Выбрать главу

— Ой, простите, ваше величество, — Хайлли сделала книксен. Мужчины засмеялись.

— Но у них там на самом деле, — вздохнул Ван, — очень плохо все в деревнях. Куда хуже, чем в нашей Марке в Лаккамири. Беспредел. Питания не хватает, работать никто не хочет, полиция местная хватает кого попало, избивает — но бандиты как раз гуляют на свободе и делают с остальными что хотят. Девушек насилуют поголовно, детей тоже… И много рабства. Причем рабство для них еще прогрессивно — рабы хотя бы какие-то работы выполняют, семью хозяина кормят…

— Возможно, они на этой формации и остановятся, — предположил Клаус, — но так плохо все только сейчас, потому что после войны, все разрушено, живут многие еще в землянках, радиация, еды мало… Со временем и они получше будут жить, и мы сможем помогать. В общем, как в Лаккамири у них будет, я надеюсь.

— Илас! — крикнул от двери хозяин праздника Коллана, — приглашаю всех в зал на церемонию.

Клаус встал неподалеку от двери, высматривая в толпе Алису. Где-то она задержалась. Келла стояла в группе детишек, которую привел в зал молодой учитель Тайя.

Алису он так и не увидел, зато в дверь зала, оживленно беседуя, прошли Анквилла и его дочь Панка — летный комбинезон она сменила на невзрачный зеленый иси. Летчица подошла к Коллане, своему брату и заговорила с ним. Анквилла помахал Клаусу. Тот протолкался к деду сквозь толпу.

— Отойдем, — негромко сказал Анквилла. Вздохнув, Клаус вышел за ним в коридор. Он давно привык к непредсказуемости в общении со своим родственником.

— Что-то случилось? — поинтересовался Клаус. Анквилла чуть пожал плечами.

— Это как сказать. Я просто хотел сообщить тебе новость. Я только что вернулся из Берна.

— И что? Они согласны на открытие нашего центра?

— Да, но об этом я тебе информацию уже скинул. Я о другом. В Берне я встретил Пьера Барта.

Клаус слегка присвистнул.

— Все это время он провел среди урку.

— А что его дочь, Аханкара?

— Погибла в Египте. Работала в Эхнатоне врачом. Была убита урку при эвакуации раненых.

Клаус мрачно кивнул.

— Барт, оказывается, пережидал бури на Канарских островах. Ты знаешь, они практически не затронуты.

— Разумное решение.

— А теперь он явился в Европу. Именно с целью вернуться в сообщество амару. Собственно, он уже полгода жил в Алезии. Принял имя на ару. Интегрировался. В Берне он был по служебным делам.

— Ну что ж, — Клаус посмотрел в лицо Анквилле, — если вдуматься, он чистый амару. Чище меня по генам. Наверное, нет особых проблем…

— Да, проблем не было, — согласился Анквилла. Помолчал немного и сообщил, — я застрелил его.

Клаус вопросительно поднял бровь.

— Кровь амару, — задумчиво произнес Анквилла, — гены амару действительно обеспечивают мотивацию разумного человека — амару никогда не станет интересоваться властью, выгодой, местом в иерархии. Но знаешь, Клаус… даже гены амару — они все-таки определяют далеко не все.

Зал был убран для церемонии. Гирлянды из ветвей и роз свисали с потолка, обрамляли небольшое возвышение, на котором уже стояли Коллана и Тимтайя в белом. Коллана держал на руках новорожденного сына. Внука Анквиллы и Инти.

Нежно пели скрипки.

Амару в зале затихли. На возвышение вышла самая пожилая Старейшая города, Арума, ей исполнилось 160 лет.

К сожалению, по старикам война ударила особенно жестоко.

И если присмотреться, то и во всем зале нельзя было найти человека, не покалеченного последним десятилетием. Амару с протезами рук и ног, со страшными ожогами и шрамами на лицах. В убогоньких неярких, перешитых иси, а многие в камуфляже. С застывшей смертью в глазах.

Арума в белой иси подошла к родителям малыша. Коллана положил сына на столик, покрытый сверкающей голубой материей. Малыш, обернутый в белую ленту, беспорядочно замахал свободными ручонками.

Старейшая подошла к ребенку. Скрипки изменили мелодию и заиграли древний, еще с Лаккамару сохранненный через тысячелетия гимн Побеждающей Жизни.

Арума просыпала горсть тонкой муки на головку младенца.

— Жизнь зерна — твоей жизни, новый человек земли! — воскликнула она на древнем, благородном ару.

Опять смена мелодии. Теперь скрипки пели музыку любви. Арума зажгла свечи вокруг столика, на котором лежал младенец — спокойно, без писка, только дергал тонкими ручками.

— Огонь солнца — твоему сердцу, новый человек земли!

Потом она положила ладонь на лобик ребенка.

— Тепло наших рук, рук твоих илас — навсегда с тобой, новый человек земли!

Илас с благоговением смотрели на младенца — старые и молодые, покалеченные, раненые, измученные долгой войной, потерявшие родных и близких. Смотрели Клаус и Анквилла, стоящие рядом, и выражение их глаз было почти одинаковым. Смотрел Каяри, положивший руку на плечо Лорин, ушедшей в музыку. Смотрел толстый Нико, смешно выпятив нижнюю губу. Смотрела Инти, бабушка младенца, и непрошеная слеза выкатилась из ореховых глаз.

Арума набрала в горсть воды из серебряного сосуда. И пролила легкую струйку на головку малыша.

Скрипки стихли. Голос Арумы возвысился и гордо зазвенел под сводами зала.

— Новый человек земли, мы, твои илас, твои мать и отец, твой город, принимаем и любим тебя! Мы даем тебе новое имя. Отныне и до конца твоих дней твое имя — Илла Мачакка!

Эхом повторили за ней отец и мать.

— Илла Мачакка!

— Илла Мачакка!

Новый свет… Свет иной жизни, пришедшей отныне на Землю. Свет, который положит конец страданиям, войнам, эксплуатации, насилию. Свет, который озарит новый мир — счастливый и радостный, полный любви и дерзания. Свет, который проникнет во Вселенную. Тимтайя взяла сына на руки и, улыбнувшись, прошептала:

— Илма…

Скрипки зазвенели и взвились, закручиваясь и разлетаясь под куполом. Тимтайя подняла ребенка ввысь, и амару радостно закричали, вскидывая руки над головой.

Словарь русский-аймара
Аймара Русский
thaya Ветер, воздух
Ilas брат, сестра
Haltayаta разделение
Haylli песня
ayaho Охотник
Hiwayiri Убийца
Khantati Рассвет
Wintata Друг
alaya Наверх, вверху
мarka Город, поселок
кunturi Кондор
wara Звезда
mallku Глава, начальник
urku 1. самец, мужская особь, 2. мачо
taica мать
yatihiri Учитель, обучение
anku Нерв, сухожилие, сила, терпение
machakka Новый
imata Скрытый
аru Речь, слово
kkamiri Богатый
isi Одежда
Llinti Inti(кечуа) Солнце
Lakka земля
aruapa трибуна
Каtari Змея