И боль прошла.
Нивен растворился во тьме.
Он не знал, сколько времени пробыл в ней. Его не было, чтоб следить за временем. Он был частью тьмы. Всегда был, просто ненадолго об этом забыл, а теперь — вспомнил... Боль прошла, отпустила. А потом его внезапно вытолкнули на поверхность, и новая волна жестко хлестнула по лицу. И еще жестче лязгнул над ухом собственный голос:
— Проснись! Сейчас!
Нивен распахнул глаза и откатился в сторону, потому что не успел рассмотреть, но почувствовал — движение рядом с собой. Воздух рассек меч и с хрустом врезался в пол в том месте, где Нивен только что лежал.
Он толкнулся рукой и вскочил на ноги. Развернулся, уходя от второго удара: пока первый человек пытался выдернуть застрявший в полу меч, на него напал второй.
Разворачиваясь, выхватил свой меч — полоснул противника поперек спины. Тот упал.
Нивен, не глядя, ткнул его мечом, чтоб добить. Смотрел уже на первого — тот все еще возился с мечом. Смотрел — и улыбался. Человек вскинулся, отшатнулся от улыбки, рванул из-за пояса два длинных кривых ножа, прокричал в сторону полуоткрытой двери:
— Он здесь! — и спиной вперед шагнул к ней. Заговорил с Нивеном, который двинулся к нему. — Тебя все ищут. Тебе отсюда не уйти.
— Тебе отсюда не уйти, — ровно повторил Нивен, наклонил голову набок и с мягким шелестом вынул второй меч.
Дверь скрипнула, распахиваясь, и почти слетела с петель. В помещение вбежали трое. Еще одного Нивен услышал на крыше.
Взмахом меча легко отбил запущенный в него кинжал, второй. Они так и толпились у двери — будто боялись сделать шаг. Зато по крыше шагали. Но медленно, крадучись — та поскрипывала все ближе и ближе к пролому.
— Не хотите умирать? — спросил Нивен. В этом было его отличие от них. Всегда было, и теперь он об этом помнил. Они боялись умереть. Он — уже был мертв: потому ему никогда не было больно. Так зачем было прикидываться живым? Зачем было прикидываться человеком?
Он, рожденный и выросший во тьме, был ее частью. Не человеком — чем-то большим. Воздухом, ветром. Дыханием Нат-Када.
Он нес смерть.
На него бросились, все вместе. Тяжелые и неуклюжие. Он начал вращение — мечи пронеслись, рассекли воздух и плоть.
Упал на колено, продолжая вращаться — и снова свист, и плоть под клинками, и крики. Вышел на другое колено, вскинул меч, блокируя бросок издалека — от меча со звоном отлетел очередной кривой кинжал. Человек, чье оружие все еще торчало в полу, в последний момент отскочил назад, дожидался нужного момента для добивающего удара.
Вторая ошибка подряд. Вторая попытка добить.
Вторая попытка нанести последний удар. Он обязан быть готов к тому, что удар не пройдет. Обязан двигаться дальше, а не испуганно таращиться на жертву.
— Кто тебя учил? — спросил Нивен, поднимаясь с колена. Ему правда было интересно: их всех стали хуже обучать, или только этот такой непонятливый?
Человек бросил второй кинжал. Кинжал был кривым, пошел по широкой дуге. За спиной раздался грохот — крыша под крадущимся провалилась, Нивен кувыркнулся назад, на выходе из кувырка — швырнул свой нож в того, что стоял в дверях. Круто развернулся к упавшему с крыши.
Замер и наклонил голову набок.
В груди у того торчал тот самый кинжал, от которого Нивен увернулся .
“Может, мне просто постоять в центре помещения? — подумал Нивен. — И вы друг друга не поубиваете?”
“Хорошая идея, — ответил голос из сна, — здесь хотя бы удобно обороняться. Удобнее, чем брать дом штурмом. Холодный расчет, помнишь? Выжить, помнишь?”.
— Ага... — задумчиво бросил Нивен и направился к выходу.
За снесенной дверью лил дождь. Сверкали молнии, но в них ничего не было видно — лишь струи воды. Темно, как ночью. В Нат-Каде почти каждый день — ночь. И тьма живет здесь всегда. И Нивен — ее ребенок.
“Кинжал”, — напомнил внутренний голос, когда он уже собрался переступить через последний у двери труп. Нивен опустился на колено, чтоб вынуть оружие. И в этот самый момент над головой свистнула стрела.
Нивен рванул кинжал и швырнул туда, во тьму и дождь, швырнул наугад, но даже не услышал — почувствовал, что зацепил кого-то. Сейчас он чувствовал все вокруг. Он был воздухом.
Сделал шаг за дверь, прокручивая в руках мечи — и растворился в дожде.
Стал дождем.
“Куда тебя несет?” — устало пробормотал голос.
Нивен шел вперед. Он чувствовал все. Слышал, как в шелесте капель дождя шевелились люди по подворотням, по улицам, под стенами и навесами. Слышал, как доставали оружие — звон, с которым капли разбивались о него, был выше и четче. Слышал, как скрипели натянутые луки — несколько человек впереди на крышах.