— Может не стоит уезжать так и не поговорив с ним, — осторожно спросила Иринка, знает, как я не хочу это обсуждать, но всё равно спрашивает, уже не первый раз, отчего я только морщусь.
— И что я ему скажу, что хочу быть, вместе несмотря ни на что, так это неправда, я не хочу быть просто любовницей, мне почти тридцать, я хочу семью, детей, любви. Об этом он точно не хочет слышать. Что люблю я уже говорила, вообще зря. — я устала покачала головой, как с этим справиться. Мне действительно нужны эти месяцы, может тогда рана хоть маленько заживет.
— Просто попрощаться, высказать свою точку зрения на ваши отношения и попрощаться. — не унимается, и ведь не уймётся. — у тебя нет чувства незаконченности от вашего разговора, не ясности что ли.
— Нет, мне всё предельно ясно.
— А мне вот нет. — вот ведь настырная зараза. — Пойди к нему, скажи всё как есть, что любишь, и что семью хочешь, и что скучать будешь, пусть он подумает пока тебя не будет, может сам поскучает, и, если к твоему возвращению он не захочет попробовать быть вместе как взрослые люди, ни чего для себя менять, пусть так. А если сразу откажет, то тоже хорошо, не будешь мучатся. — чёрт, а ведь идея действительно заманчивая. Я ведь ничего не теряю. Кроме него. — НУУУ!
— Ладно, где-то ты права, мы действительно нормально не поговорили и, если это конец, я хочу быть уверенна, что сделала всё.
— Ну вот, молодец, — вот Ириске это было вполне простительно, она влюблена и ей хочется осчастливить каждого. Но сейчас, впервые за последние дни мне вдруг стала легче, безумно страшно, но чуть легче, появилась надежда.
— И где его искать, может он вообще у своей Анжелики. — что-то мне аж передёрнуло.
— О господи, да в зале он поди, он оттуда не вылезает сейчас. — она достала телефон и замерла в ожидании ответа, как мне кажется вместе с ней и моё сердце. — Привет Иннеса, а Степан Дмитриевич там? Ну как где там, ну в зале у нас, был сегодня. Ага. Да, да. Я поняла. Спасибо большое.
— Ну… — терпение же не железное, а Иринка так выразительно молчит.
— Был но давненько уехал. Скорее всего с Сергеем Антоновичем, тот в клуб собирался на мальчишник, а Стёпа уехал сразу после него.
— Ну и вот тебе, он вполне счастлив и развлекается на мальчишнике.
— Да не говори ты так сразу, ну поехал расслабиться, — она смотрит на меня своими щенячьими глазами, и я кажется смутно понимая, чего хочет добиться. — собирайся, быстро. Мы едем в клуб. — вот откуда в ней столько восторга, меня это если честно даже настораживает. Но я как под гипнозом действительно иду одеваться.
А ещё через полчаса за нами заезжает вызванный Ириской Игорь. Который на удивление абсолютно спокойно выслушивает Иркин план, даже кивает иногда и везет нас в клуб. Это ведь сюр какой то. И вот стою я в большом зале с громкой музыкой и не могу поверить, что действительно примчалась сюда. А глазки то всё выискивают в толпе Стёпку. На предплечье мне ложиться рука и уверенный голос шепчет на ухо.
— Давай, сейчас или никогда, всё точки над i и ты действительно свободна. — это такое страшное и заманчивое слово свободна, особенно если ты как раз таки не хочешь быть свободной. Возле бара мне удалось всё-таки разглядеть, но далеко не Стёпу, а его Анжелику. Ну что ж пусть так, зато правда, да.
— Где Стёпа, — вот на тебя свой словарный запас даже тратить не хочется.
— О, привет, — так искренне радуется, или так только кажется, — ты тут какими судьбами?
— Где Стёпа? — для особо одарённых повторяем по два раза. Она, поживав свою накаченную губу всё же снизошла до ответа.
— Второй этаж, четвёртая випка. — а вот улыбаться мне так плотоядно не стоит, не таких пережёвывали.
Бам, бам, бам, бам. Мне казалось мое сердца заглушало даже звуки музыки, потому что стучало оно часто и громко в самых ушах, чем ближе я подходила, тем страшней становилось. Я оглянулась назад и нашла взглядом Ириску и Игоря они стояли возле бара, они ждали меня, мы так договорились, это мой план отступления. Так стало спокойнее. Ага, до тех пор, пока дверь в четвёртую випу не открылась и из неё не вышли три человека во главе с Сергеем. Который в буквальном смысле наткнулся на меня.
— Простите милая… — было начал он, но узнав меня запнулся. — Лана, вы ли это, вот так встреча… — вот не до тебя сейчас, край.