Нагруженная тарелка покинула стратосферу и легко уходила ввысь, оставляя под днищем песчинку – пристанище человечества. Стало зябко и как-то… беспочвенно. Каждый вдруг себя ощутил болтающимся в пустоте, как пластмассовый сор в погремушке годовалого сорванца. Пожалеет судьба-сорванец безделушку с живыми душами? Или треснет с размаху в бок подвернувшегося болида?
Но роботы-стюардессы уже сообщали с улыбкой о подаче в воздух салона первой порции соломония – легонького наркотика. Человек засыпает в блаженстве. Проснется? Тоже вопрос. Теория не объясняет, каким образом сохраняются наши хрупкие организмы после сдвига в гиперпространстве. Казалось бы, биомолекулы должны разметаться по космосу. Но опыты проводились на животных и добровольцах, и большинство из них выжили.
Уже начиная чувствовать действие соломония, Катенька с любопытством огляделась по сторонам. Пассажиры смыкали веки и бодренько улыбались, поддерживая друг друга. Рассудок отталкивал знание опасности происходящего. Француз Андреа Пенье положил большую ладонь на тоненькое запястье с витой серебряной нитью и тихо шепнул: «До встречи!». Девушка обняла правой ладонью браслетик свердловчанки Алены Хлебниковой, серебряную пластинку с коротенькими цепочками. На цепочках звякали флешки с романами победителей. Они все дарили друг другу переведенные книги, как лучший из сувениров. Как залог кругосветного братства выдумщиков, сказателей… Как память об удивительном, не придуманном путешествии…
Спустя год, приходя в себя, Катя успела подумать: «Смерть – это очень просто. Если б я никогда не проснулась, я бы не узнала об этом. Мне было б никак. Не больно, не плохо, не хорошо». Но веселый гул голосов подсказывал: все о’кей, сегодня никто не умер. С трудом подняла непослушные отяжелевшие веки, и тут же встретилась взглядом с парнем из Волгограда. Леша с трогательной улыбкой протянул ей бокал шампанского, как будто давно с тревогой дожидался ее пробуждения.
Но события за стеклом отвлекали от мимолетных впечатлений несмелого взгляда. Преодолев расстояние в шесть миллионов парсек, корабль вонзился в систему карлика Прометея, двойника домашнего Солнца. Звезда приближалась, торжественно раскрывая объятья лучей навстречу кучке разумных. Россыпи мелких осколков кружились вокруг корабля, экранируя волны света, устремленные в бесконечность.
И вот она, Лорелея, голубой рождественский шар, подаренный человечеству за дерзость, за вековечное стремленье вперед, к неведомому! Желанная и уютная, укутанная оберегами перистых облаков, омытая сочными водами красочных океанов, разбросавших цветные пятна, как художник по круглой палитре.
Сколько раз в салонах фанткрюзов писатели зависали над вошедшей в моду планетой, сколько раз с героями бурных фантастических приключений блуждали в ее пампасах. Но разглядеть под тучами очертания континентов! Но стремительно приближаться к чужеродному дикому миру!.. А планета плыла, загадочная, кокетливо демонстрируя подожженный солнцем бочек, и вот закрыла полнеба! И вот уже почему-то оказалась у них под ногами! Взахлеб стрекотали камеры, губы поспешно нашептывали про эмоции-ассоциации на встроенные магнитофоны. Копилка живых впечатлений – сокровищница писателя. Когда-нибудь этот шепот преобразится в строчки, в страницы волшебных книг!
Последние обороты по сужающейся орбите, приветные залпы салютов от каждого континента! И первый шажок по тверди, сотворенной Великим Ваятелем навряд ли для нужд человека… И первый опасливый вздох…
Оказалось, здесь можно дышать! Натуральной воздушной смесью, без химии, без дураков! И можно подпрыгивать, радуясь необычайной легкости! И можно смеяться, щуриться, воспевать синеву небес! И бескрайние горизонты в голубой ностальгической дымке! И гладить мясистую зелень деревьев с желтой корой, и пробовать на язык. Горечь, горечь! А мы представляли, чтоб вареньем будет намазано?
Пять разлапистых континентов поделили между собой США, Россия, Китай, Мексика и Индонезия. Германии, Англии, Франции, Италии и Японии достался шестой материк, так и названный простенько: ГАФИЯ. Его расчертили на секторы с единым для всех космодромом. Отсюда и начиналось кругосветное путешествие. Покуда корабль разгружался и полнился новыми силами для прыжка на матушку Землю, писателей-фантазеров пригласили в круглый автобус, неслышно парящий над кронами, и отправили «по Европам».