– Избавь меня от подробностей твоей околопреступной жизни, – фыркнув, Хейли попрощалась и отключилась.
– Спасибо, что напомнила мне об этом, Хей… – ответил коротким гудкам Доминик.
Сбросив вызов, он потёр переносицу кончиками пальцев, внезапно почувствовав себя совершенно обессиленным. Подобные выпады сбивали с толку и наталкивали на мысли, которых так отчаянно хотелось лишиться если не насовсем, то хотя бы на долгий период времени.
– Иногда она бывает абсолютно невыносимой.
– Судя по тому, что я знаю о ней, она любит вас, и очень сильно.
– Даже слишком любит, – он вздохнул. – Поэтому будет оберегать и предостерегать меня всегда, что бы я ни делал. Знакомство длиною в жизнь.
Он замолчал, чувствуя себя странно. Настроение металось от верхней отметки и до самого низа, и не было никакой гарантии, что в следующие пятнадцать минут оно не изменится так же кардинально. Мэттью сидел рядом, расслабленно устроившись на сидении и откинув голову назад – он наблюдал за уходящей в горизонт дорогой, солнце над которой уже почти опустилось, погружая улицу в закатную тьму.
– Сейчас половина девятого, – сказал Доминик, глянув на часы. – Мы можем остаться здесь, либо же зайти ко мне, чтобы не мозолить соседям глаза. Мимо уже успела проплыть миссис Худ, и не скажу, что я был особо рад увидеть её.
– Она так серьёзно готовится к приходу гостей, но при этом забывает о том, что они должны прийти, – справедливо заметил подросток, устраиваясь в нормальной позе.
– Мы иногда устраиваем вечера взаимных посещений: пьём вино, говорим о незначительных вещах и после прощаемся, уходя восвояси. Но перед этим она каждый раз готовит грандиозный ужин, словно за столом соберёмся не мы двое, а это будет, как минимум, банкет на сто персон.
– Она забавная, – Мэттью хихикнул, пряча телефон в карман. – Надеюсь, что мне будет не так неловко рядом с ней, как я себе уже вообразил…
Доминик тоже воображал. Хейли могла быть непредсказуемой и даже беспардонной, но в следующую минуту учтиво интересовалась, не желает ли гость чаю. Так бывало много раз, когда им приходилось делить друг с другом знакомства с важными в их жизнях людьми. Джим и Хейли не поладили с первой же минуты, но спустя полгода стали хорошими друзьями, посему Ховард решил сказать всё, как есть.
– Она может показаться тебе странной, – начал осторожно он. – Может обидеть или спросить какую-нибудь несусветную глупость, которая её совсем не касается.
– Например?
– Не удивлюсь, если она спросит и у тебя, было ли у нас что-нибудь серьёзнее поцелуев.
Мэттью распахнул удивлённо рот и на его щеках явственно выступил румянец, который он и хотел бы скрыть, да спрятаться ему было негде. Он зарылся носом в шарф и что-то пробормотал.
– Это не её дело, – Доминик кивнул, – поэтому удар буду держать я, а ты улыбайся и молчи.
– Как пингвины из «Мадагаскара»? – оживился Беллами.
– Какие пингвины? – недоумённо спросил Ховард, чувствуя себя идиотом.
– Которые улыбались и махали, в любой ситуации.
– Верно, как пингвины.
Они вышли из машины, и Мэттью стремительной рысью скользнул за дом – будто его здесь и не было. Сравнение ситуации с персонажами мультфильма не давало покоя, хотя бы потому, что лишний раз напоминало о том, что он был подростком, который мог увлекаться чем угодно, вплоть до просмотра глупых передачек с химическими экспериментами. Не раз он болтал по дороге из школы о чём-то подобном, заполняя своими словами тишину, которая никогда не бывала неуютной. Жестикулировал пальцами, смеялся над собственными шутками, сравнивал и анализировал.
– Где ты? – Доминик закрыл за собой дверь и прошёл внутрь дома, подходя к зимнему саду.
– Я подумал над вашим предложением, – ответили из темноты.
– Что же ты решил? – пытаясь понять, откуда доносятся слова, Ховард шагнул в гостиную.
– Если мама будет не против, то я с радостью позабочусь о ваших растениях, – Мэттью показался из тёмного проёма, держа в руках подаренный ему шарф. – Вряд ли мне удастся хоть в чём-то соперничать с умениями Деборы, но я постараюсь.
– У тебя получится, я уверен, – Доминик подошёл ближе и устроил руки на плечах подростка. – Если что, я всегда буду рад помочь тебе, и не только с непослушными растениями.
Ховард чуть склонился и оставил почти невесомый поцелуй в волосах Мэттью, обнимая его обеими руками. В темноте и тишине было слышно только дыхание обоих, и где-то совсем вдалеке неправдоподобно завывал ветер, напоминая всем желающим прогуляться в подобный час о том, что зима в самом разгаре.
– Вы правда не взяли номер телефона того… мужчины? – неожиданно спросил Беллами.
– Не взял, зачем он мне?
– Судя по его поведению, он… – Мэттью запнулся, поворачивая голову и утыкаясь носом в ключицы учителя, – он с радостью бы дал вам что угодно.
– Не всё вокруг вертится вокруг секса без обязательств, – прямо ответил Доминик. – Подобные ему коллекционируют контакты, как нечто ценное, возводя каждого уложенного на горизонтальную поверхность в ранг трофея. Мне не нужно это.
– Что же вам нужно? – Беллами поднял голову и посмотрел прямо в глаза.
В полумраке помещения в них можно было разглядеть только уже озвученный вопрос.
– Мне нужен ты, – Доминик погладил его по волосам и заправил непослушные прядки за уши. – Твои ласковые поцелуи, чувства и обещания.
– И всё? – удивлённо спросил Мэттью, хитро сощурившись.
– С остальным мы разберёмся со временем, детка.
Поцелуй не стал спонтанным. Руки подростка незамедлительно обвили шею Ховарда, притягивая к себе, и они разделили это касание со всей медлительностью, которая была в их распоряжении. Никакой горячки или намёка на нетерпение, только нежный, почти целомудренный поцелуй, говорящий куда больше слов, которые иногда бывали совсем бесполезными.
***
Встреча с Хейли прошла без каких-либо эксцессов. Она встретила их в вечернем платье, и Доминик смутился бы своего не слишком парадного вида, если бы не был знаком с ней столько лет. Мэттью скромно поздоровался, опустив взгляд, и тут же принялся благодарить её за подаренные билеты на концерт. Казалось, едва оседлав нужную волну, он раскрепостился больше положенного, эмоционально рассказывая о том, как прошло выступление, какие песни исполняли музыканты и как именно – оперируя всевозможными эпитетами – он реагировал на каждую. Доминик сидел рядом с ним, устроив руку на спинке дивана, едва касаясь плеча подростка, и так же внимательно слушал, иногда встречаясь взглядом с подругой, которая улыбалась и смеялась, задавая наводящие вопросы. В их распоряжении было чуть меньше часа, и спустя это время Ховард решительно поднялся и сообщил, что к десяти часам Мэттью должен быть дома.
– Я вынуждена настаивать на том, чтобы вы взяли всё то, что я наготовила, с собой, – она тоже поднялась со своего места, и Мэттью поспешно соскочил на ноги, помня об этикете.
– Ты определённо волшебница, – Доминик последовал за ней на кухню, оставив Мэттью в гостиной разглядывать какие-то альбомы, где частенько встречались фотографии их юности. – Приготовить всё это за полчаса! Джейми Оливер бы обзавидовался.
– Иногда даже великим нужно поучиться у обычных женщин, – она улыбнулась, начиная складывать какие-то закуски.
– Я не буду приводить в пример Цы Си, которая будучи бедной маньчжурской девочкой в детстве, стала великой императрицей Орхидеей.