы или кто там еще мог мне помочь, спасибо вам. Огромное, бесконечное спасибо.
Быстрым движением вытягиваю ее из воды и несколько мгновений смотрю ей в самую глубь глаз, потом притягиваю к себе и крепко обнимаю. Так, как никогда в жизни никого не обнимал. Так, как обнимаешь, того кого только-только обрел. Так, как обнимаешь того, кого хочешь защитить от всего остального мира. Так, как обнимаешь того, кого любишь.
Она только дрожит и всхлипывает, не в силах успокоиться.
-Все хорошо,- шепчу я.- Все уже хорошо.
-Я...й...я...
С волос и платья течет ледяная вода, обуви нет. Хочу отстраниться от нее, чтоб отдать толстовку, но, оказывается, я недооценил Ее силы. Девушка вцепилась в меня так, что не оторвать.
-Идем, нужно вывести тебя отсюда.
Она тут же отпускает и обхватывает мое лицо руками, разглядывая. Будто все еще не верит, что это я. Трудно будет забыть моего двойника.
Кивает. Говорит, идем. Приобнимаю ее за талию и мы, наконец, поворачиваемся к этим пятерым. Афина невольно делает полшага назад, но я не пускаю ее дальше, давая понять, что все хорошо.
-Это, конечно, не так весело, как мы думали,- начинает Протей.
-Но помни о нашем уговоре,- осаждает его Аид, обращаясь ко мне.- Если ты его нарушишь - поплатишься жизнями всех, кто тебе дорог.
Молчу, глядя в глаза этому Повелителю Тьмы, как бы отвечая, что я понял и вернусь, тот кратко кивает в ответ и снова щелкает пальцами. Только теперь вместо развалин мы оказываемся в знакомом мне коридоре с каменистыми сводами и стенами.
-Я уже заждался,- устало произносит знакомый голос Гермеса.
Стоит прямо перед нами с зажженным факелом. Афина наконец обращает внимание на ветвь у себя в руке, а потом переводит взгляд на меня.
-С помощью этого отсюда можно выйти,- отвечаю.
Пытаюсь тщательно подбирать слова, чтоб она не начала паниковать раньше времени. Раньше того момента, как окажется в безопасности. Хотя бы в гроте, с остальными, которые вытащат ее оттуда.
Впереди человек - проводник, освещающий путь и свобода, позади мир, в который мне предстоит вернуться.
Идем в абсолютной тишине, прижавшись друг к другу. Только сейчас понимаю, как не хочу оставлять ее снова, но крошечные проценты отрезвленного мозга кричат мне, что тем самым я ее спасу. Думаю, к ним стоит прислушаться.
-Пришли,- оповещает Гермес.
Либо этот путь сократился в несколько раз, либо я так наслаждался и тонул в этих моментах, что потерял счет шагам и времени.
Останавливаюсь, пока парень повторяет свою латынь. Аккуратно, боясь причинить лишнюю боль, провожу по некоторым немного затянувшимся порезам, по синяку на щеке и начинаю ненавидеть себя с большей силой. Все, что с ней случилось - моя вина и я никогда себе этого не прощу.
Снова крепко обнимаю ее, заметив краем глаза, что начинает вырисовываться проход. Не хочу отпускать, не хочу уходить, хочу, чтоб этот момент длился вечно.
Слышу, как наши восторженно охают, хлопают, свистят и радостно смеются, только я все еще не шевелюсь.
-Пора,- прокашливается проводник.