Не ведаю, какие умы занимаются присвоением названий улицам Питера. Но если тот, кто давал имена магистралям Балтийской жемчужины, не заслужил доброго слова, то самые теплые чувства просыпаются в груди, когда читаешь названия улиц и площадей к западу от скоростного диаметра. Бульвары Головнина, Вилькицкого, Александра Грина, площадь Беллинсгаузена, улицы Вадима Шефнера, Лисянского, Чирикова, Гончарова. Добрый дух славных мореплавателей и талантливых писателей-маринистов парит над Морским фасадом Питера.
И это здорово.
Капитан Беклемишев
Как люди исключительного благородства устанавливают высокий стандарт общественной совести, далеко превышающий уровень честной посредственности, так и профессионалы, мастерство которых переходит в искусство, своим неустанным стремлением к совершенству повышают уровень добросовестной ремесленной работы во всех профессиях на суше и на море.
Следует с величайшей заботливостью создавать надлежащие условия для роста такого высокого и живого искусства, совершенства в труде и в забаве, чтобы они не погибли от незаметно подкрадывающегося внутреннего разложения.
В разгар смутного времени, когда русским кораблям и морякам приходилось бороться за выживание без гарантии благополучного исхода в темном мире барыг, политиканов и откровенных прислужников забугорья, Балтийский отряд был вынужден по команде из порта пяти морей — Москвы — передать черноморцам спасательное судно «Капитан Беклемишев».
Спасатели проекта 1454 серийно строились в Ярославле и перегонялись на понтонах по внутренним водным путям к месту службы. Там их снимали с понтонов, окончательно оборудовали и вводили в строй. СС «Капитан Беклемишев» начал службу в составе Балтийского отряда в 1985 году.
А меня, грешного, в 1989 году спустили с короткого поводка. После десятилетней выдержки по причине участия в секретных разработках я, наконец, прошел процедуру, именовавшуюся визированием, и получил паспорт моряка. До того на все аварийно-спасательные работы за пределами отечественных территориальных вод меня по особому разрешению выпускали без права выхода на берег.
В конце февраля я вышел в поисково-спасательную готовность на СС «Капитан Беклемишев».
Помнишь, милая, каюту на ботдеке по левому борту, которая стала нашим первым домом на два коротких дня и одну долгую жаркую ночь?
Как хорошо было нам в ней!
Как уютно грел нас этот добрый кораблик!
В кают-компании с отделанной темным деревом переборки на нас строго смотрел высоколобый старик со впалыми щеками и густыми бровями, имя которого носило спасательное судно.
Нет, ребята, не этот портрет должен висеть в кают-компании! Здесь перед нами пенсионер Владимир Михайлович Беклемишев последних лет. Он уже не командовал в то время судами и даже не служил в пароходстве. Изредка появлялся в службе безопасности мореплавания по каким-то делам. Именно там мне привелось однажды лицезреть его и даже пожать ему руку. Но есть портрет Беклемишева в расцвете капитанской жизни — великолепный портрет лихого моряка с орлиным взором и статью опытного Мастера.
Этот портрет мне подарил Леонид Николаевич Белов, которому посчастливилось работать с Беклемишевым. Этот портрет я прилагаю к моему повествованию. И, надеюсь, что именно этот портрет будет висеть в кают-компании нового спасателя, которому старый передаст со временем доблестное имя.
Род Беклемишевых служит России добрых пять веков.
Легендарной личностью был отец капитана — Михаил Николаевич — «русский капитан Немо». Один из создателей первой русской боевой подводной лодки и первый ее командир, а в дальнейшем непременный участник создания и становления отечественных подводных сил, соратник Ивана Григорьевича Бубнова. Он вышел в отставку в звании генерал-майора по адмиралтейству, но продолжал конструкторскую и преподавательскую деятельность. Кабы не октябрьский переворот, он сохранил бы широкую известность и славу в истории русского флота. Но в советское время его сначала использовали для воссоздания конструкторского бюро подводного плавания, а затем после неоднократных арестов он был уволен как «социально опасный сотрудник». Позже за то, что он имел неосторожность быть царским генерал-майором, его лишили и пенсии.