Плечи Лиама трясутся от смеха.
— Пошла нахрен, — он прижимает меня крепче и несколько раз ободряюще хлопает по спине своими огромными ладонями. Провожу руками по мокрой спине парня и отстраняюсь.
— Фу, ты потный.
— А ты лохматая, выглядишь как бич из-под моста, — он треплет меня по волосам и подталкивает в спину в сторону выхода из парка. Слышу очередной смешок друга. — На заднице твои штаны вообще зачетные.
— Дать тебе погонять их на свидание с Парвати?
— С ума сошла?! Если у меня будут эти штаны, нафиг мне Парвати? — я смеюсь и пихаю парня в бок. — Так что, вы теперь вместе или мне уже можно закатывать глаза, потому что вы придумали новую причину, чтобы не быть друг с другом?
Я задумываюсь на некоторое время над вопросом друга, затем широко улыбаюсь и киваю головой.
— Думаю, что да. Да, мы вместе, — я усмехаюсь с глупой улыбкой на лице. — Только это пока что в тайне, не хочу чтобы Ребекка…
— Да-да, я понял, можешь не объяснять. Нет на этом свете лучшего хранителя секретов, чем ваш старый добрый папка-Пейно. Бедный Зейн, во что он ввязался, я бы с тобой в жизни не замутил.
— А пошел ты, — со смехом отвечаю я. — Ну что, может как раньше наперегонки? Кто быстрее до моего дома, — с улыбкой предлагаю я. По загоревшемуся азартом взгляду Пейна, вижу, что он принимает вызов.
— Кто первый, тот делает за другого все работы по матану до конца года.
— Идет, — слегка поразмыслив, отвечаю я и жму другу руку.
— Три, два, один! — мы одновременно срываемся с места, но я тут же отстаю. — Даже не думай срезать своим любимым путем, Элфорд!
— Ага, разбежался, — бурчу я себе под нос и тут же срезаю тропинку через ту же стену из кустов.
***
Возвращаться в университет слишком тяжело. Несколько дней, вдали от учебы подарили нам с Зейном нас же самих. Прежних. Днем мы постоянно были вместе, а ночью он пробирался в мое окно, старательно обходя мамины цветы. Казалось, что этими короткими мгновениями мы пытались заполнить те два долгих года, что потеряли вдали друг от друга. Я не понимала как раньше находилась рядом с Маликом, и моя рука не лежала в его руке, как мы умудрялись не целоваться часами напролет, зато мы умудрились наговорить друг другу много чего неприятного. Но это в прошлом.
Поднявшись на свой этаж в общежитии, думаю о том, что здесь все будет так же как и дома, надо лишь немного подождать. Но красные, заплаканные глаза Бекки возвращают меня в суровую реальность. Соседка заверяет меня, что все в порядке, говорит, что Малик все равно очень хороший парень и она хотела бы дружить с ним.
Чувство вины вновь преследует меня. Я не чувствовала себя виноватой дома, там мы будто бы были другими людьми. Там мы никому ничего не были должны. Но каждый раз, когда я вижу Ребекку, внутри появляется горькое и ядовитое чувство, словно меня ведут на эшафот. Дурные мысли в моей голове прогоняют лишь слова Зейна о том, что это пройдет, нужно время.
***
— Привет, не против, если я присяду рядом? — у моего столика в кафетерии останавливается девушка, и я не сразу узнаю в ней Парвати. На ней светлые джинсы и белый кашемировый свитер, а темные, длинные волосы заплетены в густую косу. — Что такое? — она со смехом присаживается напротив меня, поставив поднос на стол, а я продолжаю пялиться на девушку, словно она сменила пол. — Непривычно видеть меня без сари?
— Это мягко сказано, — с улыбкой отвечаю я.
— Все это время родители были в городе, а при них я стараюсь носить национальную одежду, но джинсы мне больше по душе. Это не значит, что сейчас я пущусь в загул и набью себе татуировку на заднице, — поясняет Парвати, открывая маленькую коробочку с молоком.
— То есть, ты все еще остаешься девушкой строгих правил?
— И да, и нет, — она пожимает плечами. — Слушай, — Парвати с неловкостью вертит картонную коробочку с молоком в своих ладонях, словно это кубик Рубика, — я всё хотела спросить у тебя… — она замолкает, прикусив нижнюю губу. — Насколько сильно ты влюблена в Лиама?
Поперхнувшись апельсиновым соком, я начинаю кашлять, хватаю с подноса салфетку и вытираю рот и джемпер, на который попало несколько капель оранжевой, цитрусовой мякоти.
— В кого? — я пытаюсь подавить кашель, отчего мой голос звучит сипло, как у старого мафиози.
— В Лиама. Помнишь, он сказал, что ты влюблена в него со школы…
Ах да. У меня столько всего произошло за последнее время, что я напрочь позабыла о том, что мой друг-идиот сочиняет на ходу полную ахинею. Пейн рассказывал, что они с Парвати занимаются историей, в которой, кстати говоря, Лиам разбирается очень даже неплохо, но я совершенно запамятовала, что он сболтнул такую ерунду. А Пейно все-таки заинтересовал Парвати, раз она спрашивает у меня про мою симпатию. Вот так поступают хорошие девушки, а не подло действуют за спиной, как я.
— Знаешь, — отвечаю я, — не думаю, что влюблена в него до сих пор, это скорее была дружба и детская привычка. Тебе он нравится, да? — я улыбаюсь, а смуглые щеки Парвати слегка краснеют.
— Он смешной и такой внимательный, хотя немного неуклюжий.
— Вот неуклюжий это точно про него, — с усмешкой говорю я.
— Единственное, что мне мешает, это… — она вновь замолкает.
— Что я будто бы влюблена в него? — предполагаю я, расставляя в воздухе воображаемые кавычки из пальцев.
— Нет. Что я не смогу, ну знаешь… В общем, до свадьбы я не могу с ним того…
— Заняться с ним плотскими утехами? — Парвати смущенно кивает.
Да! Силы небесные услышали меня и наказали Лиама за все его дебильные поступки и он будет отомщен кармой. Он использовал стольких девушек, настал тот час, когда ему придется помучиться. Наконец-то нашлась девушка, которая не даст ему того, чего он хочет. К тому же, эта девушка нравится ему по настоящему, так что, у него будут проблемы. Мечтаю увидеть лицо Пейна, когда Парвати намекнет ему на это. От этой мысли мне хочется рассмеяться, но я сдерживаюсь, чтобы не задеть Парвати.
— Пейно хороший парень, — честно говорю я, — можешь ему довериться. К тому же, — пожимаю плечами, — помимо самого секса, есть куча всяких приятных штучек, которые…
— Кэти! — останавливает меня девушка.
— А я бы с удовольствием послушал про эти «приятные штучки», — слышу я голос Зейна позади себя. Оборачиваюсь и встречаю широкую улыбку на его красивом лице, он поигрывает бровями в ожидании моего ответа.
Так и не услышав от меня внятных слов, Малик присаживается рядом и пододвигает свой стул ко мне вплотную.
— Может быть, тебя кто-нибудь недавно научил этим штучкам, а котенок? Поделишься впечатлениями? — Зейн слегка сжимает мое колено под столом, а мои щеки мгновенно вспыхивают от воспоминаний о наших днях и ночах, проведенных дома. — Ты покраснела, Кэт, что такое? — легкая улыбка играет на губах парня, отчего мне хочется ударить его кулаком в нос.
— Никто меня им не учил, — пожав плечами, бормочу я, глядя в свою тарелку с салатом.
— Да неужели? — потирая подбородок, ласково спрашивает Малик. Мне не нужно поднимать взгляд, я и так знаю, что в его глазах читается усмешка.
— О чем разговор, телепузики? — Лиам присаживается напротив нас с Зейном. Пейн внимательно оглядывает мое пылающее лицо, а затем довольного Малика, который в очередной раз вывел меня из равновесия. — Вы говорили обо мне, что ли?
— Нет, — Зейн качает головой. — Китти Кэт только что делилась с нами подробностями о каких-то интересных штуч… — чтобы заткнуть Малика, со всей силы давлю пяткой на его кроссовок, отчего парень только начинает смеяться. Хоть бы для приличия, сделал вид, что ему больно. Его смех вызывает у меня противоречивые чувства: мне хочется ударить его и поцеловать одновременно. Пальцы Зейна медленно скользят вверх по внутренней стороне моего бедра, и я все больше начинаю склоняться к варианту — поцеловать.