«Только бы успеть» билась мысль в голове. Они или мы, кто раньше достигнет цели?
Последние метры дались особенно трудно. Марк споткнулся и сорвал ноготь о единственный на всю площадь шов между каменной кладкой. Кровь хлынула из пальца рекой, и мой товарищ, скрипнув зубами от боли, громко взвыл.
- Вперед! - Не слушая протестов, я схватил его за предплечье и потащил. Скорость нашего передвижения существенно упала, но портал, как большое озеро, маячил буквально в нескольких шагах. Свечение его глади скрывало надзирателей, которые заходили с обеих сторон.
- Немного… Еще немного… - я пыхтел как паровоз, лицо жгло от внезапной физической нагрузки. - Что дальше, Марк?
- Нужно прыгнуть.
- Просто прыгнуть? И все?! - неуверенность в голосе парня мне не понравилась.
- Не знаю! - Заорал сокамерник, сатанея из-за боли в ноге. - Я здесь впервые, как и ты!
Я огляделся. Судя по скорости перемещения грибов, нам осталось гулять на свободе секунд пятнадцать.
Пропасть портала зияла чернотой, как дыра, ведущая прямиком в мертвый космос. Было ли мне страшно прыгать в эту неизвестность? До чертиков, до дрожи в коленях, до потери сознания. Планировал ли я прыгнуть? О да!
Похоже, мой сосед по клетке разделял тревогу. Он замер на краю «берега», где камень переходил в ничто, и граница отсвечивала мертвенно-холодным, неземным оттенком голубого.
- Давай, - подбодрил я, отмечая, что хозяева-инопланетяне в количестве около сотни шляпок подобрались не просто близко, а критически близко.
- Нет, ну если подумать, то теория выглядит вполне логично… - начал было Марк искать фундаментальные обоснования своей хлипкой догадки, но в этот раз я не стал его слушать.
Мощным толчком я отправил парня-соседа в черную бездонную пустоту, а затем, оттолкнувшись ногами что было сил, прыгнул сам. Его вопль ужаса поначалу звучал совсем рядом, потом словно через мембрану, потом как будто в приглушенном телевизоре, а затем исчез вовсе.
Ощущение свободного падения.
И темнота.
Эпилог
Меня разбудил храп.
Со стоном сев на постели, я обхватил гудящую с похмелья голову. Обрывки сна, нереально яркие и живые, стояли перед глазами. Какая-то опасность. Вроде бы другая планета?.. Голый парень, черт возьми… Приснится же!
Разлепив веки, я огляделся. Грива каштановых волос выбилась из-под одеяла: Дашка любила спать, укутавшись по самые брови. В кресле храпел ее французский бульдог, единственная причина, по которой я тянул с предложением совместного проживания.
Моя половина кровати оставалась заправленной, а сам я валялся сверху в чем мать родила, и уже порядком замерз. На прикроватной тумбочке с Дашкиной стороны стояла откупоренная и ополовиненная бутылка вина, и она вполне объясняла похмелье, но почему бокал лишь один, со следами ее помады?
Тихо поднявшись с постели, чтобы не разбудить девушку, я прокрался в ванную. Свет зажигать не стал: утренние лучи солнца весело били в окно кухни, поэтому освещения хватало.
Я чувствовал, как отступает непонятная тревога, тоска безысходности, для которой у меня не находилось объяснений. Какие-то смутные образы наготы — своей и чужой, тошнотворное отвращение — накатывало и отступало, с каждым разом все слабее.
Удивленно качая головой, я старался убедить себя, что сон — хоть и такой эмоциональный — последовал за ночью в небытие, и тратить энергию на попытки его вспомнить — занятие пустое.
И мне удалось себя убедить. Я ощутил безмятежное спокойствие. И наслаждался им ровно до той секунды, пока в полумраке ванной комнаты мой ноготь не мигнул голубым светом.