– Привет, Роберт. Узнал?
***
Единственным досадным упущением было то, что они оба не удосужились сообщить миссис Беллами о предстоящем концерте. Проезжая ту самую площадь, где они были вчера, Доминик внезапно осознал это, начиная на ходу судорожно придумывать ряд оправданий. Чувствовать себя нашкодившим юношей ему не доводилось уже давно, посему в голову не приходило ни одно достоверное объяснение тому, что Мэттью в один из воскресных вечеров отправится на концерт с собственным учителем. С одной стороны, в этом не было ничего подозрительного – после недели проведённой в Париже вместе с этим самым подростком, – а с другой он видел осуждающее и непонимающее лицо Мэрилин, в мыслях которой могло промелькнуть что угодно.
Приборная панель показывала время – четыре часа после полудня, и до дома семьи Беллами оставалось совсем немного. Входные билеты на концерт странно жгли внутренний карман пальто, а солнечные очки, надвинутые на нос из-за внезапно выглянувшей из-за туч яркой звезды, съехали ниже, когда Доминик склонился, чтобы разглядеть прогноз погоды на вечер. Становилось теплее, и будто бы лучи начинали пригревать смелее, то появляясь, чтобы обогреть продрогших горожан, то исчезая, напоминая о том, что зима всё ещё не позволяет растаять всему снегу окончательно.
***
– Концерт начинается в шесть вечера, это считается чем-то вроде раннего мероприятия… – Доминик подвинул к себе чашку с чаем, обжигающе горячую по краям.
Миссис Беллами сидела за столом напротив, внимательно слушая и иногда отпивая из своей кружки. Мэттью не появлялся в поле зрения, предпочтя оставить взрослых наедине, и легко было предположить, что он увлёкся чем-нибудь в гостиной, сидя за компьютером или читая книгу.
– А заканчивается? – выслушав, не перебивая, Мэрилин задала первый вопрос.
– Думаю, в десять вечера Мэттью уже будет дома, – Доминик неуверенно улыбнулся.
Поход к Хейли после концерта можно было бы с лёгкостью отменить, но если получить добро привезти подростка домой к десяти, то они вполне себе успеют…
– Не позже, – кивнула миссис Беллами и встала. – Ещё чаю?
Доминик нервно выдохнул и кивнул, косясь на часы, висящие на уровне глаз над столом. До центра города, даже по пробкам, было минут пятнадцать езды, не больше, и оставшееся время располагало к серьёзному разговору, который он затеял.
– У меня есть к вам разговор, миссис…
– Мэрилин, Доминик. Мы ведь договаривались, – она долила в его чашку тёмного напитка и снова села. – Мне кажется, мы с тобой практически ровесники, так зачем же все эти формальности?
Кивнув, Ховард напряг слух. Он был уверен, что Мэттью внимательно слушает, сидя в гостиной, то, что произносится здесь, на кухне.
– У меня есть одно предложение, от которого ты сможешь с лёгкостью отказаться, Мэрилин, но всё же выслушай меня.
***
Уже в машине, отъехав на приличное расстояние от родительского дома, Мэттью, не выдержав, спросил:
– Это правда необходимо?
Внимательно следя за дорогой, Ховард не замечал, с каким подозрением смотрит на него подросток, комкая в пальцах ткань шарфа, так и не намотанного на шею, но любезно вручённого ему матерью.
– У неё должен быть выбор, – он оглянулся назад. – Как и у тебя.
– Что это изменит?
– Дай-ка подумать, – делано задумчиво произнёс Доминик. – У неё будет от силы одна ночная смена в неделю, заработная плата выше, а ещё много свободного времени, которое она сможет потратить на тебя.
– Это странно, но… первым делом я подумал о том, что мне редко будет удаваться бывать с вами. Наедине.
Об этом думать тоже приходилось, и даже больше – в первую очередь Доминик начал размышлять о том, сколько времени у них было бы друг для друга, если бы Мэттью чаще бывал с матерью – ходил с ней по магазинам, помогал на кухне, прогуливался по парку, расположенному совсем недалеко от их дома…
– Я позаботился и об этом, – он улыбнулся. Оставались чуть больше шестисот футов до клуба, где намечен концерт, и мотор машины заглох будто бы по щелчку пальцев.
– Боюсь спрашивать, сэр, – Мэттью смотрел внимательно и нетерпеливо сжимал и разжимал пальцы одной руки.
– Ты хотел устроиться работать после школы, не так ли?
– Верно.
– Я могу предложить тебе подработку. Если ты так хочешь приносить деньги в дом, я с радостью могу обеспечить тебя непыльной работой, которая тебе и так нравится.
– Звучит ужасно двусмысленно, – закатив глаза, подросток нажал кнопку на приборной панели, и звуки подозрительно знакомой мелодии наполнили салон.
– Даже я об этом не подумал, – рассмеявшись, Ховард на миг представил весь масштаб трагедии. А также то, что могло прийти в голову Мэттью. Стало душно.
– Моей фантазии хватило бы на двоих, – он хихикнул и сделал радио громче. Песня настойчиво привлекала к себе внимание, и неожиданное понимание, что именно её он слышал когда-то дома у Беллами, даже удивило. И именно их им предстояло увидеть вживую сегодня вечером, а точнее – услышать.
Свет отражается от твоей тени,
Это удивительней, чем я могла себе представить.
Ты проходишь по комнате,
Словно лёгкое дуновение ветра.
Если бы кто-нибудь мне поверил…
То влюбился бы
В тебя, как я,
Они влюбились бы
В тебя, как я,
Они влюбились бы…
Кажется, и сам Мэттью стал дышать тише, впитывая каждое слово, звучащее из колонок, пропуская через себя и отдавая атмосфере обратно с выдохом облегчения. Песня закончилась, и Доминик, откинув голову назад на сидение, разорвал тишину:
– Дебора больше не может ухаживать за садом. Она позвонила в обед и сообщила, что забота о внуках занимает у неё слишком много времени, большую часть которого она тратит на разъезды по городу. Я пытался настоять на её визитах хотя бы раз в месяц, но она наотрез отказалась, хоть ей и было непросто это сделать.
– Кажется, она неплохо справлялась со своими обязанностями, – поддакнул Мэттью.
– Я привык к ней, – Доминик улыбнулся воспоминаниям, связанными с ней, – но и сад точно так же привык к теплоте человеческих рук.
– Вы предлагаете…
– Если твоя мама не будет против, – а я обязательно спрошу разрешения, – то ты сможешь ухаживать за садом после учёбы. За вознаграждение.
– Это как-то… неправильно, мистер Ховард, – Мэттью съёжился и будто бы уменьшился на сидении. – Я не хочу ваших денег.
– Есть ли разница, кто именно будет платить тебе? Я – за то, что ты будешь ухаживать за садом, или же какой-нибудь жадный хозяин магазина?
– Мне всё равно будет неловко. Словно я… ну… вы знаете.
Мэттью покраснел и отвернулся.
– Словно я плачу тебе не за работу, а за то, что ты со мной? – прямо спросил Ховард.
И получил в ответ неуверенный кивок.
– Ты должен подумать. Это всего лишь предложение, и если ты согласишься, я буду просить разрешения твоей матери. И если Роберт сдержит своё слово, уже на следующей неделе она сможет осмотреть место своей потенциальной работы, без какого-либо давления с чьей-либо стороны. Подобное решение будет нелегко принять.