Толчок! Ремни расслабились, мы в привычном, родном пространстве-времени, только в одной десятой светового года от Земли. Одни только звёзды! Заботливый комп добавил рядом с самыми яркими их названия. Для дилетантов, в общем. Откуда ему знать, что я раньше довольно хорошо знала астрономию, только вот годам к семидесяти начала забывать. Но сейчас всё вдруг вспомнилось, как будто и не было этих лет, и мы сидим с папой на ночном мальдивском пляже, и он мне показывает звёзды. Вот Млечный путь, с полосами тёмных пылевых скоплений. Центр Галактики – Стрелец…
Судно начало разворот и из-за края экрана появилось прекрасное созвездие Южного креста. Только его рисунок оказался нарушен появлением новой, яркой звезды. Это Солнце! Подумать только! Меньше месяца назад я обгорела в его лучах, а отсюда это просто звезда…
Маркиза появилась на экране в виде компьютерной имитации, слишком мало тут света, чтобы разглядеть её без фотоумножителей. На первый взгляд напоминает Луну, те же «моря», горы, равнины. Всё покрыто оспинами метеоритных кратеров образовавшихся за миллионы лет путешествия через галактические пространства. Однако моря тут настоящие из воды, только замёрзшей. А в самых глубоких местах, где они разогреты внутренним жаром планетара, даже и жидкой. Туда ещё не добурились, но есть надежда, что в этих глубинах могло сохраниться что-то живое.
Мы держим курс на северный полюс Маркизы. А как же? Она вращается, а значит, у неё есть и полюса. Так вот на этих полюсах и обнаружены огромные искусственные сооружения. Такие большие, что их даже не сразу опознали, как артефакты. На карту они были нанесены как «Северное полярное плато» и «Южное полярное плато». Заинтересовались этими «плоскогорьями» только, когда выяснилось, что они расположены абсолютно симметрично. Нашли входы в эти величественные искусственные горы, а затем и во внутренние, километровой высоты, «машинные залы». По крайней мере, их так назвали…
— Ребята и девчата! — Лида снова повернулась к нам на своём ложементе. — Сейчас будет около часа полёта с половиной «g». А потом посадка. Самое время чего-нибудь перехватить, посетить удобства и примерить ваши скафы. Серёж! Не забыл дорогу в шлюзовую?
— Нет, Лид, помню. Ну, мы пошли?
В этот момент ремни отпустили нас окончательно и самостоятельно уползли в пазы ложементов.
— Ага! Увидимся на Базе. Багаж роботы поднесут. Там у вас ничего не боится вакуума?
Я задумалась, а Сергей ответил:
— Если только Олин комп?
— Да, пожалуй, — согласилась я. — Вдруг в нём что-нибудь замёрзнет и лопнет?
— Покажете роботам – запакуют! Ну бегите!
И мы «побежали». Для начала в столовую.
Я думал, челнок заведут в ангар, к нему сойдётся консилиум высоких специалистов, про которых с таким уважением рассказывал Мастер, непременно в белых халатах. Они начнут рассматривать дюзы через увеличительные стёкла, обмениваться интеллигентными замечаниями: «Полагаю, коллега, вы неправы!» В общем, как в каком-то кино. Появился, однако, только парень немного старше меня, коротко стриженый брюнет с нахальным выражением лица:
— Привет! Ты – пилот? Как зовут?
— Володя… то есть, я!
— А я Мирослав, можно Марек, будем знакомы! — ремонтник протянул руку. — Иди внутрь, посмотрим, что с твоей хромоножкой. Да, и рацию поставь на 1-ю волну. «Первая» – это волна ремонтников! Запомни!
Мирослав говорил по-русски почти без акцента. Чех – догадался я, или словак. У нас в группе были чехи – отличные ребята. В рубке управления челноком Маруся включила обзорные камеры, и я увидел на фоне станции приближающегося Мирослава. Когда и из какого люка он вылетел, я не заметил. Конечно, и узнать его было бы невозможно: облачённый в специфический «ремонтный» скаф, он напоминал космический корабль. Только маленький. Увешанный всевозможными насадками и причиндалами, вроде видеокамер на выдвижных штангах, манипуляторами и антеннами.