Вертолёт ожидал на площадке. От расположения до линии фронта было около сотни километров скалистой, каменистой, труднопроходимой местности. Боевые роботы и те иногда падали, попадая какой-нибудь из своих мощных стальных ног в расщелину между массивными глыбами. Растительность здесь встречалась в основном скудная, лишь по берегам порожистой речки, что спускалась с вершины к подножью горы, росли невысокие деревья, колючие кустарники, всевозможные причудливые мхи и лишайники — какие-то из них походили на бахрому, иные — на соляные отложения, а некоторые распространялись по камню, расползались неравномерно, разукрашивая его, расписывая, выводя на его поверхности удивительные узоры.
Огромная металлическая стрекоза поднялась в воздух. Сколько раз Рите уже приходилось видеть это, а всё никак было не привыкнуть — она смотрела, как постепенно уходит вниз земля, уменьшаются скалы, постройки, кудрявые заросли вдоль берегов реки — вся местность становится похожей на рекламный макет строительной компании: кажется, любой домик или гору можно взять, подержать на ладони, рассмотреть как следует.
Обогнув одну из вершин хребта вертолет отправился на запад — туда, где над царством желтых камней сейчас медленно опускалось солнце, придавая всему, чего касались его лучи, мягкое золотое сияние — будто бы скалы действительно состояли сплошь из драгоценного металла, будто бы ожила древняя прекрасная легенда о затерянном чудесном городе, целиком построенном из золота…
С высоты птичьего полета хорошо просматривались поселки — пёстрыми лоскутками раскинулись они берегам реки и на небольшом удалении от неё; река поворачивала и текла на север, вдоль хребта, вбирая в себя более мелкие ручейки и речонки, становясь полноводнее, наливаясь силой. А на юге насколько хватало глаз простиралась безжизненная каменистая страна, пустынная, раскаленная, жуткая, целиком принадлежащая населяющим её ядовитых змеям и паукам, которые представляли здесь опасность едва ли не большую, чем пули.
Внимание Риты привлек один из поселков — над небольшими домиками плотными сизыми клубами поднимался дым, и то в одном месте, то в другом мелькали, вытягиваясь вверх, извиваясь, словно танцующие кобры, оранжевые языки пламени.
— Глядите-ка, деревня горит, — сказала она, — давайте спустимся немного и выясним в чем там дело.
— Так нельзя же, — возразила Сандра (она пилотировала вертолет), — у нас приказ. Мы летим на задание.
— Но там, кажется, происходит нечто не совсем нормальное, — продолжала Рита. Она смотрела на расстилающийся внизу поселок теперь уже в бинокль: среди горящих домов она различила холодный блеск стальной брони военных роботов.
— Деревню атакуют, Сандра, зависни.
— Но ведь был приказ…
— Прошу заметить, что сейчас, на этом вертолете, старшая по званию я, — произнесла Рита с нажимом, — и я тебе приказываю — спустись ниже и зависни, лешего тебе в койку, там происходит какая-то чертовщина!
Когда вертолет снизился, среди дыма и пламени все члены экипажа отчётливо различили роботов, причём не вражеских, своих — у каждого из них на спине и на груди будто щит красовалась крупная сине-белая эмблема войск Новой Атлантиды… Боевые машины, казалось, обезумели: поворачиваясь во все стороны, они разряжали свои чудовищные крупнокалиберные орудия в маленькие домики, заборы, деревья. Отовсюду крупными клубами валил дым, пыль от разрушающихся строений витала в воздухе, и сквозь неё видно было как метались, силясь увернуться от выстрелов, перепуганные местные жители. Один за другим они падали, настигнутые снарядами: сенсоры роботов, настроенные на поиск и уничтожение, работали исправно.
— Вызывай Казарову по срочной связи! — велела Рита сидящей у приборной панели Мэри, — Звони! Чего ждешь?
— Сразу ей? Напрямую? — спросила та с опаской, — может, сперва позвонить Зубовой?
— Бюрократы чертовы! Ты вообще видишь, что там происходит? Я при-ка-зы-ва-ю: звони комдиву, немедленно!
Мэри нажала кнопку на рации и выразительным жестом протянула ещё Рите — отвечать, дескать, будешь сама.
— Капитан Казарова, приём.
— Слышу вас, кто говорит, что случилось, приём.
— Сержант Шустова на связи. Роботы уничтожают мирное поселение. Номера А-234, А-445, СХ-18 и не могу прочесть… — Рита сосредоточенно смотрела в бинокль, — В-808, кажется, приём.
— Поняла. Где вы находитесь, приём.
— Поселок Сурразай-Дарбу. Они убивают людей, командир. Разрешите стрелять. Приём.