Они стояли посреди большого рынка. Сотни разноцветных палаток убегали вдаль извилистыми рядами, черноглазые, загорелые до черноты торговцы кричали, перебивая друг друга, бродячий цирк водил за собой обезьяну на поводке, зазывая прохожих на представление. Толкались покупатели, красивым грудным голосом пела девушка, поставив у своих ног пустую шляпу, мимо проплывали продавцы фруктов с корзинами на головах. У Лили закружилась голова от шума, незнакомых говоров и детских криков. Джеймс коснулся палочкой виска девушки и что-то прошептал. Шум тут же приобрел осмысленность.
– Самые лучшие метлы в мире! – Волшебные амулеты! Лечат драконью оспу! – Говорящие попугаи!
- Купи бусы, красавица!
Джеймс купил бусы, которые меняли цвет в зависимости от тона наряда, веер из перьев, букет поющих разными голосами цветов. Потом ушел рассматривать «самые лучшие метлы», а Лили тем временем выбрала ярко-синий купальник. Вернувшись, Джеймс сообщил, что метлы «прошлый век» и в Англии гораздо лучше. Они прошлись по продовольственным рядам, запасаясь едой для ужина, Джеймс тащил многочисленные пакеты, параллельно рассказывая, как когда-то потерялся на этом рынке, засмотревшись на почтовых птиц. Лили заинтересовалась ярким шатром, возле которого толпились женщины в цветастых юбках. – Давай заглянем! – Лили показала взглядом на вывеску над маленькой палаткой. – «Открой завесу будущего», – насмешливо прочитал Джеймс. – Ну уж нет… Пойдем, мне не терпится искупаться! Но Лили остановилась и задумалась. Прорицания она никогда особенно не любила и поэтому бросила предмет, как только представилась такая возможность. Их преподавательница обладала редкостным занудством и полным, на взгляд Лили, отсутствием пророческого дара, даже Мэри умела объяснять карты лучше. Но сейчас какое-то странное предчувствие подталкивало Эванс к входу, прикрытому простой занавесью от насекомых. – Брось, Лили! Я во весь этот бред не верю! Предсказания – отстой! Только старые бабки на это покупаются! К тому же у меня с прорицаниями связаны не самые лучшие воспоминания… Старая жаба на самом первом занятии заглянула в мою чашку, залилась горючими слезами и заявила: «А тебе я ничего не скажу, мой милый, милый мальчик», – передразнил Джеймс преподавательницу. –Она до сих пор когда меня в школе видит – всхлипывает, как будто я ходячий труп… Нет, ни за что. Это развод! Ты, конечно, если хочешь, можешь сходить, я подожду. – Джеймс… – она просящее улыбнулась, но Джеймс отрицательно покачал головой и в знак своего полного отказа сел на край деревянной скамьи. Лили и сама хотела бросить эту затею, но любопытство взяло верх. Отдав Джеймсу сумку, девушка направилась к палатке. Внутри царил легкий полумрак. Кружился дым от благовоний, переливался огромный хрустальный шар, в углу спала тощая черная кошка. Сидящая за круглым столиком женщина выглядела карикатурно. Она была одета в цыганское платье, черные кудрявые волосы смахивали на проволоку, глаза густо-густо подведены сурьмой. Лили, ты с ума сошла! Она развернулась, намереваясь уйти. – Садись, – неожиданно низким голосом сказала женщина, указывая на табуретку. Лили послушно села напротив, нервно накручивая прядь волос на палец. Взгляд женщины, казалось, смотрел в самую душу и внутри неприятно похолодело. Лили неуютно поежилась. Гадалка протянула ей колоду карт, видно предлагая их сдвинуть. Лили усмехнулась – вот же бред! На прорицании их учили другому, да и вообще карты считались самым ненадежным способом гадания! Цыганка раскладывала карты, что-то нашептывая, а Лили чувствовала себя участницей глупого спектакля. Ладно, пусть скажет и она тут же уйдет! – А тебе невероятно повезло, – усмехнулась гадалка, открыв первый ряд. – Редко кого любят так преданно и самоотверженно. Причем сразу двое. Пойдешь за одним, будет много хорошего, много радостей, дом полная чаша, пойдешь за другим будешь как за стеной каменной… Но вижу ты уже выбрала? – взгляд снова переместился на Лили. Ерунда. Люди правда на это ведутся? Лили приободрилась, все больше убеждаясь в бессмысленности происходящего. – Зачем ты боишься черного пса? Он только с виду такой колючий, – Лили вздрогнула при этих словах, попавших в точку. – Скоро ты поймешь…. Новое знакомство, линии переплетаются все теснее, все завязывается в крепкий узел. Не сомневайся – ты им будешь мила, и они тебе… Скоро тебе придется принять решение: идти со своим выбором до конца или вернуться в самое начало. Женщина вдруг нахмурилась, открыв последние карты. Она пристально стала в них вглядываться, как-то странно косясь на Лили. – Не понимаю… – Что там? – немного испуганно прошептала Лили, нервно комкая в руках подол платья.
Цыганка покачала головой:
– Я никогда не встречала ничего подобного. Этот шаг, он важен не только для тебя, как будто тысячи судеб будут зависеть от твоего решения. Такое безграничное счастье и одновременно столько горя, столько смертей, столько слез, – гадалка показала Лили карту с незнакомым руническим символом. – Знаешь, что это такое? Лили молча пожала плечами. – Это судьба, девочка. Ты отмечена ею. Дай свою руку, – женщина не дождавшись разрешения, схватила её за запястье и развернула ладонь к себе. – Нет, не ошибка, здесь тот же знак. Приговор. Только одно решение. Почему ты? В тебе столько света, столько доброты и роковая печать тьмы… Лили выдернула руку. Она резко встала, намереваясь уйти. Нужно было слушать Джеймса, который убеждал, что гадания полный бред.
- Стой! – резкий окрик заставил девушку замереть. – Оставь его, чтобы ты не чувствовала. Прямо сейчас, когда увидишь этого мужчину, скажи, что все кончено, – гадалка подошла совсем близко и вцепилась в плечо. – Сделай то, что я велю. Беги!
- Что вы несете? – Лили дернулась, но пальцы с длинными черными ногтями держали крепко. – Ничего я не буду говорить Джеймсу, – Лили посмотрела в светящиеся глаза женщины. – И что, если я не побегу, что тогда? – Лили злилась.
Черт! Ну, зачем! Зачем ноги занесли сюда, любопытство ещё никого не доводило до добра. Перед ней сумасшедшая!
– Иначе ты умрешь! Лили, наконец, вырвалась. Забава начинала приобретать мрачный оттенок. Девушка стремительно направилась к выходу, ругая себя за то, что вообще заинтересовалась подобным. – У твоего сына будут твои глаза, – фраза догнала уже на пороге. Лили остановилась и обернулась. – Только вот у него почти не будет тебя. Лили выскочила из палатки, почти тут же наткнувшись на нетерпеливо топчущегося на месте Джеймса. Джеймс с тревогой посмотрел на бледное лицо девушки. Казалось, с него сошли все краски. Даже зеленые радужки потускнели, а ресницы вздрагивали. Лили была растерянна и даже больше – напугана. Она кусала губы и смотрела куда-то в сторону, явно пытаясь прийти в себя. Нелюбовь к гаданиям увеличилась. Нужно было пойти вместе! Вот, дурочка, наслушалась глупостей, и поверила! – Лили, ты в порядке? Что там тебе наговорили? – Поттер погладил её по щеке. Кожа была холодной, а Лили словно не чувствовала прикосновения. – Все хорошо, – запоздало ответила Лили и выдавила жалкое подобие улыбки. – Это мелкое шарлатанство. Давай уйдем, Джим, подальше отсюда, – она почти бегом направилась прочь. На языке у Джеймса вертелись вопросы, но Лили дала понять, что не намерена ничего рассказывать.
До самого дома она не произнесла ни слова. Джеймс сначала пытался её развеселить, но потом махнул рукой. Ладно, сама отойдет… И почему он отпустил её!
– В воду пойдешь? Или кофейная гуща грозит утопленниками? – Джеймс прервал молчание, когда они вернулись к дому. Лили отстраненно кивнула и ушла переодеваться. Джеймс прикинул, успеет ли он за это время трансгрессировать до странной палатки, и сказать пару ласковых слов её обитательнице. Она испортила день, который должен был стать лучшим в жизни Джеймса! В чертовой школе совершенно невозможно остаться наедине, а он так мечтал проводить с Лили целые дни, вечера, ночи… Если бы она только знала, как Джеймс сходит с ума, когда она гладит его шею! Или когда они целуются целый час, тесно прижавшись к друг другу, как же сильно хочется…
Лили спустилась с террасы и из головы Джеймса вылетели все прочие мысли. Даже лучше, чем он представлял… Джеймс разглядывал её беззастенчиво. А как еще он должен себя вести, если Лили сняла с себя всю одежду! Она уже улыбалась привычно: искренне и солнечно. Девушка обняла его, легко касаясь губ.
– Пойдем? – она стала медленно заходить в море. Джеймс торопливо стянул майку и с разбега нырнул в воду.
Утренние волны сменились штилем. Лили плеснула Джеймсу в лицо горсть воды, он не остался в долгу. Крича друг на друга, поднимая целые фонтаны брызг и дурачась, они распугали всех птиц, которые с возмущенными криками вспорхнули с берега и деревьев. Ласковое теплое море укачивало на легких волнах, в лучах солнца казалось почти лазурным и только далеко на горизонте темнело синевой. Лили легла животом прямо на горячий песок и, щурясь, стала следить за Джеймсом, который быстро удалялся от берега, делая широкие взмахи руками. Он плыл быстро и легко, Лили скоро почти перестала различать его голову над волнами и забеспокоилась. Поныряв у скал, Поттер стал возвращаться с такой же скоростью, словно ничуть не устал. А сама Лили прикрыла отяжелевшие веки, проваливаясь в легкую полудрему. Но уже через десять минут, мокрый и холодный Джеймс выбрался на берег, отфыркиваясь от соленой воды. Он крепко обнял её, пытаясь согреться. Лили вдруг охватил сильный, безотчетный страх, предсказания вновь всплыли в голове, и она судорожно прижалась к широкому плечу щекой, запуская пальцы в его растрепанные волосы. Пока Джеймс был рядом, она ничего не боялась, только бы он продолжал целовать её, только бы его сердце стучало под её ладонью.