А сейчас мне просто хорошо от того, что я лежу на тёплой крыше закрыв глаза и вспоминаю как было. Тихо, чувствую, как понемногу начинает отпускать, так всегда было после разговоров с отцом.
- Кирилл, Кир, ты тут, - вижу, как Илья с Максом идут в мою сторону.
-Так и знали, что ты тут опять, - Макс достаёт из рюкзака бутерброды с колбасой и сыром, протягивает мне с Ильей.
-Кир, я сегодня был у Марка Захаровича, ты можешь обижаться, но я рассказал ему что случилось, -Илья внимательно смотрел на друга пытаясь понять, о чем тот сейчас думает, -Ещё тёть Нина была в клубе, ходила к директору.
- Я знаю, - Кир задумчиво смотрел на небо, держа в здоровой руке откусанный бутерброд, - она хочет забрать документы, мы опять поругались, я не знаю, что делать, -проговорил на одном дыхании и закрыл глаза.
- Кир, Захарыч сказал, что поможет. Он ждёт тебя сегодня перед генеральной репетицией. Я поговорил с отцом, он сказал довезёт вечером до клуба и заберёт потом, это он посоветовал сходить к тренеру. Мама пригласила тёть Нину к нам, чтоб она не знала.
-Тайны, интриги, расследования, только на нашем канале, -Макс обладал удивительной способностью ляпнуть что ни будь на стрессе.
Друзья втроём рассмеялись, доедая принесённые бутерброды.
Где-то далеко внизу за домом, гудел город словно растревоженный улей, люди куда-то ехали, бежали по своим делам, машины сигналили в пробках, звенели трамваи. Двор высотки, как будто находился не в городе, а где-то далеко за его пределами, тихая размеренная жизнь, текла своим чередом, дети играли на площадке в мяч, на лавочке у подъезда сидели бабушки и о чем-то второй час вели беседу, даже бабушки в их дворе были особенные, они никогда не ругались. Парни любили свой двор, две угловые десятиэтажки стоявшие друг на против друга создавая внутри квадрат, закрытый от посторонних глаз с аркой, выходящей на проспект Мира. раньше этот дом относился к министерству обороны, в нем получали жилье офицеры занимавшие высокие должности, после распада союза жильцам разрешили оформить недвижимость в собственность.
Родителям Кирилла и Ильи тоже посчастливилось получить квартиры в одном из домов, Кир даже не помнил, где они жили до нее, все воспоминания начинались от сюда.
Сколько себя помнили, столько они были рядом. Отцы служили в одном военном училище, жили в одном доме, стали дружить семьями, дети росли вместе и само собой стали друзьями. В подъезде Кирилла жила Бабушка Ильи, с которой они оставались, когда родители куда-то уходили, потом она поменялась квартирами со своим сыном, переехав в соседний дом, а в ее квартире стали жить Илья с родителями.
Макс появился во дворе уже позже, его отцу посчастливилось приобрести трешку в этом же доме. Первое время Макс выходил во двор только с отцом, постепенно вливаясь компанию детворы, как-то он решил прокатиться на новом велике и его заметили старшие пацаны, в свои пять лет он не отличался особыми физическими данными, ему помогли Илья с Кириллом вышедшие во двор, тогда уже начинающие юные хоккеисты. С тех пор они всегда и везде были вместе, расставаясь только на ночь и то частенько им разрешалось ночевать друг у друга по очереди.
Отца Макса благополучно приняли в ряды друзей, помогая с сыном. Матери у Макса не было, вернее была где то, непонятно где. Она сдала его в детский дом, в котором раньше воспитывался его отец и укатила за границу с очередным мужем. С отцом они познакомились уже в детском доме, когда тот приехал за ним, директор помнила своих выпускников, позвонила и сообщила, что к ним поступил мальчик в свидетельстве, о рождении которого был записан Никита Николаевич Демин.
Одно время Макс тоже хотел пойти в хоккей, но его не взяли, зато взяли в секцию бокса в тот же клуб. С тех пор прошло восемь лет и за это время между друзьями ни разу не было сор, никто не стримился стать лидером в тройке, они понимали друг друга и стояли друг за друга горой.
Когда у Кирилла в семье случилось горе, друзья не отходили от него ни на шаг, практически живя в их квартире.
В школе учились в одном классе, учителя если хвалили или ругали, то всех троих.
И сейчас друзья сразу знали, где искать Кира, они дали ему время побыть одному, решив подняться позже. Крыша была их тайным, излюбленным местом, уголок, отделённый от основной крыши подобием стены, непонятно для чего созданный архитектором. Подняться на него можно было пройдя через весь чердак до конца, если не знать, что там есть закуток с дверью, за которой крепкая железная лестница давала возможность подняться в каменный дворик под небом, обнесенный метровой стеной, то никогда не найти.