Пол кивнул.
– Во второй раз я пришёл к тебе с весьма конкретными намерениями. Я не знал, как поступить, поэтому решил попробовать… подобный метод.
– Шантаж? Вымогательство? – подсказал Ховард.
– Я сожалею, – он снова качнул головой, соглашаясь. – Деньги были нужны не мне, а Саре – через две недели она легла на операцию. Всё прошло хорошо. Теперь она спокойно спит по ночам, а я уже начал забывать, что такое сон. Аннабелла требует много внимания, я работаю на двух работах и пытаюсь накопить денег, чтобы отдать тебе то, что взял без какого-либо спроса. Я не должен был поступать подобным образом.
Попросту не зная, что сказать, Доминик тяжело вздохнул. Он догадывался, что Пол и Мэттью похожи, но чтобы настолько? Их объединяло не только внешнее сходство, но также и дурной характер, желание справиться со всеми проблемами наедине и попытки переделать себя – тоже втайне от всех остальных.
– Я не очень-то хороший психотерапевт, – сказал он после заминки, – а ещё хотел бы сказать, что видел твои мотивы насквозь ещё тогда, но это далеко не так. Ты изрядно попортил мне нервы, и я бы с радостью сделал тебе так же больно в ответ, Пол. Именно поэтому я должен подумать над этим, но прежде чем я отправлю тебя восвояси, я потребую больше подробностей.
– Я расскажу всё.
И он рассказал. О болезни жены, о которой даже не знал и не пытался узнать своевременно, о дочке, о Мэттью, до которого ему раньше не было дела, а теперь и самому младшему Беллами Пол перестал быть нужным… Обо всём, что Доминика касалось и не касалось. Под конец монолога Пол выдохся и робко попросил стакан воды. Отказывать ему не было нужды, и Ховард послушно выполнил его просьбу, устраиваясь обратно, – они сидели напротив друг друга за кухонным столом.
– Мы решили перебраться поближе к маме, – сообщил он после очередного глотка. – Поэтому я решил продать квартиру, которую мне оставил в свободное пользование отец, и отдать оставшуюся часть долга. Половину я перечислю на твой счёт уже завтра.
– Мэттью тоже нужно сменить окружение, – неожиданно для самого себя выдал Доминик. – Один человек имеет на него виды, и он явно не будет так же учтив, как и я.
Пол поднял голову и одарил его обеспокоенным взглядом, который невозможно было подделать.
– Он – новый учитель Мэттью, его зовут Доминик А…
– Андерсон? – Пол вскочил на ноги, отчего стул, на котором он сидел, упал на бок.
– Знакомое имя? – едва сдерживая любопытство, поинтересовался Ховард.
Затянувшееся молчание начинало беспокоить. Пол накрыл лицо ладонями и принялся усиленно тереть глаза пальцами, издавая целый ряд странных звуков – он то ли смеялся, то ли собирался разрыдаться. В любом случае Доминик почувствовал себя не в своей тарелке; так было всегда, стоило ему услышать фамилию неугодного Мэттью учителя или встретиться с Полом с глазу на глаз.
– Я не знаю, помнишь ли ты тот разговор, который случился у нас в день возвращения из Парижа, – он отнял руки от лица и принялся усердно разглядывать поверхность стола, – я мельком упомянул знакомого, который крутит роман со школьницей.
– Только не говори мне, что это…
– Чем я думал, когда предлагал ему устроиться в эту школу? У меня не было подозрений, что он так же, как и ты, не прочь провести время с юным мальчиком.
– Если за себя я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что отношения с подростками ранее не входили в список моих ежедневных дел, то за него я этого сделать не могу. Из предыдущей школы Мэттью перевёлся именно из-за него.
– Этот ублюдок знал, что Мэтт мой брат, – Пол снова встал и хлопнул кулаком по столу. – Он знал, что Мэтту тогда было четырнадцать!
– Тринадцать и четырнадцать, – Доминик покачал головой. – У меня есть кое-какие мысли по этому поводу, и я обязательно постараюсь донести их до этого ненормального мистера.
– Я тоже не прочь сказать ему пару слов, и обязательно сделаю это в ближайшее время.
– Последний учебный день Мэттью будет третьего июля, после ты можешь сделать что угодно.
– Спасибо за разрешение, – он фыркнул.
***
Спустя бесконечно долгих полчаса Пол ушёл. Он даже улыбнулся Доминику напоследок и пожал руку, пообещав позвать на футбол через пару недель, когда его любимая команда будет играть главный матч сезона. В свою очередь Ховард пожелал Саре скорейшего выздоровления, ничуть этого не смутившись. Кем бы ни была эта женщина, она явно была достойна того, чтобы жить долго и счастливо – с Полом или без него.
Сделав очередную попытку переосмыслить события последних шести месяцев, Ховард потерпел поражение. Паззл отказывался складываться, нестройные ряды мозаики то и дело обрушивали всю хрупкую конструкцию, вынуждая собирать её заново. Он вновь и вновь прокручивал в голове отрывки их разговора и под конец окончательно сдался, решив обдумать произошедшее в другой раз. Быть может, даже начертить схему и набросать план действий – это могло здорово успокоить и упорядочить ход мыслей.
***
Доминик не совсем внезапно осознал, что почти не переживает о том, что произойдёт в случае, если их тайна перестанет таковой оставаться. Косвенных свидетелей было хоть отбавляй, но на деле хоть какую-нибудь опасность представлял лишь брат Мэттью, раскрывший себя целиком и полностью перед самим Домиником. Теперь он, по всей видимости, был занят лишь собственной семьёй, что, естественно, радовало, так как внимание к собственной персоне хотелось минимизировать. У каждого были свои заботы, требующие пристального внимания, и Ховард, затаив крамольную мысль, искренне надеялся, что у всех его знакомых таких забот будет достаточно, чтобы не вспоминать о каком-то там мистере Ховарде – неприметном учителе английского и литературы в средней школе.
Вопреки всем соображениям безопасности и логическим доводам, уже через пару дней он отправился туда, где проработал без малого семь лет. На входе его встретил давно знакомый ему охранник, приветливо кивнул и поинтересовался, не заболел ли мистер Ховард, потому как его давно не было видно. По всей видимости, ему редко кто докладывал о том, кто увольнялся, но зато он отлично знал о тех личностях, которые приходили в эту школу в поисках новой работы.
– Добрый день, Джесси, – Доминик улыбнулся, шутливо отдавая ему честь. – Моё здоровье не тянет на отметку эталонного, но со мной всё в порядке. У меня есть пара вопросов, не против?
Джесси – молодой парень, работающий здесь от силы года два, – покосился по сторонам и приманил его к себе, пропуская в комнатку, предназначенную для охранного персонала.
– Что-нибудь произошло? – деловито поинтересовался он, почувствовав собственную важность.
– Хотел узнать о том, что руководство школы должно предпринять в случае, если какому-либо ученику грозит опасность.
– Для этого есть телефон, психолог, анонимные сообщения и всё такое, – Джесси сложил руки на груди и нахмурился. – А также по жалобе родителей или учителей возможно написание коллективной жалобы на кого-либо, доставляющего неудобства, нужна достаточная для этого инициатива. Как правило, всем плевать.
– Это меня и пугает, – Доминик нахмурился. – А что насчёт… Пока меня не было, не появилось ли каких-нибудь новостей? Обычно ты всё знаешь.
По всей видимости, охраннику такая лесть пришлась по вкусу. Он растянул губы в кривоватой улыбке, прошёлся из одного угла комнаты в другой и наконец замер.
– Одна мамаша забрала документы своего сына с настоящим скандалом. За время, пока вас не было, успело многое произойти. Новый учитель каких-то предметов, я не особо вдавался в подробности… Пара новых учениц, две сестры-близняшки, а ещё…