– Куда? Когда? Я хочу, – Беллами тут же позабыл о вытянутых из сумки чипсах и положил их на панель управления, так и не раскрыв упаковку.
– Мне нужно подумать над этим. Если бы всё было достаточно просто, я бы также добавил: мне нужно разрешение твоей мамы.
– Очень смешно, – Мэттью фыркнул.
Они тронулись с места. Негласно проследовав до жилища Доминика, они покинули машину, пробрались в дом и, закрыв за собой дверь, обнялись прямо на пороге.
– Это было так странно, Доминик.
– Я знаю, детка. Теперь всё в порядке, он не сможет причинить тебе вреда, – огладив подростка по спине, Ховард прижал его к себе теснее, начав шептать на ухо: – Я смогу защитить тебя, что бы ни случилось.
Оказавшись в гостиной, Доминик сел на диван, и Мэттью, уже привычно, забрался к нему на колени, обвив шею руками.
– Ещё он сказал, что не поставит мне итоговые оценки.
– Именно об этом ты и скажешь завтра мистеру Брикману. Что он шантажировал тебя и пользовался твоим непониманием.
– Мне и в самом деле не совсем понятно, что он хотел от меня. Разве это делается так?
– Ты спрашиваешь у меня?
– Если бы не моя инициатива, ты бы не посмел.
– Ты прав. Я, так или иначе, подавил бы эти мысли, постаравшись забыть о них.
– Но он даже не пытался подавить их. Всё началось так давно и закончилось только сейчас. Я не хочу, чтобы мама узнала.
– Скажешь об этом директору, я уверен, что он войдёт в твоё положение.
– Маме явно не до моих школьных приключений. Она слишком занята с Робертом.
– Не ревнуй её.
– Если бы она знала о нас, она бы ревновала меня к тебе?
– Даже думать об этом не хочу, – Доминик пригладил волосы Мэттью и заправил выбившиеся прядки ему за уши.
– А если представить на минуту?
– Она бы злилась. Исключительно на меня.
– Почему только на тебя? Мы оба к этому причастны.
– Потому что я позволил этому случиться. В моей власти было приказать тебе не приближаться ко мне ближе положенного, не разговаривать со мной в обеденные перерывы и, конечно же, я не должен был возить тебя домой. И тем более приглашать на ужин.
– Ещё немного, и я подумаю, что вся инициатива лежала исключительно на тебе. Но это не так, – Беллами наклонился ближе, прикрыл глаза и коснулся своим лбом лба Доминика. – Прошло достаточно времени, чтобы я решил, как именно всё случилось.
Доминик ничего не ответил. В его мыслях больше не водилось сожаления или жалости к себе. Он хотел жить, получать удовольствие от маленьких радостей, сопровождавших каждый его день. Любовь, дружба, вполне комфортная жизнь и даже мысли о том, чтобы завести домашнего питомца. Белый забор у него уже был.
– Что ты думаешь о свидании на природе? – спустя некоторое время спросил Ховард, лениво поглаживая Мэттью по спине. – Какое-нибудь уединённое местечко. Где-нибудь в парке или, может быть, снова у речки. Только теперь без Мэрилин и, конечно же, без Моргана и Криса.
– Они были бы рады посмотреть на… – Беллами хитро сощурился, – на нас. Их ненормальные вопросы порождают обратную реакцию. Я начинаю думать о том, что было бы, если бы кто-то нас застал во время… чего-нибудь.
– Во время секса? – Доминик привычно подсказал Мэттью неловкое слово.
– Фу, нет! – тот рассмеялся и начал брыкаться, то хватая Ховарда за руки, то прижимаясь всем телом и горячо дыша на ухо.
Поцелуй получился совсем не спонтанным, но от этого не менее желанным. Доминик покрепче ухватил Мэттью чуть пониже копчика и пополз ладонями вверх, пробираясь под рубашку раскрытыми ладонями. Расстёгнутый ворот рубашки подростка продемонстрировал ключицы, и немного левее обнаружились следы от чёрного маркера. Надпись с рубашки впитывалась не только в белоснежную ткань, но и в светлую кожу.
– Как ты себя чувствуешь? – на всякий случай поинтересовался Доминик, и без подобных вопросов прекрасно видя и чувствуя состояние Мэттью.
Возможно, ему требовалось гораздо больше времени, чтобы осмыслить случившееся. Ведь прошло достаточно, чтобы он свыкся с тем, что учитель посягнул на его честь без полученного на то одобрения. Ведь именно от Андерсона он и сбежал, попросив Мэрилин перевести его в другую школу. Но на этом история не закончилась, сыграв злую шутку. Ховард уволился из-за Мэттью, и из-за Мэттью же Андерсон явился на новое место работы, незамедлительно заявив о своих правах.
– Уже лучше.
– А теперь? – начав расстёгивать пуговицы на рубашке Беллами, Доминик скользнул пальцами за светлую ткань и обнаружил новые чёрные отметины.
– За десять секунд мало что изменилось.
– Что здесь написано? – Доминик указал на расплывшуюся надпись.
– Это от Рози. Она советует мне обрезать волосы.
– Разве это её дело?
– Я бы сделал это, если бы подобное послание оставил ты, – взявшись за полы рубашки, Беллами стащил её быстрым движением и отбросил на диван. – Но на мне было всего лишь пять надписей. Две из них ты уже знаешь.
– Третья была здесь, – он обхватил пальцы Доминика своими и повёл ими себе на живот. – Крис писал, что я всезнающий идиот.
– Ты не такой.
– Четвёртая – на спине. Хочешь, я покажу, что от неё осталось?
Не дождавшись ответа, Мэттью подскочил с места и, повернувшись к бывшему учителю спиной, уселся обратно, ухватившись пальцами за его колени.
– Что-нибудь видно? – почти неслышно спросил он, понизив голос.
– Видно, – хрипло ответил Ховард.
На светлой и тонкой коже красовалась не только почти незаметная надпись, выведенная кривоватым знакомым почерком, но и пара синяков на плечах. Пальцы порхнули вверх, оглаживая израненное грубыми касаниями место. Мэттью задрожал и ссутулился, свесив голову; ему явно стало некомфортно из-за этого.
– Детка, – резко сев и обвив грудь Беллами руками, Доминик лёг обратно вместе с ним, не отпуская и шепча на ухо всякие ласковые глупости. – Ты не виноват, и теперь всё хорошо.
Наивно было полагать, что подобный стресс обойдётся для Мэттью малой кровью. Ему ещё предстояло справиться с этим и самостоятельно, и с помощью готового на всё Доминика.
– Остальные послания маркером были совсем неинтересными. Колин хотел тоже что-то написать, но мистер… но он подошёл к нам, наклонился ко мне и сказал, что будет ждать в кабинете, где всегда преподавал ты. И если я не послушаюсь, он расскажет директору о нас. Теперь я понимаю, как глупо поступил. Нужно было найти тебя.
– Я сам нашёл тебя, – успокаивающе погладив Беллами по голове, Ховард поцеловал его в щёку и прикрыл глаза.
Им предстоял долгий разговор ни о чём и одновременно обо всём.
========== Глава 33 ==========
Доминик подобрал Мэттью на остановке, чтобы не попадаться на глаза Мэрилин, у которой был выходной, и они вместе отправились в школу, чтобы в последний раз за лето повидаться с изрядно поднадоевшими за учебный год школьными стенами. По дороге ни один из них не проронил ни слова, довольствуясь бормотанием радио. Беллами задремал, сложив руки на груди, и все пятнадцать минут Доминик беспрестанно поворачивался к нему и рассматривал расслабленное лицо, продолжая удерживать руль отчего-то напряжёнными пальцами.
Грядущая встреча с директором не должна была пугать, но сердце отказывалось слушать доводы разума, руководствуясь своими источниками информации. Несложно было догадаться, что, покидая кабинет мистера Брикмана, Андерсон в сердцах выдал много щекотливой информации, но при этом было не до конца ясно, что именно он знал. Быть может, его слова и в самом деле были первоклассным блефом, которым впору было запугивать учеников и учениц. Ещё в январе Пол говорил, что его, так называемый друг, имел отношения со школьницей, и не так давно брат Мэттью подтвердил, что говорил именно об Андерсоне.